Ранее завидный холостяк Сергей Бурунов столкнулся с серьезной проблемой в воспитании чужих детей.
Артист, никогда не имевший своих детей, столкнулся со сложным миром семейных отношений, где царят ревность, непонимание и страх не справиться с ролью отца.
Личная жизнь под замком
Долгое время Сергей Бурунов скрывал свою личную жизнь от любознательных фанатов. Ему приписывали множество романов, в том числе с Нонной Гришаевой, Анной Уколовой, Мариной Зудиной. Однако сам актер никак не комментировал данные предположения.
В случае с новой возлюбленной, актер всё же решил сделать официальное заявление, правда, не сразу…
О романе Сергея Бурунова и Екатерины Леви заговорили еще в 2024 году. Пара появлялась вместе на светских мероприятиях, но никак не комментировала слухи. Лишь спустя время актер подтвердил, что Екатерина — его девушка. Хотя и предпочитал не загадывать наперед, отмечая, что находится с ней «в фазе сближения»
Екатерина Леви — успешная предпринимательница, которая младше Сергея на 12 лет. Она не только вдохновила актера на кардинальные перемены во внешности (Бурунов благодарен ей за то, что она помогла ему заняться спортом и встать на лыжи), но и познакомила его с новой для него реальностью — семья с двумя детьми. У Екатерины есть сын и дочь. И именно эта тема стала для Бурунова самой болезненной.
«Я бесился!»: Ревность и борьба за внимание
В интервью Сергей признался, что выстраивание отношений с детьми возлюбленной дается ему невероятно тяжело. Главная причина — отсутствие собственного отцовского опыта и, как следствие, непонимание, как себя вести:
«Это очень больная тема, это очень тяжело. У меня никогда не было детей, и выстраивать коммуникацию с не своими детьми сложно», — откровенно делится актер.
Одним из самых неожиданных и честных признаний стали слова о ревности. Бурунов не скрывает, что испытывает это чувство по отношению к детям Леви, и признает, что это работает в обе стороны.
«Есть ревность. И с моей стороны тоже. Потому что вся безусловная любовь, абсолютное обожание и забота отдаются туда — и это естественно. И с этим надо работать», — объясняет он.
Актер подробно описал ту внутреннюю борьбу, которая происходила в нем в самом начале их совместной жизни. Он признался, что первое время ему было попросту невыносимо.
«Понимаете, приходит какой-то дядя, ребенок думает: "Мама, куда? Мое!". У нас эволюционный механизм начинает включаться. Сейчас я понимаю, по первой было невыносимо. Я бесился! Я понимаю, что Екатерина разрывается: меня выберет — они в стойку, их выберет — я бешусь», — рассказывает Бурунов.
Эта ситуация ставила Екатерину между двух огней, а Сергея заставляла чувствовать себя растерянным и чужим. Он признался, что долгое время не знал, «с какой стороны подойти» и «какие ключи подбирать» к сердцам детей. Однако Бурунов верит, что справится с этим непростым испытанием ради счастья с Екатериной.
Как несчастливое детство повлияло на настоящее
Также в сложности в коммуникации с детьми сыграло роль собственное детство актера. Он признался, что до сих пор держит некоторые обиды на отца и мать:
«Она меня попрекала куском хлеба. Говорила: ты много ешь, нам не хватает, ты лишний. От папы тоже одобрения не получал, это сейчас он гордится мной, а раньше с кулаками бросался. Не смогу их простить. Все еще болит», — цитирует актера «МК».
Именно этот тяжелый опыт заставляет Бурунова сомневаться, стоит ли заводить собственных детей, а также создает трудности в контакте с уже имеющимися детьми возлюбленной. Он боится, что неосознанно передаст им те же самые травмы, которые испортили его детство:
«Я не знаю, какой я буду отец. Я бы не хотел передавать им опыт своего рода. Потому что порой реагирую на вещи, как моя мать», — признается Сергей.
Работа над собой и выстраивание отношений с уже существующими детьми Екатерины он воспринимает как важный этап. «Я еще в стадии проработки», — говорит актер, давая понять, что вопрос о совместных детях для него пока открыт и очень сложен.
Несмотря на все трудности, Бурунов не собирается отступать. Он подчеркивает, что для него важны здоровые, партнерские отношения, в которых есть место диалогу, а не взаимным обвинениям.