Пока современный кинематограф пытается напугать зрителя стерильными скримерами и дешевыми цифровыми эффектами, режиссер Корин Харди, подаривший миру Проклятие монахини, решил ударить по настоящему олдскулу. В его новом фильме Свист (Whistle) тяжелый метал – это не просто фоновый шум для создания атмосферы, а генетический код сюжета и способ связи с иными мирами. Харди, чей путь в искусстве начался с фанатской любви к кожаным курткам и винилу, превратил хоррор в монументальное посвящение своим корням. Режиссер никогда не скрывал, что метал зашит в его ДНК. «IRON MAIDEN были моей первой настоящей любовью, той самой группой, которая открыла для меня вселенную хэви-метала, когда мне было всего восемь лет», – признается Корин Харди. «Я десятилетиями мечтал вставить их музыку в свое кино, но ждал идеального момента». И этот момент настал, когда в центре истории оказался ацтекский свисток смерти – артефакт, чей звук в реальности описывают как первобытный «крик тысячи мертвецов». Кстати, зву
Голос запредельного мира под риффы IRON MAIDEN: Как новый хоррор стал манифестом тяжелого рока
7 марта7 мар
6
3 мин