Найти в Дзене

Уникальный человек, встреченный мной в ранней молодости

А полвека назад я, провинциальная молодая девушка, случайно попала из небольшого сибирского города — Абакана — в Ленинград в дом профессора Ленинградской консерватории, пианистки Надежды Иосифовны Голубовской. Сказать, что это был удивительный человек — значит, не сказать ничего. Но я-то попала к ней очень рано. Тогда я не способна была воспринять всё, что от неё исходило. Я была глупая самодовольная девица, считающая, что я уже всё знаю. Для меня тогда не было никаких авторитетов. И всё-таки мне невероятно повезло. Мне почему-то всю жизнь везло, ведь я встречала уникальных людей, которые теперь вымерли начисто. Их больше нет и не будет никогда. И без этой женщины я не стала бы тем, чем стала сейчас. А если бы во мне не проросли духовные семена, заложенные тогда, меня давно бы не было на этом свете. Это тот стержень, который помогает мне держаться на плаву в своей очень непростой жизни. Финал этой жизни будет совсем скоро, но я не хочу об этом думать. Я ещё поживу и порадуюсь самым про

А полвека назад я, провинциальная молодая девушка, случайно попала из небольшого сибирского города — Абакана — в Ленинград в дом профессора Ленинградской консерватории, пианистки Надежды Иосифовны Голубовской.

Сказать, что это был удивительный человек — значит, не сказать ничего. Но я-то попала к ней очень рано. Тогда я не способна была воспринять всё, что от неё исходило. Я была глупая самодовольная девица, считающая, что я уже всё знаю. Для меня тогда не было никаких авторитетов.

И всё-таки мне невероятно повезло. Мне почему-то всю жизнь везло, ведь я встречала уникальных людей, которые теперь вымерли начисто. Их больше нет и не будет никогда.

И без этой женщины я не стала бы тем, чем стала сейчас. А если бы во мне не проросли духовные семена, заложенные тогда, меня давно бы не было на этом свете. Это тот стержень, который помогает мне держаться на плаву в своей очень непростой жизни.

Финал этой жизни будет совсем скоро, но я не хочу об этом думать. Я ещё поживу и порадуюсь самым простым вещам, которые каждый день дарит нам наша, пусть и очень тяжелая жизнь.

И всё-таки это несправедливо, что многое в ней мы получаем или слишком рано, или слишком поздно…

А недавно набрела в инете на замечательного пианиста — Игоря Комарова. Это ученик ученика Надежды Иосифовны Голубовской Владимира Нильсена. Он почему-то очень рано умер — в 54 года. Играет изумительно! Я про него постоянно слышала, когда жила в доме Голубовской, он тоже был профессор Ленинградской консерватории, но почему-то ни разу не удосужилась сходить на его концерт. Видимо, жизнь у меня тогда была настолько насыщенной, что многое проходило мимо меня.

Есть три вещи, которые я не могу слушать без слёз (неважно, в чьём исполнении). Это Лакримоза и вторая часть 23 фортепьянного концерта Моцарта. А теперь вот и вторая часть 4-го концерта Бетховена, которую услышала в исполнении Игоря Комарова.

Надежда Иосифовна иногда давала мне уроки, несмотря на то, что я не была музыкантом. Она в шутку мне говорила, что я — «гениальный слушатель». Так вот, она одной рукой (потому что вторая была парализована) проигрывала мне эту вторую часть 4-го концерта и объясняла, что это Орфей спускается в ад за Эвридикой и умоляет адские силы отпустить её.

Помочь автору: Сбербанк по телефону +79108494731
Помочь автору: Сбербанк по телефону +79108494731