В сентябре 2024 года Кировский районный суд Новосибирска вынес приговор двум бывшим сотрудницам центра помощи детям «Жемчужина». Заместитель директора Ольга Малеванная и медсестра Ольга Шаварнаева получили по 4 года колонии общего режима. За сухими формулировками приговора — трагическая гибель 15-летнего воспитанника Алексея (имя изменено) в марте 2023 года, которого взрослые оставили умирать в муках, чтобы не портить статистику учреждения.
«Привык к вольному образу жизни»
Алексей попал в детский дом в 2021 году. Его отец, живущий в отдалённом районе, сам обратился в органы опеки, понимая, что не справляется с воспитанием сына. Мать мальчика страдала от алкогольной зависимости, и подросток, по словам отца, «привык к вольному образу жизни». Несмотря на лишение родительских прав, отец не бросал сына: навещал его, привозил гостинцы, они регулярно созванивались. Алексей никогда не жаловался на жизнь в интернате.
В «Жемчужине» парня определили в группу «бегунков» — детей, склонных к побегам, хотя сам он до рокового дня ни разу не пытался сбежать. Он учился прямо в здании, а на прогулки выходил только под присмотром.
Роковой побег
В марте 2023 года друг Алексея уговорил его на побег «просто погулять». После отбоя подростки вскрыли оконную раму на третьем этаже столовой ложкой и решили прыгнуть.
Прыжок оказался роковым. Первый мальчик, упав, сломал ногу. Алексей прыгнул следом, не долетел до архитектурного бортика, ударился об него, а затем упал головой на лёд и потерял сознание. Друг, испугавшись, попытался уйти, но из-за перелома далеко уйти не смог. Другие воспитанники, ставшие свидетелями, затащили обоих обратно в здание, надеясь, что взрослые помогут.
Ночь в агонии
Вместо немедленного вызова скорой помощи начался отсчёт времени, который стоил Алексею жизни.
«Лешу всю ночь рвало, возле него стоял тазик. Он то приходил в себя, то отключался. Скорую никто не вызывал даже не до утра, а до обеда, наверное», — рассказал источник, знакомый с ситуацией.
Единственными, кто пытался помочь, были другие дети. 14-летний воспитанник Дмитрий (имя изменено) на суде показал: «Мы его на кресло посадили, с тазиком всю ночь с ним сидели, рот ему промывали, всю ночь он стонал, но нам сказали следить за ним». На вопрос, что делала медсестра, подросток ответил: «Она всё время разговаривала по телефону и больше ничего не делала. Я думал, она вызывает скорую».
По версии следствия, заместитель директора Ольга Малеванная отдала прямой приказ не вызывать медиков. В учреждении существовало негласное правило — избегать вызовов скорой до последнего, чтобы не привлекать внимание проверяющих. Второму мальчику со сломанной ногой гипс наложили прямо в детдоме.
Смерть и сокрытие
Когда состояние Алексея стало критическим, скорую всё же вызвали, но время было упущено. Мальчика госпитализировали, но спасти не удалось. Медики позже заявили, что при своевременном вызове у него был бы шанс.
Руководство «Жемчужины» попыталось скрыть правду. Отцу позвонили и сообщили ложную версию: якобы сын сорвался со спортивного снаряда на площадке, его прооперировали, но спасти не смогли. Место падения под окнами засыпали снегом. Воспитанникам говорили, что Алексей в больнице и скоро вернётся. Правду они узнали лишь из соцсетей уже после похорон.
Расследование и суд
Отец, почувствовав неладное, начал собственное расследование. Его активность и внимание журналистов привели к возбуждению уголовного дела. Версия о падении с турника рассыпалась.
25 сентября 2024 года судья Алексей Сабельфельд огласил приговор. Обращаясь к осуждённым, он сказал: «Вы — люди, которые должны заботиться о детях. Вместо этого вы продержали ребенка несколько часов, в конце концов, он умер. Я практически уверен, что трагедии бы не случилось, если бы вы этого не сделали… Вы — замдиректора… Я просто не могу понять, вам под 70 лет, что вы там прикрывали? Что бы вам за это было? Строгий выговор? Ну вот теперь 4 года подумайте об этом».
Медсестра Ольга Шаварнаева расплакалась, услышав вердикт. Ольга Малеванная, скрывая лицо за тёмными очками, молча выслушала приговор. Обе женщины, ранее не судимые, получили реальные сроки. Суд признал, что их действия, продиктованные желанием сохранить репутацию учреждения, привели к необратимой трагедии.