Возможно, имелось в виду высказывание Ксении Собчак на мастер‑классе в рамках Первого международного конкурса красоты БРИКС в Казани. В ходе мероприятия ей задали вопрос о том, как медийному человеку создать и сохранить репутацию. Собчак дала чёткий и прямолинейный ответ: главное — честно признать свои ошибки и не молчать.
В качестве примера она привела ситуацию с Ларисой Долиной, сопроводив разбор довольно жёсткой оценкой действий певицы. «Главное — не молчать полгода, как Долина. Даже она могла из этой ситуации выбраться нормально. Просто она не пошла к хорошим пиар‑специалистам», — отметила Собчак.
Речь шла о громком скандале, связанном с продажей квартиры Ларисы Долиной. История развернулась по классическому сценарию мошенничества: под давлением злоумышленников певица продала свою пятикомнатную квартиру в престижном районе Хамовники Полине Лурье по цене значительно ниже рыночной — всего за 112 млн рублей, что на 80 млн рублей меньше реальной стоимости жилья.
На первых порах Долина, судя по всему, не осознавала в полной мере масштаб произошедшего. Когда же до неё дошло, что она стала жертвой обмана, певица незамедлительно обратилась в правоохранительные органы. Правоохранители взялись за дело оперативно: большую часть участников мошеннической схемы удалось поймать и привлечь к уголовной ответственности.
Благополучный исход ситуации стал возможен благодаря слаженной работе следственных органов и юридической команды артистки. В результате звезде вернули не только деньги, но и саму квартиру — то есть материальный ущерб был полностью компенсирован.
Однако, по мнению Собчак, репутационные потери оказались куда серьёзнее. И виной тому — затянувшееся молчание Долиной в первые месяцы после случившегося. Телеведущая убеждена: если бы певица сразу обратилась к профессиональным пиар‑специалистам и выработала грамотную коммуникационную стратегию, можно было бы не только минимизировать негативные последствия, но и представить ситуацию в выгодном свете — как пример того, как публичная личность справляется с жизненными испытаниями.
Высказывание Собчак вызвало неоднозначную реакцию. Часть экспертов в сфере PR согласились с её тезисом о важности оперативной реакции: в современном медиапространстве молчание действительно может быть расценено как слабость или даже признание вины. Они отметили, что публичным людям стоит заранее продумывать антикризисные сценарии — особенно если речь идёт о людях старшего поколения, которые привыкли решать проблемы за закрытыми дверями, а не через соцсети и интервью.
Другие же возразили, что в ситуации с Долиной речь шла не о репутационном просчёте, а о глубокой личной травме. Стать жертвой масштабного мошенничества — серьёзный стресс, и требовать от человека немедленных публичных комментариев в такой момент — бесчеловечно. По их мнению, право на паузу и переживание случившегося важнее любых пиар‑стратегий.
Сама Лариса Долина публично не комментировала слова Собчак. Однако в её последующих интервью прослеживалась тенденция к большей открытости: певица стала чаще делиться размышлениями о жизни, предостерегать поклонников от излишней доверчивости и даже шутить на тему произошедшего. Возможно, это и есть тот самый «нормальный выход», о котором говорила Собчак, — только найденный не сразу и своим путём.
История в очередной раз показала: в эпоху мгновенных новостей и соцсетей даже личная трагедия мгновенно становится достоянием общественности. А значит, медийным персонам действительно приходится балансировать между правом на частную жизнь и необходимостью выстраивать публичную коммуникацию — и от этого баланса во многом зависит, останется ли репутация непоколебимой или даст трещину.