История фронтового переводчика Марии Гариной
Студенты Куйбышевского политехнического института знали Марию Гарину как преподавателя немецкого языка. Она проработала в Политехе с 1957 по 1984 год, особо не выпячивая свою героическую биографию. Между тем подробности её насыщенной жизни могли бы лечь в основу сюжета какого-нибудь военного сериала.
Война началась в воскресенье
В 1941 году Маша была студенткой Московского государственного педагогического института иностранных языков, оканчивала последний курс и 22 июня вместе с однокурсниками готовилась к очередному государственному экзамену. Официальное обращение по радио наркома иностранных дел Вячеслава Молотова о нападении Германии на СССР заставило всех замереть: началась Великая Отечественная война.
«Мы сдали эти экзамены, — вспоминала впоследствии Гарина. — Но после нас сразу зачислили на военный факультет западных языков, где готовили фронтовых переводчиков. С 3 июля вместо литературы мы начали погружаться в немецкую военную терминологию, началась военная подготовка, изучение основ караульной службы.
Учёба шла в ускоренном темпе: фронту нужны были специалисты.
В октябре немцы подошли к Москве. Военный факультет срочно эвакуировали в Ставрополь-на-Волге (ныне Тольятти).
Ночь, которая всё изменила
В ночь с 4 на 5 ноября 1941 года Мария Гарина стояла на посту, охраняя бензобаки. В четыре часа утра её срочно вызвали к начальнику факультета генерал-майору Николаю Биязи.
«Нас было пятеро у него в кабинете. И он сказал: «Через два часа вы отправляетесь на фронт. Ну, мы, как и положено военным, собрались…».
Но путь на передовую лежал через Главное политуправление Красной Армии. Начались согласования с ЦК партии, Наркоматом иностранных дел, проверки на знание языка.
«Там я впервые увидела настоящую фашистскую газету. Перевела кусочек материала», — вспоминала Гарина.
Наконец, дивизионный комиссар Попов, начальник отдела кадров ГлавПУ РККА, посмотрев на молоденькую переводчицу, ткнул пальцем в карту:
— Вот сюда поедете.
Под пальцем комиссара был Елец.
На фронте
«8 ноября я из Куйбышева отправилась на санитарном поезде навстречу фронту. В обратном направлении шли эшелоны с ранеными. Но пока я ехала, Елец был занят фашистскими войсками, и всё начальство Брянского фронта, как потом выяснилось, переехало в Липецк».
Гарина начала работать переводчиком в политуправлении Брянского фронта. По сути, она стала бойцом психологического фронта, переводила документы, составляла тексты листовок, призывавших немцев сдаваться в плен, письма пленных немецких солдат, которые они получали из дома и которые писали домой.
Фронтовыми дорогами старший лейтенант Мария Гарина прошла огромный путь: Брянский фронт, Калининский, 2-й Прибалтийский. День Победы Мария встретила под Ригой, принимала участие в приёме документации штаба капитулировавшей Курляндской группировки немецких войск.
Мирная жизнь
После войны её как специалиста вызвали в Москву, планировали отправить в Германию для организации работы редакции газеты в Дрездене. Но планы поменялись. Через два месяца Гарина оказалась в Вене.
«Австрия и Вена, главный город Австрии, были разделены на четыре оккупационных района: советский, американский, французский, английский. Я работала переводчиком и цензором в советской части союзнической комиссии по Австрии».
В 1947 году она демобилизовалась, вернулась в Москву. Потом переехала в Свердловск, преподавала в Уральском политехническом институте. Но судьба вновь привела её на Волгу. В 1957 году муж получил должность в Куйбышевском авиационном институте, а сама Мария Гарина прошла по конкурсу на кафедру иностранных языков в Куйбышевский политехнический.
«Жизнь так распорядилась, — вспоминала она в интервью в 1995 году. — Я ушла на фронт с берегов Волги. И потом, много лет спустя, вновь вернулась туда же, в Куйбышев».
#научныйполк2026