Ирония судьбы заключается в том, что лучшая фотостудия Екатеринбурга в тот день находилась вовсе не в лофте с барными стульями, а в магазине «Шведские обои» на первом этаже новостройки. Идейный вдохновитель нашего фотоклуба, Александр, обнаружил это место случайно, когда покупал флизелин для прихожей.
— Там свет! — Саша закатывал глаза так, будто увидел Сикстинскую капеллу. — Панорамные окна от пола до потолка, фактурные стены, стилизованные интерьеры. Это же готовые локации! А главное — бесплатно, если договориться с администрацией.
С администрацией, тремя девушками с идеальным маникюром, договорились на удивление легко. Они, видимо, представили себе серьезных профи с «Никонами», которые снимут им магазин для инстаграма, и расцвели.
В назначенный час мы впятером ввалились в царство скандинавского минимализма. С собой было: два внешних вспышки на стойках, софтбокс, отражатель, штатив, сумка с объективами и профессиональная балерина Даша.
Даша была не просто моделью. Даша была явлением природы. Она вошла в магазин не как человек, а как лебедь, который случайно заплыл в отдел отделочных материалов. Ноги Даши начиналиcь где-то в районе кассы и заканчивались у витрины с пробковыми покрытиями. Осанка Даши заставила продавщиц непроизвольно втянуть животы и выпрямить спины за стойкой.
— Потрясающее пространство, — пропела Даша, окинув взглядом стеллажи. — Здесь столько воздуха!
Мы расчехлили оборудование. Через пять минут идиллия дала первую трещину.
— А давайте я сделаю арабеск на фоне этих «Сакура Блюз», — предложила Даша, указывая на стенд с нежно-розовыми обоями.
— Конечно! — засуетился Аркадий, наводя резкость.
Даша грациозно подняла ногу. Она замерла в пуантах на идеально вымытом полу. Казалось, время остановилось. Но тут сработала вспышка. Не наша, а внутренняя, ментальная, у одной из продавщиц.
— Девушка! — пискнула та. — А вы бы поаккуратнее. Это же «Arte», коллекция «Veneto», стоимость рулона — 18 тысяч рублей. А если вы порвете ногой?
— Чем? — Даша опустила ногу, и в этом движении был немой вопрос ко Вселенной. — Ногой? Я, знаете ли, в «Лебедином озере» фуэте кручу, и ничего не рву.
— Там сцена, а тут итальянское тиснение, — резонно заметила вторая продавщица, выходя из-за кассы, как капитан дальнего плавания, заметивший айсберг.
Мы решили сменить дислокацию и переместились к панорамному окну. Свет был волшебный. Даша встала в полупрофиль, ветер (от кондиционера) трепал ее длинные волосы. Это был кадр для обложки. Я прильнул к видоискателю.
Щелк! Вспышка! И тут раздался грохот. Это не Даша упала. Это одна из наших вышек с софтбоксом, которую мы плохо закрепили на скользком полу, накренилась и с грохотом приземлилась прямо на витрину с каталогами.
В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь звуком осыпающихся пылинок.
Продавщицы смотрели на нас с ужасом, смешанным с торжеством: «Мы же говорили!». Даша смотрела на вышку с брезгливостью примы, на репетицию которой случайно пустили монтировщиков сцены. Мы смотрели на то, что софит чудом не проделал дыру в стене, декорированной обоями под кирпич.
— Техника, — философски заметил Саша, поднимая стойку. — Девушки, не волнуйтесь, всё цело.
И тут в магазин зашел первый настоящий покупатель. Мужик в камуфляже и с недоверчивым взглядом.
Он прошел мимо кассы, завернул за стеллаж и увидел картину маслом: на полу, в идеальном шпагате, лежит девушка неземной красоты, а вокруг нее ползают пять мужиков с фотоаппаратами и подсвечивают ее лампами.
Мужик остановился. Посмотрел на Дашу. Посмотрел на обои. Потом на продавщицу. Спросил:
— А где у вас тут недорогие, метражные, для кухни?
Старшая продавщица, не меняя выражения лица, указала пальцем на дальний угол:
— Вон там, витрина номер семь. Только там сейчас... свободно. Там без шпагата.
Даша хихикнула, встала и отряхнула идеально чистую юбку. Мы сделали еще тысячу кадров. Продавщицы перестали обращать на нас внимание и пытались продать мужику обои по 500 рублей, параллельно косясь на нас с мыслью «лишь бы не уронили ничего».
В итоге мы отсняли шикарный материал. Уходя, Даша подарила девушкам на кассе свою визитку.
— Если захотите фотосессию в интерьере, обращайтесь, — сказала она.
Девушки визитку взяли, но по их глазам было видно, что теперь любое упоминание фотосессии у них будет ассоциироваться с риском получить софитом по голове и необходимостью убирать балерину из прохода.
Название для этой серии снимков мы придумали сразу: «Шведский минимализм и русский балет». А магазин «Шведские обои» с тех пор, говорят, стал популярен в узких кругах екатеринбургских фотографов. Но продавщицы теперь на входе вешают табличку: «Фотосъемка только по предварительному согласованию и без использования хореографии».