В старом роддоме на окраине города давно не принимали роды. Здание, когда‑то полное криков новорождённых и радостных голосов, теперь стояло мрачное и заброшенное. Окна были заколочены, стены покрылись трещинами, а с потолка осыпалась штукатурка. Горожане обходили его стороной, пересказывая друг другу жуткие легенды.
Говорили, что по ночам в пустых коридорах раздаются тихие всхлипы и шёпот. Иногда