Как самими англичанами, так и теми, кто с ними тесно общался, много чего написано об особенностях их национального характера, поведения и традиций. Например, о их вежливости и самообладании (они стараются не показывать внешне свои эмоции), о специфическом чувстве юмора и соблюдении личных границ человека. Мы же поговорим о том, как англичане нарушают границы других – людей, наций, государств. О том, почему и сегодня остается актуальным (особенно, в связи с событиями в Иране) выражение «Англичанка гадит», возникшее еще в XIX веке и иногда приписываемое Александру Суворову.
Причем, для объективности слово предоставим самим англосаксам.
Многие англичане убеждены в своём превосходстве над другими народами. Истоки этой уверенности и убежденности уходят корнями в глубь веков.
В конце 19 века в Британской Империи особенно сильное распространение получили идеи расового превосходства Британской нации над другими странами. Значительную роль сыграл тогда британский государственный деятель и писатель (автор 20 романов) Бенджамин Дизраэли, происходивший из состоятельной еврейской семьи[1], принявший в 1817 году англиканство. В 1868 году и с 1874 по 1880 год он был премьер-министром Великобритании, а в 1876 году ему был пожалован титул графа Биконсфилда.
Мысли Дизраэли оказались в те годы как нельзя кстати в связи с идеями Карла Маркса о том, что капитализм сам выращивает своего могильщика – рабочего. Согласно же взглядам Дизраэли, и рабочий, и капиталист являются, по сути, друзьями и единомышленниками - на пути распространения влияния Британской Империи по всему миру.
В 1849 году Дизраэли заявил в палате общин:
«Раса предполагает отличие, отличие предполагает превосходство, а превосходство ведёт к господству»[2].
Это – слова. А вот – дела. Именно в период правления Дизраэли было завершено завоевание Индии для Британской империи. А в 1875 году кабинет Дизраэли приобрёл пакет акций Суэцкого канала, что позволило Великобритании поставить этот важнейший стратегический пункт под свой полный контроль. Причем, он приобрел этот пакет в обход парламента. Сегодня так же действует Дональд Трамп.
Известны высказывания писателя Редьярда Киплинга (первого англичанина, получившего Нобелевскую премию по литературе), которые могут быть интерпретированы как отражение его взглядов на расовое превосходство.
В частности, в стихотворении «Бремя белого человека», написанном в 1899 году во время войны США с Испанией, Киплинг усмотрел «бремя белого человека» в развитии и управлении темнокожими во благо этих самых темнокожих.
Можно также привести слова Бенджамина Жове, преподавателя оксфордского колледжа в 1870–1893 годах, который говорил, что «большинство англичан не могут править, не заявляя при этом о своём превосходстве». Но более детально стоит привести отрывок из эссе Марка Твена «Мы — англосаксы» (оригинальное название — The Anglo-Saxon Race). В нем писатель описывает случай на банкете элитного клуба «В Дальних концах Земли», где отставной военный в высоком чине, провозгласил фразу:
«Мы — англосаксы, а когда англосаксу что-нибудь надобно, он идёт и берёт».
Эти слова председателя вызвали бурные и продолжительные аплодисменты. А Марк Твен в этой связи рассуждает об особенностях мировоззрения англосаксов, подвергает острой критике лицемерие и двойные стандарты морали, присущие англосаксонскому миру, в частности, США.
Мысли Марка Твена звучат сегодня как никогда актуально, хотя написано это в 1906 году, 120 лет назад:
«Если перевести эту выдающуюся декларацию (и чувства, в ней выраженные) на простой человеческий язык, она будет звучать примерно так: «Мы, англичане и американцы – воры, разбойники и пираты, чем и гордимся».
Из всех присутствовавших англичан и американцев не нашлось ни одного, у кого хватило бы гражданского мужества подняться и сказать, что ему стыдно, что он англосакс, что ему стыдно за цивилизованное общество, раз оно терпит в своих рядах англосаксов, этот позор человеческого рода. Я не решился принять на себя эту миссию…
На собрании были представлены наиболее влиятельные группы нашего общества, те, что стоят у рычагов, приводящих в движение нашу национальную цивилизацию, дающих ей жизнь: адвокаты, банкиры, торговцы, фабриканты, журналисты, политики, офицеры армии, офицеры флота. Все они были здесь. Это были Соединенные Штаты, созванные на банкет и полноправно высказывавшие от лица нации свой сокровенный кодекс морали.
Этот восторг не был изъявлением нечаянно прорвавшихся чувств, о котором после вспоминают со стыдом. Нет. Стоило кому-нибудь из последующих ораторов почувствовать холодок аудитории, как он немедленно втискивал в свои банальности все тот же великий тезис англосаксов и пожинал новую бурю оваций. Что ж, таков род человеческий. У него всегда в запасе два моральных кодекса – официальный, который он выставляет напоказ, и подлинный, о котором он умалчивает.
Наш девиз: «В господа веруем…» Когда я читаю эту богомольную надпись на бумажном долларе (стоимостью в шестьдесят центов), мне всегда чудится, что она трепещет и похныкивает в религиозном экстазе. Это наш официальный девиз. Подлинный же, как видим, совсем иной: «Когда англосаксу что-нибудь надобно, он идет и берет». Наша официальная нравственность нашла трогательное выражение в величавом и в то же время гуманном и добросердечном девизе: «Ex pluribus unum» (Из многих одно – лат.) из которого как бы следует, что все мы, американцы, большая семья, объединенная братской любовью. А наша подлинная нравственность выражена в другом бессмертном изречении: «Эй, ты там, пошевеливайся!»…
Сто с лишним лет тому назад мы преподали европейцам первые уроки свободы, мы немало содействовали тем успеху французской революции – в ее благотворных результатах есть и наша доля. Позднее мы преподали Европе и другие уроки. Без нас европейцы никогда не узнали бы, что такое газетный репортер; без нас европейские страны никогда не вкусили бы сладости непомерных налогов; без нас европейский пищевой трест никогда не овладел бы искусством кормить людей отравой за их собственные деньги; без нас европейские страховые компании никогда не научились бы обогащаться с такой быстротой за счет беззащитных сирот и вдов; без нас вторжение желтой прессы в Европу, быть может, наступило бы еще не скоро. Неустанно, упорно, настойчиво мы американизируем Европу и надеемся со временем довести это дело до конца».
Сегодня сомнений нет – дело, о котором писал Марк Твен, доведено до конца.
[1] Дизраэли — единственный премьер-министр Великобритании, родившийся евреем.
[2]Цит. по - Монография Майкла Коуэла «Культурно-историческая психология: наука будущего» (1997).