🌲Часть 3. Егор включил фару, тусклый жёлтый свет пробил метель на пару метров. "Держись, сестрёнка, -сказал он включая передачу, - едем домой". Буран дёрнулся и пополз вперёд прокладывая колею в целине .Они уходили в ночь, оставляя позади горящий барак и воющих от бессильный злобы врагов. Впереди была долгая дорога в ночи, полная неизвестности. Но сейчас они были вместе человек и волк объединённые одной кровью и одним врагом. В этом союзе ,рождённом в огне и снеге,
была сила способная пережить любую зиму.
Деревянный сруб лесничего встретил беглецов благословенным теплом,здесь пахло сушеной полынью смолой и старыми книгами- запахами мира и безопасности, которых так не хватало в ледяном аду. Егор внёс Зару внутрь, ногой захлопнув тяжёлую дверь обитую войлоком. Буря недовольна взвыла,ударившись о преграду, но осталась по ту сторону порога. В центре комнаты гудела большая русская печь хранящая жар ещё с утра. Егор опустил волчицу на овечью шкуру брошенную у самого печи. Зара не сопротивлялась, она лежала тяжело дыша, её янтарные глаза следили за каждым движением человека.
Адреналин схлынул, оставив после себя свинцовую усталость и тупую ноющую боль в челюсти. Лесник скинул заснеженный бушлат оставшись в толстом вязаном свитере и немедленно принялся за дело. Он не был ветеринаром, но за двадцать лет в тайге научился чтопать и людей, и зверей. "Дай-ка я осмотрю тебя, девочка, - ласково проговорил он опускаясь на колени рядом с хищником, - только не кусайся ладно? Я помочь хочу". Он осторожно двумя пальцами разжал её пасть, Зара глухо зарычала, но позволила ему это сделать. Картина была страшной, десна вокруг правого клыка превратилась в кровавое месиво, эмаль была поцарапана металлом.
"Но повезло тебе,- выдохнул лесничий,- корень цел, шатается конечно, но жить будет, если не грызть кости пару недель прирастёт обратно. Он достал из аптечки фурацилин и настойку коры дуба, которую сам готовил каждое лето. Промывать рану дикому зверю занятие не для слабонервных, но Зара терпела. Она лишь вздрагивала всем телом,когда жидкость касалась оголённых нервов и тихо поскуливала. Когда с перевязкой было покончено, Егор поставил перед ней миску с тушонкой. " На ешь, тебе нужны силы." Но Зара не притронулась к еде, её поведение резко изменилось, как только боль немного отступила. В её глазах появилась тревога. Она поднялась на дрожащие лапы и захромала к двери, прижавшись носом к щели откуда тянуло сквозняком, волчица втянула воздух и заскулила, тоскливо протяжно с надрывом.
Егор нахмурился :"Куда ты собралась? Лежи, Зара, там смерть." Но она не слушала,а начала скрести дверь когтями оставляя глубокие борозды на дереве. Она оборачивалась к Егору, смотрела ему прямо в душу и снова скребла. Это не было желания сбежать на волю. Это был зов. И тогда Егора осенило. "Дети,- прошептал он роняя полотенце, - волчата." Он ударил себя по лбу, как он мог забыть - Зара была кормящей матерью. Если она попала в капкан днём, значит её логово осталось без защиты уже много часов. А снаружи бушевал буран какого тайга не видела последние лет пять.
Температура падала к минус сорока, если вход в нору завалит снегом, щенки просто задохнутся или замёрзнут без материнского тепла. Зара завыла, подтверждая его догадку. В этом вое было столько отчаяние, что у Егора мороз пошёл по коже. Она готова была умереть в снегу, но добраться до них. "Ты не дойдёшь, - твёрдо сказала он вставая, - ты потеряешь сознание через километр и тогда погибнут все."
Он подошёл к шкафу, достал запасной комплект термобелья и самый тёплый пуховик, который берег для экстремальных морозов. " Я пойду,- сказал он волчице и я привезу их, а ты останешься здесь." Зара, словно поняв его слова, перестала скрести дверь, но не отошла от порога. Егор одевался быстро по армейски двое штанов, валенки с галошами, балаклава, на лобной фонарь с запасными батарейками. Он сунул за пазуху фляжку с тёплым бульоном для найдёнышей, если они ещё живы. Самым сложном было выйти, не выпустив Зару, ему пришлось силой оттеснить её в глубь комнаты. " Жди!"- рявкнул он командным голосом, закрывая за собой дверь на внешний засов.
Белый буран ещё не успевший остыть завёлся с полоборота. Егор включил фару, но свет тонул в молочной мгле. Он не знал точных координат, где находилось логово. волки умеют хранить свои секреты. Но он знал Зару, он знал её территорию, помнил, что видел её следы прошлой весной у подножия скалы духов, где старый кедр упал, образовав естественный навес. Это было единственное место защищённое от ветров подходящее для выведения потомства. Пять километров в хорошую погоду он легко прошел бы пятнадцать минут, сейчас это было путешествие на край света. Снегоход пробивал сугробы, а ветер пытался сбросить человека с седла, швырял в лицо ледяную крошку, которая пробивала даже защиту очков.
Егор ехал почти вслепую ориентируясь по очертаниям верхушек деревьев только - бы не промахнулся, только бы не уйти в овраг, молился он про себя. Холод пробирался под одежду, щупал ребра ледяными пальцами, но мысли его были не о себе, он думал о маленьких пушистых комочках оставленных один на один со стихией.
Кажется, спустя вечность из мглы вынырнул чёрный силуэт скалы. он был на месте. Егор заглушил мотор, чтобы не пугать лес и тут же пожалел об этом, тишина была оглушающий . " Эй," - крикнул он, но ветер сожрал его голос. Он включил на лобный фонарь на полную мощность и пошел сверху по склону проваливаясь в снег по пояс. Старый кедр был там, но его корни, под которыми должно было быть логово, исчезли под двухметровым сугробом. Вход завалило, Егор упал на колени и начал копать, сначала лопатой, которую прихватил с собой, потом когда черенок наткнулся на корни, руками. Он разгребал снег с яростью не чувствуя холода. " Живите, ну же, живите!"- хрипел он. И тут его рука провалилась в пустоту - отверстие вход в нору был узким, но достаточно глубоким.
Тёплый спёртый едва уловимый запах псины ударил в лицо. Егор посвятил внутрь - в глубине ,сбившись в один плотный клубок, лежали три серых комка. Они были припорошены инеем просочившимся через щели. Он протянул руку схватил первый комок и вытащил наружу это был самый крупный первенец, Мика волчонок тёмно-серого окраса с широкой грудью даже в полусмерти его челюсти были сжаты. Он был холодным как лёд, но когда Егор прижал ухо к его груди, услышал слабое редкое тук- тук. Жив! В глубокой гипотермии на грани, но жив.
Лесник быстро расстегнул бушлат, прямо на голое тело к горячей коже живота он сунул ледяного волка.Это был единственный способ. Второй он достал Лану. Светло палевая волчица, изящная и пугливая, она свернулась так туго, что казалась каменным шаром. Она даже не пискнула, когда он засовывал её за пазуху рядом с братом. Третий Бим был самый маленький с чёрным ухом и белым пятном на груди. Бим не дышал, Егор выругался, начал растирать крошечную грудную клетку большим пальцем, дуть на него тёплым воздухом. "Давай, мелкий, не смей сдаваться. Твоя мать зубы за тебя отдала." Через секунду две тельце дёрнулось. Бим судорожно вдохнул, закашлялся и слабо пискнул. Егор едва не плачу от облегчения сунул его в самую середину между братом и сестрой прямо к солнечному сплетению.
Три ледяных камня у сердца начали медленно забирать его тепло , Егора затрясло, зубы выбивали дробь.Он понимал, что отдаёт им критически важные ресурсы своего организма, но выбора не было. Путь назад стал гонкой со смертью. Лесник не помнил, как спустился к снегоходу, руки не слушались, пальцы одеревенели и не могли повернуть ключ зажигания. Ему пришлось зажать ключ между ладонями и повернуть всем корпусом. Буран взревел. "Не спать, Егор, не спать,"-твердил он себе как мантру.
Холод проникал в сознание, делая мысли вязками, перед глазами плыли цветные круги, но три маленьких сердца бились у его груди набирая ритм, он чувствовал,как они начинают шевелиться ,как их крошечные коготки царапают его кожу. Но это боль была радостью , они отогревались. Ветер пытался сбить его с курса, засыпать снегом, превратить в ледяную статую, но Егор видел перед собой только одну цель- окна своей избушки.
Последние сто метров он ехал уже в полубреду. Снегоход врезался в сугроб у крыльца и заглох. Егор вывалился в снег не имея сил встать. Дверь распахнулась, на пороге стояла Зара. Она услышала звук мотора задолго до того как он подъехал. Егор шатаясь поднялся на колени, расстегнул куртку из-за пазухи, поскуливая и щурясь от света, высунулись три мордочки. Зара не бросилась к ним, она бросилась к Егору, лизнула его лицо, с которого сходил иней. И только потом, когда он вытряхнул живой груз на овечью шкуру в доме, она принялась вылизывать своих детей проверяя каждого, подталкивая носом, урча что-то на своём волчьем языке.
Лесник вполз в дом и закрыл дверь, он прислонился спиной к тёплой печке и сполз на пол. Сил не было даже на то, чтобы снять сапоги. Он смотрел, как огромная серебристая волчица кормит троих спасённых малышей, и впервые за эту бесконечную ночь улыбнулся. Буря за окном могла выть сколько угодно, здесь внутри жизнь победила.
Рассвет над тайгой взошёл холодный, бледный и пронзительно чистый. Буря, бушевавшая всю ночь, выдохлась оставив после себя мир укутанный в толстое одеяло девственно белого снега. Сугробы намело почти до самых окон лесничего домика превратив окружающий лес в застывшие царство снежной королевы. Егор проснулся от того, что затекла шея. Он так и уснул на полу прислонившись спиной к тёплой печке охраняя сон своих подопечных. Огонь в печи давно прогорел, оставив лишь уютное тепло. Первое, что он увидел окончательно проснувшись, это жёлтые глаза Зары.
Волчица не спала, она лежала положив голову на передние лапы и наблюдала за ним. Рядом с ней ,сбившись в кучу, сопели меховые шарики. Микки дёргал лапой во сне, Лана уткнулась носом в бок матери, а Бим самый маленький и слабый спал положив голову на спину брата. Они были живы, они дышали... Егор с кряхтением поднялся, разминая затекшие мышцы. Каждое движение отзывалось болью от физического перенапряжения. Но это было приятно, он подошёл к стулу, где стояла старая армейская рация. Вчера во время бури эфир был забит статическим треском делавшим связь невозможной, но сегодня воздух был чистый.
Егор щёлкнул тумблером, рация ожила, зашипела, засветилась зелёным глазком. " Беркут, беркут, я лесник четыре, приём". Затем сквозь шипение пробился далёкий, но чёткий голос дежурного. " Лесник четыре, слышу тебя на троечку. Где пропадал, Егор? Мы уж думали тебя замело." " Соедини меня с Сергеем Петровичем срочно, код красный снег." Дежурный на том конце провода запнулся, код красный снег использовался крайне редко и означал только одно- вооружённое нападение на сотрудников, кровь и чрезвычайную ситуацию. " Жди, Егор, соединяю.". Через минуту из динамика раздался бас, от которого казалось завибрировал сам стол.
" Егор, ты жив бродяга? Что стряслось?"- это было Сергей Петрович - командир спецотряда пограничного спецназа. Ему было около пятидесяти, мужчина крепкий, огромный как медведь, с короткой стрижкой ежиком и глубоким шрамом на подбородке. Он был человеком чести ненавидящий браконьеров, больше чем террористов. Для него тайга - это храм, а браконьеры осквернители. " Жив, Петрович, но едва, едва, - ответил Егор, - у меня тут ЧП, банда Бориса мясника вела незаконную охоту, отличилась в особой жестокости - пытке животного. Они чуть не сожгли меня вместе с лесом."
" Борис?- в голосе Сергея зазвучал металл. - Давно я мечтаю прижать эту гниду. Ты где сейчас? Они ушли? " " Я на кордоне, они остались в старом лесозаготовительном бараке. Петрович, они никуда не денутся." " Почему ты так уверен? У него снегоход, он уйдёт в город до того, как мы поднимем вертушку." " Не уйдёт, во-первых, их снегоходы немного неисправны, а во-вторых, ты видел, что творилось ночью. Северный перевал завалило, там лавина сошла, я слышал гул. Они в мышеловке сидят на своих мешках со шкурами и водкой и деваться им некуда."
В динамике повисла тишина, Сергей обдумывал ситуацию. "Понял тебя, жди гостей, не лезь на рожон, ты своё дело сделал." Время ожидания тянулось медленно, Егор сварил крепкий кофе в турке, накормил Зару остатками тушёнки. Волчица ела осторожно, стараясь не задевать больную сторону челюсти. Аппетит к ней вернулся, это добрый знак. Волчата проснулись и начали исследовать дом, неуклюже переваливались на толстых лапах. Егор наблюдал за ними и суровая складка между его бровей разгладилась.
Спустя час тишину леса разорвал нарастающий рокот , сначала он был похож на жужжание шмеля, но быстро превратился в мощный вибрирующий гул, от которого задребезжали стекла в рамах. Зара вскочила, шерсть на загривки вздыбилась, она загнала щенков под кровать и встала в оборонительную позу закрывая их собой. " Тихо, девочка, тихо,- Егор положил руку ей на холку. - Это свои."
Вертолёт МИ восемь выкрашенный в камуфляж погранвойск появился над верхушками сосен. Он завис над поляной перед домом поднимая снежную пыль. Дверь открылась и на снег начали выпрыгивать фигуры в белых маскхалатах с автоматами на перевес. Они двигались чётко слаженно, мгновенно занимая круговую оборону. Последним из вертолёта спрыгнул гигант, даже тёплая куртка не могла скрыть его мощные плечи. Сергей Петрович пригнулся под винтами и размашистым шагом направился к крыльцу, где его уже встречал Егор. Мужчины обнялись крепко по-мужски, хлопая друг друга по спинам.
- Ну, показывай ,партизан, - прогудел Сергей оглядывая Егора.
- Цел жить буду, - улыбнулся Егор.
Сергей махнул рукой своим бойцам:
- Игорь, расставь посты. Остальные греемся и слушаем задачу.
Игорь - снайпер группы, молодой лейтенант с цепким внимательным взглядом никогда не расстаётся со своей винтовкой. Когда Сергей переступил порог дома, он замер на месте. Его взгляд упал на Зару, которая всё ещё стояла у кровати скаля зубы, но увидев, что Егор спокоен, волчица лишь глухо заворчала, предупреждая чужаков.
- Вот это да,- выдохнул Сергей, - белая волчица! Я думал это легенда.
- Это Зара, - сказал Егор, - хозяйка этих мест. А вот что с ней сделал Борис.
Егор жестом попросил Сергея подойти ближе, он присел рядом с волчицей, погладил её успокаивая и осторожно приподнял губу с правой стороны. Сергей наклонился увидев растерзанную десну сломанную эмали и запекшуюся кровь. Лицо командира спецназа окаменело, в его глазах обычных холодных и расчётливых вспыхнул огонь настоящей ярости. Он видел многое- перестрелки, трупы, жестокость, войны, но бессмысленная жестокость по отношению к беззащитному существу, к символу природы всегда вызывало в нём особое глубинное отвращение.
- Он хотел вырвать ей клыки,- тихо сказал Егор раскалёнными плоскогубцами, чтобы сделать себе бусы.
Игорь, стоявший у двери скрипнул зубами и крепче сжал в руке винтовку. Сергей выпрямился, его кулаки сжались.
- Значит он хотел оставить её без зубов? - переспросил Сергей.- Хотел лишить её оружия, унизить?
- Да он смеялся, когда делал это.
Сергей повернулся к Егору, на его лице появилась улыбка, от которой даже Егору стало немного не по себе.
- Что ж, - сказал Сергей, проверяя пистолет в кобуре. - Раз Борис так любит стоматологию, мы предоставим ему такую возможность. Он повернулся к Игорю :
- Лейтенант, передай парням, пленных брать живьем, особое внимание обратить на целостность челюсти подозреваемого. Я хочу лично провести осмотр.
- Есть, командир, - кивнул снайпер и в его глазах тоже мелькнуло мрачное удовлетворение.
Сергей подошёл к карте района висевшей на стене:
- Ну, рассказывай детали, Егор. Где они сидят, сколько их, какое вооружение.?
- Барак стоит в низине, - начал Егор, водя пальцем по карте. Три стены целые, крыша частично обрушилась после пожара, их четверо - Борис и трое шестерок. У них карабины, может быть пара пистолетов, но главное они деморализованы. Они замёрзли, напуганы и они пешком... Снег глубокий без лыж или снегоходов они далеко не уйдут.
- Мы не дадим ему уйти, - отрезал Сергей, - мы накроем их колпаком. - Он надел шлем и посмотрел на Зару, волчица перестала рычать, она теперь смотрела на огромного человека с каким-то странным пониманием, звери чувствуют силу и они чувствуют справедливость. - Отдыхай ,мать,- сказал ей Сергей. - твоя война закончена, теперь наша очередь.
Он кивнул Егору:
- Ты с нами?
Лесник снял со стены свое ружьё, проверил патроны.
- А ты думаешь я пропущу финал. Это мой лес, Петрович. Я хочу видеть, как из него выносят мусор.
- Тогда вперёд!- с командовал Сергей. - Беркут выходит на охоту.
Продолжение завтра
Р.S. Друзья, тут такая проблемка нарисовалась: как вы считаете истории на моем канале слишком переживательные, от них что правда можно получить инфаркт? Так мне написала одна читательница Татьяна Бузинова, она даже отписалась по этой причине от канала? Их надо заменить или как- то смягчить? Но будет ли тогда интересно всем? Напишите в комментах, что вы думаете на этот счёт?