«Жизнь одна, а вторых шансов не бывает. Мы поверили в это вранье. Все ведь так и живут» Оушен Вуонг
Продолжаем разбираться с большевиком и видным чекистом Михаилом Кедровым. Человеком, именем которого назвали корабли, улицы и даже в наше время выпускают памятные марки. Но одновременно чехвостят в хвост и в гриву как кровавого палача простого народа, приводя мнения тех или иных его современников. Однако если присмотреться к обвинителям, то возникают не малые сомнения в достоверности их слов.
В этой статье рассмотрим достижения Кедрова, а они более чем достойны персонального конверта и портрета на марке.
Михаил Сергеевич Кедров профессиональный революционер, владеющий несколькими европейскими языками. По происхождению из дворянской семьи, сын нотариуса. Помимо, гимназии, окончил консерваторию по классу рояля. Из семьи ушёл в 16 лет. В 1901 году, в возрасте 23 лет вступил в РСДРП, но революционную деятельность начал с конца 90-х годов 19 века. За, что и был изгнан из Московского университета где учился на юриста. Тогда же Кедров посещал лекции в Лазаревском институте восточных языков. С 1900 года пытался учится в ярославском Демидовском юридическом лицее, но и откуда был изгнан после ареста «за проведение антиправительственной сходки студентов».
Сразу после этого вступил в партию. По убеждениям большевик. При вступлении внёс в кассу партии около 100 тысяч рублей золотом - свою часть наследства от отца. Это 10 тысяч 10 рублёвых золотых монет. По прямой цене металла каждая такая монета в 2026 году стоит чуть менее 100 000 рублей. Выходит, около 1 миллиарда рублей взнос Кедрова на нынешние деньги. Как вам? Думаю, не каждый человек, вступающий в любую партию, готов отдать такие деньги. И для РСДРП того времени это были очень серьёзные средства. Правда по покупательской способности сумма будет значительно ниже. Точно высчитать сложно, но сумма всё равно очень приличная. А Михаил явно показал себя увлечённым делом освобождения пролетариата человеком. Причём, когда будущий успех партии был ещё неочевиден. Уже в начале 1903 года был отправлен в административную ссылку в Вологодскую губернию.
Очень активно участвовал в подготовке и в самой Революции 1905 года, в составе местного комитета РСДРП организовывал рабочие дружины в Костроме, а в период Московского восстания снабжал восставших оружием и изготавливал оболочки для бомб. После поражения революции был арестован и осуждён за «за принадлежность к социал-демократической рабочей партии». Пробыл в заключении более двух лет, вероятно у полиции не было на него достаточно серьёзных данных, и через несколько лет после освобождения, в 1912 году уехал в Швейцарию, где познакомился с Лениным и сдружился с ним.
По информации из Википедии в Швейцарии он - «Давал платные концерты музыки, средства от которых шли на финансирование большевистских активистов в эмиграции. Дела партийные Кедров сочетал с учёбой на медицинском факультете в университетах Берна и Лозанны, который успешно окончил в 1915 году, получив диплом врача.»
В период Первой Мировой войны Кедров вернулся в Россию, куда тайно доставил письмо Ленина в ЦК, и с 1916 года работал врачом-эпидемиологом на Кавказском фронте, где вел партийную агитацию.
Не знаю, как у вас, но у меня Кедров этого периода времени вызывает искренне уважение своей бескорыстностью, энергией, стремлением к знаниям и преданностью делу революции. Но особенно ярко проявил себя Кедров сразу после победы революции.
Информации о конкретной работе Михаила Сергеевича в период революции мало, но был он явно не на последних ролях. Член Военной организации при ЦК РСДРП(б) с мая 1917 года и одновременно Всероссийского бюро большевистских организаций в Петрограде, одновременно редактор газеты «Солдатская правда». Кедров занимался агитацией направленные на солдатские массы. Для решения этой задачи он даже создал газеты «Рабочий и солдат» и «Солдат». Можно смело утверждать, что в том, что солдаты поддержали революцию, есть и вклад Кедрова.
Через год, в мае 1918 г. ему поручили возглавить «Советскую Ревизию». Это специальная правительственная комиссия для «производства ревизии всего военного хозяйства, местных советских учреждений». Зоной ответственности комиссии Кедрова стала Ярославская, Вологодская, Архангельская, Иваново-Вознесенская и Костромская губернии. На этом посту Михаил Сергеевич сделал чрезвычайно важное дело для победы Революции, о котором Википедия и почти все критики, зацикленные на его якобы кровожадности «скромно» умалчивают.
Ещё до этого назначения Кедрова, в апреле 1918 года Германия высадила десант в Финляндии, появилась угроза захвата железной дороги Мурманск-Петроград и стратегических северных портов в Мурманске и Архангельске и создания там баз для подводных лодок.
В этих портах скопилось огромное количество военного имущества из стран Антанты, предназначенного для Российской Империи. А ещё ранее, 1 марта 1918 года британский контр-адмирал Томас Кемп, предложил меньшевистско-эсеровскому Мурманскому совету защитить силами британских войск Мурманскую железную дорогу от германских войск и белофиннов. И уже 6 марта 1918 года с согласия народного комиссара по иностранным делам Льва Троцкого, сделанного без решения ЦК РСДРП(б), в Мурманск зашёл крейсер «Глория» с которого высадились первые два отряда английских морских пехотинцев.
Всё военное имущество в Мурманске для большевиков стало не доступным. У Троцкого была возможность потянуть резину, затягивая переговоры и попытаться вывезти имущество, но мелкий «бес революции» был тот ещё баклан и… вредитель. Одновременно, с десантом в Мурманске англичане готовились к интервенции в Архангельск, затягивающейся по причине необычайно позднего ледохода на Северной Двине и в ожидании подкреплений.
А в Архангельске добра было ой как не мало. К январю 1918 г. на его складах хранилось 700 000 снарядов, 80 пудов взрывчатых веществ, около 15 млн. пудов каменного угля, огромные запасы льна, шкур, марганцевой и медной руды и ценности Народного Банка -золотые слитки и процентные бумаги на сумму около 60 млн. рублей, наличные деньги в сумме 8 млн. рублей.
В июне 1918 г. начальник «Советской Ревизии» сделался командующим Северным фронтом и по прибытию в Архангельск организовал срочный вывоз скопившегося в местном порту военного имущества, продовольствия и материалов. 22 июня он ввел в районе всего Архангельского порта, города и его окрестностей, военное положение.
Была образована Чрезвычайная комиссия по разгрузке Архангельского порта (ЧКОРАП) для вывоза артиллерийского имущества с приморских складов. Военное имущество вывозилось в бешеном темпе по железной дороге и по Серверной Двине. Для ускорения были отменены все пассажирские поезда. Процесс вывоза имущества находился на постоянном контроле у Ленина. Работа сильно осложнялась острой нехваткой гужевого транспорта, разбитыми дорогами и массовым саботажем антисоветских элементов. Которых в Архангельске было как грязи. Пришлось Кедрову вычищать их из советских учреждений. С задачей вывоза имущества Михаил Сергеевич Кедров справился.
После захвата 2 августа Архангельска интервентами и контрреволюционерами эсер Лихач докладывал: «Когда мы пришли - все было увезено: вся наличность Архангельского городского банка и сберегательных касс и книги, не только денежные суммы, до 45 000 000 рублей, но и плуги.»
Что бы лучше понять сделанное Кедровым беспристрастно оценим ценность снарядов. По данным на книги Kevin D. Stubbs «Фронтовая гонка: материальная база стратегической коалиции в Великой войне» в первый военный 1914 год, в России произведено 656 000 снарядов всех типов. Для реалий Первой Мировой войны, это совсем не много.
В самый интенсивный по расходу снарядов 1916 год, русской армии это хватило бы всего на полмесяца. В среднем, по данным бывшего начальника ГАУ Маниковского, в этот год расходовалось около 1,5 млн. снарядов в месяц. Однако для высокомобильной Гражданской войны, уже был уже весьма приличный объём.
Например, в одной из самых мощных и расходных артиллерийских операций Гражданской войны, очень схожей по расходу снарядов с позиционной Первой Мировой войной, когда за период с 7 по 17 ноября 1920 года, 900 орудий войск Южного фронта обеспечивали штурм перекопских укреплений и освобождение Крыма, было израсходовано 540 000 снарядов. И 700 000 снарядов вывезенных Кедровым, весомый вклад в дело сохранения дела Революции, высоко оценённый Владимиром Лениным. Сравните хотя бы с бездействием Л.Троцкого, по вине которого изрядные запасы военных материалов попали в руки интервентов высадившихся в Мурманске.
Интересен и реальный эпизод от 2 августа 1918 г, когда Кедров отдавал приказы на расстрел. Он описан в воспоминаниях И.В.Василевского - командира стрелкового полка железнодорожной охраны и участника гражданской войны на Севере - «Оставив спецпоезд в Емце, я со своими людьми присоединился к отряду Кедрова, и мы двинулись в сторону Архангельска… …До Исакогорки оставалось уже менее пяти верст. Неожиданно поезд затормозил и остановился. В чем дело? Смотрим, а впереди, у моста через речку Илас, рельсы разобраны, на пути, глубоко врезавшись в насыпь, лежат два сцепленных паровоза.
— Вот мерзавцы! — в сердцах выругался Михаил Сергеевич. — Не хотят нас пускать на станцию. Но мы до этих белогадов все равно доберемся.
Рассыпавшиеся по лесу для обследования местности красноармейцы обнаружили одного из главных виновников созданного препятствия — начальника отделения службы движения инженера Митропольского. Притаившись в кустах, он рассчитывал, что с кедровским поездом произойдет крушение, а ему, Митропольскому, в темноте удастся уйти незамеченным. Предателя расстреляли на месте преступления...
...Назначенный начальником охраны и обороны Няндомского участка Северной железной дороги, я держал постоянную связь с М. С. Кедровым. По его указанию на линии Обозерская — Няндома мы организовали усиленную охрану пути и всех железнодорожных объектов. Совместно с полевым контролем… штаба фронта выкорчевывали контрреволюционные гнезда, ловили вредителей и саботажников, орудовавших на линии, задерживали шпионов, диверсантов и всех тех, кто пытался пробраться через фронт в Архангельск, оккупированный англо-американскими и французскими войсками.
В одном из поездов нам удалось обнаружить некоего Папилова, который пробирался в Архангельск. До вторжения в город интервентов он был одним из меньшевистских лидеров в Архангельске. В июне 1918 г. архангельские чекисты арестовали Папилова, как ярого врага Советской власти, и вместе с группой других контрреволюционеров под конвоем отправили в Москву. Сбежав оттуда, Папилов намеревался тайно пробраться через линию фронта… Отобранную у Папилова контрреволюционную переписку мы с нарочным отправили Кедрову. На другой день я получил по телеграфу приказ: «Задержанного контрреволюционера Папилова приказываю немедленно расстрелять. Об исполнении донести мне. М. Кедров».
Мало Кедров стрелял, очень мало и был непозволительно наивен в отношении непримиримых врагов революции!
Вот это ему можно и нужно поставить в вину, так как Архангельск 1 августа и был захвачен с помощью таких вот папиловых. Цитата из Википедии: «В ночь на 02 августа группа подпольщиков Союза возрождения под руководством Н. В. Чайковского при содействии белых офицеров Г. Е. Чаплина, получив подтверждение прохождения кораблей союзников в устье Северной Двины, подняли Антибольшевистский переворот в Архангельске.
Власть в городе взяли военные во главе с ротмистром А. А. Берсом — командиром Беломорского конно-горского полка (собранном из частей бывшей «туземной дивизии»). В тот же день в городе было образовано белогвардейское правительство во главе с Н. В. Чайковским — Верховное управление Северной области (ВУСО). Начала формироваться Северная армия под командованием каперанга Г. Е. Чаплина.
После захвата Архангельска контрразведывательный отдел штаба союзных сил и военно-регистрационная служба при штабе командующего русскими войсками Северной области начали аресты руководителей и служащих советских учреждений, членов комитетов бедноты, командиров и бойцов Красной армии»
В результате действий интервентов и их прислужников тысячи людей были казнены, погибли в тюрьмах, «лагерях смерти» на о. Мудьюг и в Иоканьге на Кольском полуострове (за всё время оккупации через тюрьмы и лагеря прошло около 52 тыс. человек). Из-за ужасающих условий содержания и пыток в лагере остров Мудьюг получил прозвище — «остров смерти». И я сильно подозреваю, что именно этих жертв интервентов и вешают на Кедрова…
Есть ли вина Кедрова в потере Архангельска? Не совсем простой вопрос. Дело в том, что ЦК приказало Кедрову с 20 июля перебазироваться в Вологду и принять на себя командование над всем Северо-Восточным районом, а непосредственную оборону Архангельска возложить на специально командированного главкомом комдива Потапова. Однако Потапов, бывший офицер царской армии, оказался предателем и сопротивления интервентам не оказал.
В Вологде, а также в тыловых районах Севера, Кедров уже жёстко разогнал контрреволюционные организации, и непосредственно руководил первоначальными военными действиями, задержав продвижение интервентов, занявших Архангельск, на Вологду вдоль железной дороги и Северной Двины.
Позднее, но ещё с ноября 1918 года, Кедров, уже став членом коллегии Наркомата по военным делам РСФСР, в должности комиссара по демобилизации русской армии за четыре с половиной месяца провел демобилизацию 10 млн солдат. После этого Михаилу Кедрову поручили управлять военным имуществом всей страны, включая мастерские и склады. Именно в его ведомство руководители армии и советских учреждений обращались за получением различного имущества, оборудования и всякого рода материалов при комплектовании Красной армии. В этом качестве Кедрова можно причислить к одному из её создателей. Жалоб на его работу в этой должности я не нашёл.
Описанное лишь самое краткое изложение его не простой судьбы. Можно на целую книгу набрать интереснейшего материала. Оказалось, что Михаил Сергеевич Кедров занимает в истории Революции и Гражданской войны весьма достойное место, и позже вся его деятельность, так же посвящена СССР, в том числе и на высоких постах в НКВД, наследницей которой являются нынешние спецслужбы России.
Что касается его расстрела, тема тоже обширнейшая, но по моему личному мнению, на основании перелопаченного материала, Кедров, изначально преданный Советской власти человек, в какой-то момент не проявил бдительности и замарался связями с троцкистами, чьи заговоры были направлены на захват власти и восстановление капитализма в СССР. Как именно, что именно и почему Кедров это сделал, сказать сложно, но отступился точно.
Дело в том, что троцкизм всё же сумел захватить власть в нашей стране после убийства Сталина, и троцкистом Хрущёвым и его командой тут же проведена реабилитация всех своих сторонников. В их память называли улицы, скверы и корабли. Так как идеологические наследники троцкистов до сих пор у власти, эти названия сохраняются, а память о них эпизодически обновляется. В том числе и о Михаиле Кедрове. И возникает парадокс, в прошлой статье названный мной «шизофренией», а по факту являющийся системным кризисом вызванным неразрешимым противоречием.
Память о Кедрове нынешняя власть сохраняет, так как он был троцкистом, но сказать об этом прямо она не может. А славить его заслуги перед Советской властью, которую они уничтожили, тоже не нельзя! Тот период можно только хаять и поливать кровавой грязью.
Но в итоге получилось, что улицы и корабли названы в честь "кровавого маньяка"…
С Уважением, Соратник.ру