Символ гор, который увидит не каждый
Западнокавказский тур, или, как его называют местные, просто "тур" — зверь, который для меня всегда был чем-то запредельным. Не в смысле недосягаемости, а в смысле принадлежности к другому, горному миру. Он живёт там, где человек — только гость и то ненадолго.
За десятилетия своих скитаний по Кавказу я видел их не раз. И каждый раз сердце замирало. Они появляются внезапно: на той стороне ущелья, на скальном гребне, куда, кажется, и птице-то не залететь. Стоят маленькими точками, едва различимыми глазом, и смотрят на тебя с высоты своих 3000 метров. И ты вдруг остро чувствуешь, кто тут настоящий хозяин этих мест.
Они пугливы, эти великаны. И близко не подпускают. Обоняние у них — звериное, за сотни метров слышат запах человека. Чуть что — резкий свист, сигнал тревоги, и всё стадо срывается с места, уходя по отвесным скалам туда, где теряется даже человеческая мысль. Только копыта цокают по камням, только пыль повисает в воздухе, и через минуту их уже нет — растворились в серых осыпях, будто и не было.
А бывает, повезёт — увидишь их в бинокль, когда они пасутся на альпийских лугах, на фоне синего неба и белых ледников. Самцы, красавцы с мощными, изогнутыми рогами, которые могут достигать почти метра в длину. Стоят, как изваяния, повернув голову навстречу ветру. Шерсть на них — густая, красновато-коричневая, отсвечивает на солнце, зимой становится серой, под цвет скал.
Солнце уже ушло за хребет, но небо ещё горит. Последний луч пробивает серую толщу и ударяет в скалы розово-бордовым пятном — будто кто-то разлил по небу тёплое вино.
И на фоне этого зарева — две тени.
Они стоят друг напротив друга, чёрные, безликие, только массивные рога рисуются в вечернем небе причудливым узором. Два самца. Два хозяина, сошедшихся в безмолвном споре.
Ни звука. Ни движения. Только напряжённая тишина и этот свет, который делает их ещё огромнее, ещё древнее. Будто сама земля поднялась на дыбы и замерла перед схваткой.
А потом свет погас. И тени растворились в сумерках — унесли свой спор туда, где нет чужих глаз.
Гора Белалакая уходит в небо своей знаменитой полосатой стеной. До неё далеко — километры, пропасти, ледниковые языки, сползающие вниз белыми потоками. Там, в вышине, уже догорает закат, а сюда, в ущелье, заползают сумерки.
А на скальном выступе, ближе к нам, стоит он.
Тур. Тёмный, но в остатках света видна каждая деталь: настороженные уши, влажный нос, блестящий глаз. Стоит и смотрит прямо в объектив. Расстояние приличное, телевик едва достал, но даже сквозь сотни метров чувствуется: он видит.
Он давно заметил человека, втянул запах, оценил. И теперь просто позволяет себя разглядывать.
В глазах нет страха. Только спокойное, гордое любопытство. Мол, ну, я здесь. А ты кто?
И драки у них бывают, особенно осенью, когда начинается гон. Встают на дыбы, сшибаются рогами с такой силой, что треск стоит над ущельем. Но даже в этом нет злобы — есть ритуал, древний, как сами эти горы. Померяются силой, постоят, глядя друг другу в глаза, и мирно расходятся. До следующей встречи.
Белая скала за его спиной уходила в небо отвесной стеной. Где-то там, высоко, белело снежное пятно — последний свет зацепился за него и никак не хотел уходить.
Передо мной — тоже круча. Только ближе.
И на ней — он.
Тур стоял на самом краю, на таком отвесе, где, кажется, даже ветру страшно задерживаться. Силуэт его был чуть размыт — то ли от вечернего воздуха, то ли от того, что зверь и скала уже начали сливаться в одно целое.
Но глаза... Они смотрели прямо на меня. Две вечности встретились на короткий миг: его, длящаяся тысячелетиями, и моя, крошечная, человеческая.
А есть места, где они собираются, чтобы решать свои, непонятные человеку вопросы.
Выше альплагеря "Алибек", там, где воздух становится прозрачнее, а пихты уступают место карликовым берёзкам, спряталось Турье озеро.
Бирюзовая вода, студёная даже в разгаре июля.
Название своё озеро получило не случайно. Сюда, к чистейшей воде, спускаются кавказские туры. Говорят, если прийти на рассвете или перед закатом, когда стихают голоса туристов, можно увидеть, как могучие звери с изогнутыми рогами осторожно выходят к воде.
Они пьют, подолгу глядят на своё отражение и снова уходят в скалы.
Я сам их здесь видел не раз. Правда, всегда вдалеке — туры не подпускают близко, слишком осторожны. Но даже мельком увидеть, как эти великаны бесшумно скользят по осыпям, стоит любого подъёма.
И снова он. Тот самый, который первым встречает опасность.
Он стоял на поляне, утопающей по колено в альпийских травах, и смотрел прямо на меня. Вокруг, куда ни глянь, мелькали белые и синие цветы — мелкие, но яркие, как будто кто-то рассыпал по зелёному ковру горсть самоцветов.
А за его спиной, в тени отвесной скалы, стояли остальные. Трое. Двое выглядывали из-за выступа, третий — чуть поодаль. Они не смотрели на меня. Они ждали сигнала. Ждали, что скажет вожак.
А он стоял и держал мой взгляд. И в этой паузе чувствовалось: одно моё неловкое движение — и вся эта компания сорвётся с места, исчезнет в скалах, растворится в камнях, будто их и не было.
Поляна. Цветы. Вечерний свет. И этот древний, как сами горы, диалог между человеком и зверем.
Кто кого пересмотрит?
Они уходят всегда одинаково — бесшумно, мгновенно, будто растворяясь в камнях.
Секунду назад стояли, смотрели, оценивали — и вдруг их уже нет. Только осыпь чуть слышно шуршит под копытами, только ветер доносит запах разогретой за день травы.
И ты остаёшься один на один с горами и с чувством, что это был не просто зверь. Это был хозяин. Который разрешил себя увидеть. И ушёл обратно в свою вечность.
P.S. Есть у них и другая сторона — беззащитность. Занесены в Красную книгу. Гибнут в лавинах, гибнут от браконьеров. Но пока они есть, пока прыгают по тем скалам — есть надежда, что Кавказ останется Кавказом.
P.P.S. Отдельное спасибо Эдуарду Чернопятову за предоставленные фотографии. Именно они вдохновили на эти строки.
Туры на Кавказе есть, они живут своей древней жизнью, и если повезёт — вы тоже сможете их увидеть.
Друзья, если вам откликаются такие места, если хочется однажды оказаться там, где горы говорят, а люди слушают, — подписывайтесь на канал «Кавказ с Валерием Белогуровым».
Здесь я показываю Кавказ без глянца. То, что видел сам, чем дышал, что осталось в сердце.
Приходите. Горы ждут. И туры, может быть, тоже.
Друзья, теперь самое главное.
Этим летом я приглашаю вас в путешествие, где эти строки станут реальностью. Мы отправимся в места, где живут западнокавказские туры — те самые тени на скалах, о которых я только что рассказывал.
Где будем искать:
· Домбай — ущелья Алибек и Аманауз, Турье озеро, ледники. Здесь туры спускаются к воде, и если повезёт — мы увидим их своими глазами.
· Архыз — Софийские водопады, горные луга, где пасутся целые семьи. Они пугливы, но зоркий глаз всегда заметит тёмные силуэты на осыпях.
А ещё нас ждут:
· Кисловодск — Курортный парк, Долина роз
· Пятигорск — Машук, Провал, Лермонтовские места
· Ессентуки — парк и знаменитая грязелечебница
· Железноводск — Пушкинская галерея, целебные источники
Мы будем не просто смотреть — мы будем жить этим Кавказом. Ходить тропами, дышать воздухом, сидеть у костра и слушать, как горы рассказывают свои истории.
И кто знает — может, именно нам повезёт встретить тех, кто мелькнул на этих фотографиях.
Подробности о слёте👇
Приезжайте. Будет честно, душевно и по-настоящему.
Всегда Ваш Валерий Белогуров
Автор каналов «Кавказ с Валерием Белогуровым» и «Абхазский пленник»