За пять лет, что я проработала в Уфимском хосписе, мне встретилось очень много разных женщин. Это мои бывшие коллеги. Волонтеры, попечители и, конечно, подопечные: взрослые, дети, семьи.
Сила, которой обладают многие из них, удивительна: с одной стороны, мягкая, с другой — твердая как сталь. Все истории за годы работы мы собрали в книге «Жизнь как дома», но для вас я хочу рассказать несколько других.
Как-то весной мы привезли тюльпаны в паллиативное отделение онкодиспансера. И когда букет желтых цветов оказался у одной молодой женщины в руках, она расплакалась. А потом рассказала: работает учительницей и каждое 8 марта ей дарят букеты ученики и родители. А сегодня она думала: впервые праздник такой… И тут вот, хрупкие тюльпаны, перевязанные лентой от незнакомых людей. Ее лицо, опущенное в плотные бутоны (ох, аромат), я помню так четко, будто только вышла из бесцветной палаты.
А однажды я приехала в командировку, в гости к маме троих детей с инвалидностью. Приезжая к подопечным, ты никогда не знаешь, что ждет тебя за дверью: и я не про обстановку, а про эмоции. Ты почти свой, для тебя едва ли будут делать вид, и потому все сотрудники хосписа в равной мере купаются в благодарности и ненависти, в нежности и агрессии. То, что я увидела в этой квартире, потрясло меня до глубины души. Напомню: мама-одиночка, трое детей с особенностями развития.
Меня встретила красивая женщина с теплой улыбкой, большими глазами, уложенными волосами и маникюром. На полу стояли закатки, а с кухни умопомрачительно пахло выпечкой. Она сказала: мы как караван циркачей. Когда мы все вместе выходим на улицу, никто не может оторвать от нас взгляд.
Мы с ней записывали подкаст: она рассказала, как ушел муж, как родились двойняшки, а потом младший сын. Поделилась: понимает все про их диагнозы и также понимает, что жизнь — вот она, сегодня. И можно встретить неизбежное по-разному. А она выбрала находить радость. И да, боль, горечь и «почему я?» никуда не делись. Но и счастливые моменты тоже.
Она рассказала, что самый тяжелый день для нее — 1 сентября. Целый день ручейком из школы идут нарядные дети с цветами, с портфелями, с друзьями и родителями. А она, многодетная мама, смотрит на них и знает: ее сыновья никогда не сядут за парты.
Другая подопечная научила меня тому, что можно сохранить осанку, даже потеряв возможность ходить. Я.Ю. угасала от БАС, беспощадного бокового амиотрофического склероза. Но с удовольствием общалась с внуками, выбирала кино для просмотра и продукты домой и любила пирожные из кафе внизу дома. Она была тяжело больна, но оставалась человеком, а не пациентом. Ее близкие дали ей такую возможность.
Ну и, конечно, отдельная история — мои коллеги. Соприкасаясь ежедневно с отчаянием и болью, многие из них сохранили эмпатию и себя, не потерявшись, не растворившись в спасении других. Каждый день я училась у них говорить о тяжелом, оставаться человеком и профессионалом, быть опорой другим, но в первую очередь — для себя.
Мураками пишет, что боль неизбежна, но страдания — выбор каждого. Мне очень сложно судить, и не делать этого не буду. Скажу только: в сложные времена и в рутине будней, в работе и в материнстве женщины — всегда немного больше, чем им по силам.
Эта работа научила меня ценить простые радости, запомнить, что мелочей не существует, и зарубить себе на носу: о других мы всегда знаем очень мало. Да что там — чаще всего мы мало знаем даже о самих себе.
Берегите себя.
Текст участвует в конкурсе «Женщины в сильных профессиях».