Рассказ 6
В общих чертах дело обстояло так: проколол Гена свой пузырь. Нет, со здоровьем у него, слава богам, всё в норме. Речь идет о его Вселенной.
– Как проколол, козёл?!!! – нежно спросите вы, крепко выругавшись.
– Случайно. Короче, проколол он нежную оболочку Вселенной своим ржавым звездолётом нечаянно, по неосторожности.
– Так она же сдуется! – заголосили все носители вселенского знания.
– Конечно сдуется, она же пузырь, – согласились с ними оптимисты, – но тихонько, без сопутствующих спецэффектов.
Пессимисты помалкивали и только ехидно улыбались. В глазах их читалось: мы вам говорили, что нельзя кому попало звездолёты продавать!
– Позвольте, но наша вселенная – это без сомнения инфляция, – возразили сторонники теории инфляции, постоянно страдающие от нехватки денежных средств, неизвестно куда из их кошельков утекающих.
– Теория струн, – тихо апеллировали оппонентам сторонники струн и большие любители спокойной гитарной музыки.
– Да нет, чушь вы несете! – возражали уверенные в своей непогрешимости взрывники. – Со спичками мальчишки поигрались возле бочки с горючкой – вот вам и результат. Красное смещение есть? Есть. Все, вопрос закрыт!
– У вас у самих ежедневное смещение в зенках. Залили их с утра! – отвечали им все предыдущие, которые не взрывники.
– Золотое яйцо всему причина, – спокойно молвили сторонники яйца, – раскололи его, и возникла наша Вселенная.
Шумели все до одури, до хрипоты, но к общему мнению так и не пришли. При всем этом, Гену не переставали обвинять.
Приверженцы вселенских религий, долго наблюдавшие со стороны эту возню, громогласно пообещали, что в случае продолжения неуместных споров они проклянут всех спорщиков.
– Не обижайте Гену, он ведь, наверное, погиб, – рыдали навзрыд сердобольные домохозяйки, которые никогда в своей жизни Гену не видели. А те, которые видели и ухитрились при этом выжить, ровно наоборот.
Споры спорами, но все галактики стали потихоньку подтягиваться именно к этой дырке, которую проковырял Гена в пузыре их Вселенной. И назвали они тогда эту дыру Аттрактор, а Гену за глаза – Аттрактор Гена в честь его космического трактора, ну и Гены, конечно.
– Вот мы и приплыли, Автор! Давай, объясняй народу: как такое вселенское безобразие могло произойти.
– Извините, но я здесь ни при чем, – попробовал оправдаться тот, – да и Гена не особо. Всё дело в том, что накануне его сильно обидели и абсолютно без всякой на то причины.
– Хорошо, давайте тогда вернемся к Гене и попытаемся разобраться: виноват он или нет.
– Согласен, но для этого вернёмся к более ранним событиям. После того, как при непосредственном участии нашего героя была выведена из строя центральная звезда туманности Андромеды, у них там начался, как это обычно бывает, передел власти и делёж собственности. Гену за этот тяжкий проступок, ввиду отсутствия кроме мистических иных достоверных улик, трогать не стали. Пожурили немного и отпустили до времени, но при этом начали его сильно бояться.
– Так почему же тогда новое руководство так сильно на него окрысилось? Продолжали бы и дальше бояться, зачем на рожон лезть?
– Поясняю: утвердившись в качестве новых лидеров, они незамедлительно приступили в дележу свалившегося им на голову наследства. Собственно того движимого и недвижимого имущества, которое досталось им от прежнего. Поскольку новое руководство было сильно жадным и бедным, делиться они ни с кем не захотели. Тем более что многие уже успели сделать в кредит капитальный ремонт своего имущества.
– Нефиг лезть в чужой карман, самим мало, – заявили они всенародно. Зря они, конечно, так сказали, недальновидно.
Долгие судебные тяжбы при деятельном участии в них нового руководства в качестве ответчика ни к чему не привели и тогда недовольные жадными руководителями гуманоиды и не очень, потянулись толпой к нашему герою. И вот тут Гена совершил роковую ошибку. Ему бы наобещать этим ходокам с три короба, а он раскис и полез за них в драку. Чисто фигурально, конечно. Руководству это, естественно, очень не понравилось. Именно тогда-то они его и обидели. Сильно.
– Чтобы глаза наши тебя больше не видели, зараза, – сказал ему напоследок главный судья по наследным делам.
Сказал и смертельно испугался за свой поступок. Но, согласитесь, начальство сверху на него давит: «Избавься, да избавься. Под любым предлогом. Боязно нам жить рядом с такой личностью. Вдруг чего нехорошее надумает по поводу невыплаченной ему прежним руководством второй половины гонорара. Дело-то, скажет, сделано. Поглядите сами, ведь тухнет заказанная вами Бейт аль–Джауза. А посему, гоните должок».
Одним словом, руководством галактики была дана своим подчиненным безоговорочная команда: «Убрать его с глаз долой!»
Сел тогда сильно нетрезвый Гена в свой звездолёт и дал по газам. И полетел он именно туда, куда глаза его глядели. Но поскольку глядели они у него от обиды и выпитого по этому поводу спиртного в разные стороны, он, естественно, сбился с пути. Ну и попал, конечно. В смысле – устроил этот свой прокол.
Что было дальше, вы уже знаете. Правильно – дырка с рваными краями и следами ржавчины от давно не крашенного транспортного средства. Мало того, что он её устроил, так его же самого в неё и засосало.
Сам Гена, конечно, ничего не знал о тех яростных спорах и драках, которые остались у него за спиной. Он просто куда-то летел и ничего при этом не соображал. И было ему, мягко говоря, насрать на все хитроумные теории Автора о природе возникновения его Вселенной.
Летел он до тех пор, пока не закончилось закуска, и не прошла обида, но нехороший осадок на душе остался. Если бы об этом осадке узнало его бывшее начальство, оно незамедлительно бы сменило место своего жительства. Ведь как обычно происходит: уходит обида, но приходит злость. И вот в пышущий местью мозг Гены закралась малюсенькая такая мысль: «А куда, собственно, я лечу?» Мысль эта пришла ему именно в тот момент, когда он сжевал свой последний крекер, жутко воняющий химическим разрыхлителем.
– Дела, – сказал он вслух, – опять я попал!
– Куда попал? – спросил его Большой Космос.
Гена вздрогнул и автоматически ответил: «Сюда».
– Добро пожаловать к нам, Гена.
– А вы кто? – спросил он пустоту, начиная понимать, что потихоньку сходит с ума.
– 3–я ремонтная бригада. Прибыли дырку залатать. Ты здесь больше никого не видел?
– А вы откуда имя моё знаете? – на всякий случай спросил он, окончательно убедившись в своём диагнозе. На провокационный вопрос Гена не стал отвечать.
– Так у тебя на борту написано: « звездолёт Гены, руками не трогать!»
– А…
– Сволочь! – в сердцах выругался бригадир ремонтной бригады о виновнике происшествия, – дырку проковырял и смылся, гадёныш!
Мозг Гены начал потихоньку функционировать. Причиной тому послужили несколько слов, которые его электронный переводчик не стал переводить, справедливо полагая, что Гене они знакомы и незачем на их перевод энергию тратить.
– Ребята, а вы откуда отсюда? – задал он вполне осмысленный с его точки зрения вопрос. Он уже догадался, что разговор происходит по громкой связи, которую он забыл выключить, посылая в эфир проклятия начальству, а также на всех частотах всем, кто готов был его выслушать и понять.
– Ты что, не местный, что ли? Живём мы здесь. Давно уже. И всё вокруг здесь наше и давно родное, – ответил главный ремонтник, начавший догадываться о той сволочи, которая работёнку им подкинула. Помолчал немного, а потом спросил Гену в лоб:
– Ты?
– Я, – честно признался тот в содеянном: о дырке этой своей.
– Оттуда? – мощный лазерный луч, пробив немалое расстояние, уткнулся в твердыню Гениной Вселенной.
– Оттуда, – ответил тот без всякого энтузиазма, поняв, что теперь уже попал окончательно.
– Гею знаешь?
Гена вздрогнул от неожиданности, вспомнив, что у греков так в древности называлась Земля.
– А то! Родина моя вторая.
– Да ты что?!!! И как там у нас, Атлантида ещё стоит? – с ностальгией в голосе спросил бригадир, видимо сняв с Гены присвоенное им ранее определение.
– У нас? – не понял Гена собеседника. – Но ведь вы отсюда.
– Сейчас отсюда, а до этого были оттуда, – с философскими нотками в голосе ответил за всю свою бригаду ответственный бригадир. – Так что, стоит или нет моя прародина? – повторил он свой вопрос.
Слава богам, что к этому времени мозги Гены окончательно встали на место. Только сейчас он догадался, почему его электронному переводчику знаком этот язык. Гена покрутил колесико в настройках прибора и понял, что диалог они ведут на давно уже мёртвом финикийском языке.
– Извините, я не знаю, – ответил он на всякий случай.
Гена соврал, он хорошо знал это слово. Ему были знакомы как минимум две компании с названием Атлантида. Одна по переработке рыбной продукции, а вторая по производству дачных душевых кабин и септиков. Знакомы то они ему были, но без какой-либо привязки к слову «стоит», поэтому он деликатно промолчал.
– Понятно, значит, правы были наши мудрые ученые, пророчившие нам всемирный потоп. Потоп то хоть был?
– Кажется да, – ответил рептилоид, не сильно разбирающийся в земной истории.
– Ясно. Что ж, ты сейчас не сильно занят, Гена? Если нет, то перебирайся в наше корыто, помянем. У тебя, кстати, ничего в заначке не завалялось? А то у нас на борту сухой закон.
Русский язык его новые приятели не знали.
«Пращуры, что с них возьмешь», – резонно думал землянин, разливая припасенный самогон Василия в трехсотграммовые металлические банки из-под какой-то технической жидкости.
Выпили и, воспользовавшись ситуацией, Гена первым задал свой вопрос: «Какого … вы здесь делаете, если на Земле всё в порядке?». На протяжении последующих двух часов его собеседники отвечали на него, слегка утомив своего гостя. Дословный текст ответа атлантов нет смысла пересказывать – долго, путанно и непонятно. Суть же его вкратце сводилась к тому, что их ученые, пусть земля им будет пухом, сильно запугали руководство Атлантиды. Они заявляли, что вскорости всё вокруг на Земле накроется медным тазом. В смысле – всемирный потоп. Ну, все и засуетились, построили огромный звездный флот и отчалили.
В техническую сторону вопроса Гена вникать не стал, поскольку ни чёрта не смыслил в квантовой технологии, так что пересказать вам ничего не могу. Да если бы и смог, на кой чёрт засорять вам головы всей этой технической белибердой.
– Заблудились мы, вроде тебя, и попёрли напролом, – кратко резюмировал своё повествование бригадир, поскольку закусывал в это время очередной глоток, сделанный им из металлической банки. Закусывал он самогон странным солёным овощем, смутно напоминающим земной огурец.
– Знатная закуска, – оценил рептилоид незамысловатый провиант, – и рассол что надо! Так вам не впервой оболочку вселенной штопать? – спросил он и отнюдь не из чувства любопытства.
– Извини, конечно, но дураков всегда хватает. Я не имею в виду тебя, Геннадий, поскольку ты – попаданец поневоле, пострадавший от вопиющей несправедливости. Я это о тех, кто ищет на свою жопу приключений. Вот ты жаждешь приключений, друг? – спросил он заплетающимся языком. Самогон делал своё дело.
Гена решил не говорить им о том, что приключения находят его сами. Однако отвечать всё же пришлось. Вопрос атлантов звучал примерно так: «А какого … ты к нам?» Предысторию своего прокола он рассказал до этого, сейчас же с него требовали подробности бытия на их бывшей планете. Делать нечего и Гена поведал о жизни на Земле. О себе рассказывать ничего не стал, чтобы не вводить соотечественников в смущение, но как живётся потомкам атлантов на Земле, доложил всё как есть.
– Да! – сказали хором атланты, когда он закончил, – видим, что хреново. Голодаете?
Услышав утвердительный ответ, они дружно посочувствовали, но к себе в гости не позвали.
– Так вот значит, какими мы стали! – сказал захмелевший бригадир, разглядывая Гену со всех сторон. И надолго замолчал, прикидывая все плюсы и минусы такой внешности.
– Да нет, эмигрант я, не беспокойтесь. А на Земле у нас всё же хорошо. Добрые и приветливые люди, если власть их не испортила. Природа, рыбалка, ягоды, грибы! А после вашего потопа они ещё лучше попёрли. Закачаетесь!
После того, как переводчик Гены перестал, наконец, бессмысленно трещать от многочисленных и незнакомых даже ему междометий, которыми бригадир охарактеризовал своих давно почивших учёных, Гена задал сакральный вопрос:
– Что будем делать? – он неожиданно заметил, что чудодейственный земной напиток для поддержания доверительной беседы закончился.
Слово за слово, банка за банкой, пока они не добрались до основного, не заданного ещё вопроса. И вот он уже вертится на языке, а Генина бутыль пуста.
– Сделаем так, – подвел итог импровизированных поминок по Атлантиде трудолюбивый атлант. – Мы заканчивать ремонт пока не будем, повременим. Сообщим в офис, что, дескать, краска закончилась – надо на склад ехать. Временную затычку с той стороны поставим и махнем всей бригадой на Землю. Ты не против? А рыбалка там у тебя действительно хороша?
***
Измученные непосильной работой и сильной жаждой, сплочённые общей целью, экипажи двух мощнейших звездолётов ни отсюда посадили свои посудины вблизи Смирновки.
Родное село встретило пришельцев радушно, поскольку прибыли они вместе с их односельчанином, хотя сперва и опасались немного новеньких. А как они могли поступить иначе, если их гости на нормальном русском языке вообще не разговаривали!
– Это чо вас так много сюда насыпалось? – первым делом спросил немного трезвый Василий, опрятно одетый в белую футболку с большой фотографией нового президента на ней и джинсы, обтягивающие его кривые ноги. Босой. Услышав от Гены информацию о предстоящей рыбалке, он развернулся и побрел копать червей. Недалеко, в тенек Гениного звездолёта, где и прилег отдохнуть на травке.
Буквально через полчаса из Москвы прилетел встревоженный Колян на чёрном лимузине с мигалкой.
– Ну, вы, братцы, даёте! Всю отечественную противовоздушную оборону на уши поставили! Хорошо, что мне сразу об этом доложили, я и догадался в чем дело и кого к нам принесло. Здравствуй, что ли, звездный волк! Давай, рассказывай.
Гена рассказывал, Колян внимательно слушал.
– Какая же беспокойная у тебя жизнь, Геннадий! Насыщенная. Молодец, что наказал своих и моих недругов, уважаю! Как я понимаю, опасность для Земли от андромедян на время миновала.
Любопытным взглядом он оценил громадный аппарат пришельцев.
– Бывшие наши, говоришь? – заинтересованно спросил он, издали разглядывая космических туристов ни отсюда. – Злоупотребляют? Это хорошо, можно будет с ними по душам поговорить. Что ж, приступим.
На третий день атланты и земляне всё-таки выбрались на обещанную Геной рыбалку. Наловили массу ершей и окуней, сварили на костре по всем правилам вкуснейшую уху. Ели, пили, загорали на солнышке. Короче – отдыхали душой. Приходил участковый милиционер проверить: почему шумят и здесь же надолго остался.
Маленькое отступление от повествования: на дворе стояло жаркое лето 2000 года. Ярко светило солнышко, последний дождик прошёл два месяца назад. Жара, август. Все черви ушли на метровую глубину вслед за прохладой и влагой, и ни в какую не собирались оттуда выползать. Спрашивается: на какую такую наживку ловили рыбаки хищную рыбку? Хороший вопрос, да? Потерпите немного. Ответ, а также конец уже близок.
На фоне всеобщего веселья Гена заметил, что друг его Колян о чем-то шушукается с атлантами.
– Ты что, финикийский язык знаешь? – удивлённо спросил он его позднее.
– Так у нас в деревне каждый второй его знает. Правда, не финикийский, а греческий. Ты разве не в курсе? В соседней с нами деревне живёт контуженный на войне грек из кипрского города-призрака. Лет двадцать тому назад перебрался он к нам после греко-турецкого конфликта и быстро прижился. Долгими зимними вечерами обучил сельчан своему языку. Хороший дядька, чистую Метаксу гонит.
Колян немного помолчал, а затем заявил:
– Будем налаживать с твоими друзьями тесный контакт, создадим совместное предприятие и начнём взаимовыгодную торговлю, – он немного помедлил и добавил: – Потом замутим космическую программу.
– Международную? – с надеждой на отрицательный ответ спросил Гена.
– Щаас! – ответил российский патриот.
Таким вот образом и сработал хитроумный план великого комбинатора Гены. Не рассчитывал он никогда на хорошую рыбалку в Подмосковье, тем более в такую жару. А имел он одну лишь только цель – завлечь инопланетных друзей на свою Родину и выведать главные их секреты. Вот ведь хитрюга – он не только подарил своим землякам идею создания квантового двигателя внутреннего сгорания, но и новый рецепт засолки огурцов.
Вот и конец нашей поучительной истории.
– Почему поучительной? – спросили притихшие слушатели.
– Да потому, что не стоит лезть в дела, если ты в них ничего не смыслишь, а доверить эту работу своим смекалистым друзьям. Да, и ещё: ответ, на что ловили наши рыбаки ершей и окуней очевиден – сетью с мелкой ячеёй из тонкого капрона.