Найти в Дзене

Русская гидра вернулась! Благодаря прорыву в военной медицине. Часть 1

Известный немецкий генерал-фельдмаршал Манштейн в своих мемуарах однажды сравнил Красную армию с Гидрой, чудовищем из древнегреческой мифологии, у которого при отрубании одной головы сразу же вырастало еще две или три. Аналогично многие битые генералы Вермахта сетовали на постоянно увеличивавшееся превосходство русских и удивлялись, мол, откуда у них берется столько «человеческого материала», хотя по всем расчетам тот должен был давно закончиться?! На самом деле это в значительной степени являлось заслугой советской военной медицины. Когда говорят об «огромных потерях» советских войск, зачастую не отделяют понятия общих потерь и безвозвратных. В 1941 году последние действительно были катастрофическими – до 28%. Однако благодаря постоянному совершенствованию системы оказания первой помощи, эвакуации раненых с поля боя, работы полевых и тыловых госпиталей, повышению квалификации военврачей, к 1944 году данный показатель удалось сократить до 15,6%, а к концу войны – до 7,5%. При этом 70 –

Известный немецкий генерал-фельдмаршал Манштейн в своих мемуарах однажды сравнил Красную армию с Гидрой, чудовищем из древнегреческой мифологии, у которого при отрубании одной головы сразу же вырастало еще две или три. Аналогично многие битые генералы Вермахта сетовали на постоянно увеличивавшееся превосходство русских и удивлялись, мол, откуда у них берется столько «человеческого материала», хотя по всем расчетам тот должен был давно закончиться?!

На самом деле это в значительной степени являлось заслугой советской военной медицины. Когда говорят об «огромных потерях» советских войск, зачастую не отделяют понятия общих потерь и безвозвратных. В 1941 году последние действительно были катастрофическими – до 28%. Однако благодаря постоянному совершенствованию системы оказания первой помощи, эвакуации раненых с поля боя, работы полевых и тыловых госпиталей, повышению квалификации военврачей, к 1944 году данный показатель удалось сократить до 15,6%, а к концу войны – до 7,5%. При этом 70 – 75% раненых и 90% заболевших бойцов возвращалось в строй, многие по несколько раз. По разным оценкам, таковых было 17 до 20 млн человек, невиданный показатель!

Традиции и инфраструктура военно-медицинской службы поддерживались на высочайшем уровне до самого развала СССР и даже после него. Достаточно сказать, что во время Второй Чеченской войны процент смертности раненных после их доставки в стационар составлял менее одного процента. Непосредственно на передовой в подразделениях находились санитары с начальным медицинским образованием, чьей основной задачей являлось оказание первой врачебной помощи на поле боя – остановка кровотечения, перевязки, обезболивание и эвакуация с передовой. Далее раненые попадали в полковые медпункты, потом в МОСНы (мини-госпитали, развнернутые в прифронтовой полосе), а на третьем этапе – в окружные и центральные госпитали, куда доставлялись обычно уже «профильные» раненные, в зависимости специализации.

Увы, во время печально известной военной реформы Сердюкова вся эта система была разрушена, было проведено массовое сокращение медучреждений и офицерских должностей в военно-медицинском ведомстве. В 2009 году офицерский состав военных медиков был сокращен почти в три раза, были ликвидированы три военно-медицинских вуза, более 30 госпиталей военных гарнизонов и десятки военных поликлиник. О том, к чему это в итоге привело, какие выводы были сделаны из ошибок и на каком уровне сейчас находится военная медицина в российской армии, рассказывает ветеран СВО с позывным «Цейза», который в 2022 – 2023 гг. он служил военврачом в известной ЧВК «Вагнер», а в 2024 – 2025 гг. выполнял роль внештатного медика в подразделении операторов БПЛА.

Продолжение уже на канале