Эти два довольно хорошо известных вида хохлаток на самом деле представляют большую «головоломку», в первую очередь для ботаников, а во-вторых для цветоводов. Первые их просто не различают, а вторые видя различия не могут их понять и использовать. Попробую заполнить этот пробел.
Первым, кто дал название Corydalis caucasica, был выдающийся швейцарский ботаник Огюсте́н Пира́м Декандо́ль (Декандоль-старший), описав его по гербарию Маршалла Биберштейна в Regni Vegetabilis Systema Naturale 2: 119. 1821 года, где он оставил довольно скудную информацию об этом растении:
«C. стебель простой прямостоячий, в самом низу с чешуевидным листом, листа два разделенных на две части, сегменты разрезаны на линейные доли, прицветники продолговатые цельные; кисть рыхлая.
Fumaria fabacea. Bieb. fl. Cauc. 2. p. 145.
Распр.: в горных лесах Кавказа (Bieb.). Многолетник. Видел экземпляр растения в засушенном виде, собранное и присланное Фишером.
Переходная форма между C. fabacea и angustifolia, даже если C. fabacea когда-либо будет принята как разновидность C. digitata с цельными прицветниками, то эта будет по тому же праву разновидностью C. angustifolia. От C. fabacea отличается очень простым двулистным стеблем, с сегментами листьев, разделенными на линейные доли, продолговатыми, а не яйцевидными прицветниками, едва превышающими длину цветоножки, более рыхлой кистью, цветами вдвое крупнее, как видно из высушенного материала, то ли пурпурными, то ли беловатыми, шпорцами длиной 7-9 линий, едва или почти не изогнутым».
Российский ботаник Франц Иванович Рупрехт в первом томе «Флоры кавказа» 1869 года переносит этот вид в род Capnites и дает подробный критический обзор с его историей:
«Capnites caucasica Decand.
М. Биберштейн описал его как Fumaria fabacea Willd. et Retzii 1795. Декандоль в 1821 году исправил её как новый вид Corydalis caucasica, правильно назвав её промежуточным между C. fabaceae и C. angustifolia, и отличил от первой по следующим признакам: более рыхлая кисть, цветки вдвое крупнее, цветоножки длиннее; но шпорец варьируется, бывает изогнутым; стебель иногда разветвленный, в остальном тонкий, обычно полуфутовый или ниже, редко 8-10 дюймов. Цветки эффектны благодаря двум большим губам.
Внешние лепестки пурпурно-розовые v. incarnata, внутренние — жёлтеющие или (по крайней мере, в сухом виде) темно-жёлтые. Разновидность albiflora, упомянутая Декандолем, отличается от C. angustifoliae, главным образом, почти цельными прицветниками: узколинейными листьями, более крупными губами и более короткими стручками. C. intermedia (Linné 1753 ex syn. et descr. sub Fumaria bulbosa intermedia et Schkuhr 1805 tab. 194 opt.! sub F. intermedia), которая идентична C. fabacea, имеет цветки не 10-12 линий, а вдвое меньше, короткие и густые кисти, короткие цветоножки, кисть, поникающую после цветения, короткие и широкие стручки; у C. caucasica плодоносящая кисть прямостоячая.
C. tenella Ledeb. 1836 и Fl. Ross. по гербарию! не отличаются; прицветники по краю мелкозубчатые, реже надрезанные; различие слишком незначительное, которое иногда наблюдается в образцах Хёфта и Вильгельмса, но не в большинстве образцов Ледебура; также я видел образец tenellum из Пятигорска, совершенно такой же, как присланный Нордманном из Аджарских гор Гурии!, что конечно, более примечательно, поскольку в других местах Кавказа она еще не была достоверно собрана.
Настоящий вид C. caucasica был не очень хорошо известен Ледебуру, иначе он бы не представил его как новый. Экземпляр Эйхвальда, упомянутый из Елизаветполя, единственный экземпляр C. caucasica, который Ледебур видел и сохранил в своем гербарии: маленький, двухдюймовый, одноцветковый, с красноватым цветком длиной 9 линий, изогнутым; он может принадлежать этому виду из-за чешуйки, но отличается двумя трехраздельными прицветниками и маленькими губами, поэтому сомнения остаются; уважаемый Эйхвальд собрал некоторые весенние растения между Гянджой и Хеленендорфом 29 марта; среди растений Гогенакера C. caucasica не обнаружена.
В лесистых горах Кавказа (М. Биб. 1808 № 1369 и гербарий! без указания места, но, вероятно, с предгорий); близ Пятигорска (Хёфт!), на горе Бештау! цветет в апреле (Вильгельмс!).
Наблюдения: Хохлатка плотная C. solida (Linné, Ehrh.) или Дымянка Галлера Fumaria Halleri M. Bieb. растет только в Таврии. В гербарии М. Биберштейна нет кавказских образцов; растение, упомянутое М. Биберштейном с горы Чатырдаг, представляет собой разновидность с более узким стручком, шириной в одну линию и длиной в один дюйм вместе со столбиком. Уральский образец из Губерлинска (Лессинг!), имеющий прицветники с очень коротким трехзубчатым кончиком, очень похож на Хохлатку кавказскую C. caucasica и, возможно, отличается только цветом и размером цветка; подобные я также видел из Харькова и Казани».
В садовой культуре 19 века хохлатка кавказская почти не упоминается. Хотя шотландский ботаник Джон Клодиус Лаудон в своем справочнике Loudon's Hortus Britannicus 1832 указывает, что растение было интродуцировано с Кавказа в европейские сады в 1823 году. Георг Дон в «A general system of gardening and botany. 1» 1831 пишет, что она в культуре с 1820 года.
В 1937 году в 7 томе стр. 665 «Флоры СССР» М. Г. Попов делает примечание к описанию Corydalis caucasica: «Белоцветковая форма var. Albiflora DC. обычна. Особи ее с более толстым и крупным венчиком, с более крупным зачатком шпоры у нижнего лепестка и с более широкими коробочками представляют C. Alboviana Steup (Кубан., Красная поляна, Мингрелия)».
Во «Флоре Кавказа» 1950, т. 4, ст. 103, А. А. Гроссгейм для Corydalis caucasica указывает разновидность: «V. albiflora Rupr. – Венчик белый или бледножелтый; передние лепестки на вершине иногда рыжие».
В 1976 году советский ботаник, специалист по флоре Северного Кавказа Анатолий Иванович Галушко белоцветковую разновидность Corydalis caucasica выделит в отдельный вид – Corydalis malkensis. Описание этого вида опубликовано в «Новости систематики высших растений» 13: 251 в 1976 году и приведено на рисунке:
Многие ботаники скептически относились к этому виду, так как на Северном Кавказе встречались популяции, в которых произрастали красные, белые и двуцветные формы. Я даже лично слышал рассказы от коллег А. И. Галушко, которые пытались его подтрунивать при посещении окрестных лесов, чтобы он показал какие-либо еще отличительные признаки его Corydalis malkensis, кроме окраски цветков, от росших рядом красных Corydalis caucasica, а иногда и бело-розовых форм.
До настоящего времени российские ботаники считают Corydalis malkensis просто цветовой формой Corydalis caucasica и относят к ее синонимам.
В «Конспекте флоры Кавказа» 2012, т.3(20), российский ботаник Марина Антоновна Михайлова (монограф рода Corydalis) не признала Corydalis malkensis Galushko и внесла его в синонимы C. Caucasica DC, отметив этот вид как nomen nudum (название обнародованое без сопровождения соответствующим описательным материалом). Хотя на самом деле описание Галушко полностью соответствует всем правилам номенклатуры.
На Западе, как многие ботаники, так и цветоводы признают Corydalis malkensis видом, и он пользуется заслуженной популярностью.
При посеве и самосеве в моем саду она всегда повторяла материнское растение, и в отличие от красной Corydalis caucasica имела более «пышный» вид.
Также мне удалось заметить некоторые закономерности у Corydalis caucasica и Corydalis malkensis, которые указывали на то, что это разные виды. Выращивая их у себя в саду на протяжении нескольких десятков лет, я не обнаруживал гибридов между белыми и красными формами кавказских хохлаток. Хотя они и давали гибриды с другими видами хохлаток не кавказского происхождения.
Та хохлатка, которую бы многие посчитали промежуточной формой, с бело-розовыми цветками, я назвал «Машук», при пересеве она всегда повторяла материнское растение.
В отличие от обычной красной Corydalis caucasica, форма «Машук» также, как и белая Corydalis malkensis, во взрослом состоянии имели гораздо больший размер, толстые строго прямые цветоносы с большим количеством крупных цветков. Привередливые ботаники могли бы списать это явление на гетерозис. Но со временем мне удалось заметить и другой довольно хороший морфологический признак — это строение семенных коробочек, по которым можно было отличать растения даже после цветения.
В эти же параметры входила и другая форма с темно-красными цветками, которую я назвал «Черная Мамба». Она также полностью повторяет себя при семенном размножении и не скрещивается с Corydalis caucasica. Т.е. хохлатки «Белая», «Машук» и «Черная Мамба» это все цветовые вариации Corydalis malkensis, причем, скорее всего, с гомозиготными генотипами. В самой природе, по моим наблюдениям, происходило то же самое: все цветовые формы проявляли стабильность.
Сама же Corydalis caucasica обычно более мелкого размера, сами цветоносы малоцветковые, в среднем 4-6 цветков, цветоносы часто поникающие и в местах сочленения с цветоножками немного коленчато изогнутые, плодики цилиндрические, часто «обтягивают» семена и от чего они немного выпирают, походя на «чурчхелу». Белые формы у Corydalis caucasica очень сильно редки. Такие формы можно назвать «альбиносами», так как синтез антоцианов нарушается и в вегетативных частях растения, и такие растения хорошо выделяются даже по листьям. Я подозреваю здесь транспозонный механизм, о котором я уже писал в статье «Двуцветные пионы». При посеве семян с таких «альбиносов» часто возникают пестрые формы, которые я назвал «Клоуны», они часто воспроизводятся и в последующих поколениях.
В результате многолетних наблюдений, вопрос о видовом статусе Corydalis caucasica и Corydalis malkensis, в моем понимании, был решен. Но позже я обнаружил популяции, где все одинаково красные Corydalis caucasica имели экземпляры с признакам Corydalis malkensis. Я посадил их в саду и стал наблюдать. Как оказалось, это были Corydalis malkensis, но с такой же неотличимой окраской цветков, как и у Corydalis caucasica.
Смотря на такие «картины», у меня возникла гипотеза, что вся проблема различия этих видов заключена в их плоидности. Corydalis caucasica это диплоиды, а Corydalis malkensis это тетраплоиды. В этом и заключалась их генетическая несовместимость, при которой популяции могли спокойно перекрываться. Далее оставалось только посчитать число хромосом у наблюдаемых экземпляров или обратиться к литературе, где был бы опубликован анализ достоверных видов. Единственный источник, где это можно было узнать, это монография шведского систематика растений Магнуса Лидена «Corydalis: a gardener's guide and a monograph of the tuberous species» 1997 года.
Моя гипотеза оказалась верной: в работе Лидена Corydalis caucasica имела набор хромосом 2n=16, а Corydalis malkensis 2n=32. Ниже небольшое примечание Линдена о Corydalis malkensis:
«Это восхитительное растение, которое садоводы распространяют под названием C. caucasica ‘Alba’, но оно отчетливо отличается от C. caucasica более рассеченными листьями, плотными кистями на ножках, мелкими чашелистиками, очень широкими, эффектными белыми цветками с длинными, изогнутыми вверх шпорами, а также более широкими и короткими плодами. Кроме того, у него другой набор хромосом и система размножения. Растение культивируется давно (по крайней мере, с 1960-х годов), ценится цветоводами и является одним из настоящих аристократов в этом разделе. В 1973 году оно получило главный приз (P.C.), а в 1995 году – награду (A.M.).
Оно превосходно смотрится в горшках и очаровательно в альпинарии, если выращивать его на возвышении, где им можно любоваться с подобающим преклонением. Часто оно самосевом обильно размножается в садах. Иногда у сеянцев могут появляться розоватые, коричневатые или сиреневые оттенки на лепестках, что, вероятно, связано с гибридизацией. Будучи тетраплоидом, оно передает две трети генетического материала в гибридах с диплоидными видами, и такие гибриды будут очень похожи на тетраплоидного родителя. Соответственно, это хороший родитель для гибридизации, поскольку размер губ цветка является доминантным признаком».
Сергей Банкетов © 2026