Западная наука всегда старалась принизить у славян роль женщины. Часто она описывалась как затворница, которая годами сидела в тереме и наедала бока. На самом деле женщины на Руси имели много прав и самостоятельно решали вопросы выбора супруга, имущественные споры и могли сами наказать обидчика.
Право выбора мужчины и право на наследство
В дохристианские времена женщина на Руси имела полное право на добрачное сожительство с мужчиной, которого выбирала сама. Лишь после того, как она становилась чьей-то женой, она обязывалась хранить мужу верность. Но и мужа она могла выбрать сама. Например полоцкая княжна Рогнеда отказалась идти замуж за князя Владимира, потому что он был сыном ключницы, и по ее мнению был «робычичем». А родители уважили выбор дочери, хотя это и привело их к гибели и к падению города.
В Уставе Ярослава Мудрого свободный выбор женщины был закреплен законодательно. Если родители нарушали это право, князь наказывал их крупным штрафом в том случае, «аще девка восхощет замуж, а отец и мати не дадять».
При этом женщина сохраняла единоличное право на имущество, подаренное ей мужем при вступлении в брак. Например, княгине Ольге муж киевский князь Игорь подарил Вышгород, которым она владела до самой смерти.
Если после сговора жених отказывался от невесты, он был обязан возместить деньги, потраченные на организацию празднеств, и заплатить девице 3 серебряных гривны – за пренебрежение, а так же штраф князю, а позже – и церкви.
Варварский обычай сопровождать на тот свет умершего знатного мужа и восходить на погребальный костер, шокировавший арабов и существовавший в VIII—IX веке, был добровольным. По рассказам путешественников, заставить женщину совершить такой шаг никто не мог. Ярким примером тому служит княгиня Ольга – когда убили ее мужа Игоря, она не последовала за ним на костер, а «взошла на холм и справила тризну».
Несмотря на зависимость жены от мужа, тот не имел права распоряжаться ее жизнью. Даже князь Владимир Святославич после покушения на его жизнь женой Рогнедой не казнил ее, а лишь отослал от себя.
По «Русской правде» за убийство женщины преступники отвечали так же, как и за убийство мужчины: за него полагалась кровная месть, позже замененная большим штрафом – вирой. Правда, за мужчину платили 80 гривен, а за женщину только 20. При этом жена разбойника или убийцы отвечала за его преступления, так же как и его дети – вся семья изгонялась в лес, а имущество подвергалось разграблению. А вот жена вора за его поступки не отвечала.
Вдова имела право на все, что завещал или дарил ей муж. А по обычаям древних славян при заключении брака муж был обязан одарить жену подарками. Князья дарили женам села и небольшие города. Кроме этого, ее дети были обязаны выделить ей долю из наследства, чтобы она могла безбедно жить. Свою долю имущества женщина никому не отдавала, а по завещанию могла оставить кому-то из детей. Часто ее имущество доставалось дочерям.
Женщина на Руси могла быть воином
Русская женщина имела право отстаивать свои интересы в суде наравне с мужчинами, и если дело доходило до поединка, могла выставить вместо себя наемного воина – мужчину либо женщину. Богатырши назывались поляницами, и в военное время входили в княжескую дружину. Многочисленные русские былины рассказывают о таких богатыршах, как невеста Дуная Настасья; дочь Микулы Селяниновича Настасья Микулишна; жена Ильи Муромца Савишна.
Все они отличались большой силой, могли побороть мужей и женихов в схватке и подменяли их на ратном поле. В западной части России в курганах до сих пор находят могилы амазонок. Например, под Воронежем в последние годы найдено 10 захоронений. Причем, одна из могил – коллективная. В ней покоились воительницы от 13 до 45 лет. В могилу им положили оружие и сбрую.
Захоронения воинственных славянок находили даже в Дании. Там на острове Лагнеланд была обнаружена могила славянки-воительницы. Из уважения к ее доблестям викинги положили ей в могилу кинжал и боевой топор.
О женах-воительницах упоминал историк Николай Карамзин. Он писал об осаде славянами Константинополя в 626 году и упоминал о факте, что ромеи на поле боя находили убитых женщин-воинов.
Еще один факт. Во время Куликовской битвы на поле вышли биться рука об руку со своими возлюбленными две русских княжны – Дарья Ростовская (дочь князя Андрея) и Феодора Пужбольская, дочь князя Ивана. Обе девицы погибли в сражении.
Женщина на Руси могла управлять
Мы уже писали, что княгиня Ольга владела Вышгородом, которым умело управляла. Но она же в X веке фактически стала правительницей Киевского княжества после смерти мужа и до взросления своего сына Святослава. Напомним, что в Европе первая королева появилась только в XVI веке – то есть шестью веками позже. Это была Мария Тюдор – королева английская и ирландская.
Даже королева Франции Анна Русская (Anna Russu) XI века, которая одно время была регентом при малолетнем сыне Филиппе I, была родом с Руси, дочерью князя Ярослава.
Женщины могли получать образование
Уже в XII —XIII веке на Руси открывались монастырские школы, основателями которых были женщины. Чаще всего это были княжны или игуменьи – настоятельницы монастырей. Житийная литература того времени передает тот факт, что многие русские княгини и монахини владели грамотой и переписывали в монастырях книги. Например, княжна Предслава, дочь полоцкого князя Святослава Всеславича ушла в монастырь, стала монахиней Ефросиньей и писала книги «своими руками». Она же открыла школу в Софийском соборе Полоцка. В этой школе учились только девицы, в том числе сестры княгини – Звенислава и Городислава. Владела грамотой и супруга смоленского князя Романа Ростиславича Феодулия Суздальская. Про нее говорили: «Не в Афинех учися, но афинейские премудрости изучи».
Если помните, то владела грамотой и Анна Ярославна, королева Франции – одна из дочерей князя Ярослава Мудрого, отданная за французского короля Генриха I. Она не только свободно читала на церковно-славянском, но и знала греческий. Между прочим, ее муж Генрих I читать и писать не умел.
А внучка Владимира Мономаха, дочь князя Мстислава Евпраксия, жившая в Константинополе, куда ее отдали замуж, настолько овладела искусством лечения травами, что по-гречески написала научный трактат «Алимма». В те года ее обвиняли в колдовстве, но в книге нет ни капли оккультизма – только медицинские знания.
Женщины имели право на защиту чести
После Крещения Руси на первое место выступало сохранение девицей чистоты до брака. В Судебнике 1589 года русская девушка приравнивалась к монахине, монаху и к игумену. За ее бесчестье насильник должен был уплатить отцу четыре оклада, то есть четыре оклада служивого человека или боярина за год. Либо он должен был заплатить сумму в четыре раза большую чем имущество, которым владел отец.
Если мужчина, отказавшийся от женитьбы после помолвки, начинал насмехаться над девушкой, рассказывая небылицы об интимной близости и отбивая у других мужчин охоту на ней жениться, его могли женить на ней насильно или потребовать заплатить девице штраф.
За оскорбление словами замужней женщины полагался штраф. Оскорбивший должен был заплатить мужу и епископу, после чего его мог наказать князь. За оскорбление жены великого боярина полагался штраф в 10 гривен (5 мужу и 5 митрополиту), за жену боярина – 6 гривен (по три мужу и митрополиту), за селянку мужу платили штраф в 60 резанов (в 1 гривне кун было 50 резанов, а 4 гривны кун равнялись одной гривне серебра), а митрополиту следовало заплатить 3 гривны.
Категорически запрещалось поднимать руку на чужую женщину и тем более срывать с нее головной убор – преступника штрафовали. Растление малолетней наказывалось лишением половины имущества. В XVII веке растлителя отправляли в ссылку или брили в солдаты.
В Древней Руси от насилия были защищены даже рабыни. За изнасилование и бесчестье – то есть за разглашение этого случая она получала свободу. «Роба» могла получить свободу и в том случае, если ее насиловал хозяин, и она рожала от него ребенка.
Со временем наказание за насилие в отношении женщин лишь ужесточалось. Например, в 1687 году некий Степан Коробьин за изнасилование девки Маврутки был бит кнутом, приговорен к штрафу в 500 рублей и ссылке в Соловецкий монастырь. Более того, был наказан его подельник Сережка Морев, заманивший девицу. Его отстегали кнутом и отправили в Сибирь «на вечное житие».