Наследник государя императора Николая II и его супруги Александры Фёдоровны, цесаревич Алексей, как известно, с рождения страдал неизлечимым недугом - гемофилией. Носительницей была его мать, так же, как и некоторые дочери и внучки английской королевы Виктории. В сентябре 1904 года, у младенца, не достигшего ещё и двухмесячного возраста, началось тяжёлое кровотечение из пупка. А после, каждый ушиб вызывал внутреннее, не останавливающееся кровотечение. Главной заботой государыни стала неусыпная забота о том, чтобы с мальчиком не случилось беды.
Разумеется, еще с рождения их старшей дочери Ольги, для ухода за детьми существовал целый штат прислуги: лекари, няни, кормилицы, гувернантки, "дядьки", учителя, врачи. Но, стоит отдать должное, Аликс была единственной императрицей в истории, которая сама купала и начинала кормить своих детей до 3-х или 4-х месяцев. И только потом малышей передавали кормилице.
Нянь было несколько. И все они, начиная с самой первой, воспитывавшей ещё саму Александру Федоровну, были английского происхождения. Последняя из них, мисс Маргарет Эггер трудилась в детской царственных дочерей 6 лет. Она командовала другими нянями. Александра Федоровна была вполне довольна её работой. Но, однажды увлекшись разговором с одной из фрейлин во время купания пятилетней великой княжны Марии Николаевны, Эггер прозевала момент, когда девочка выбралась из ванны и выбежала в коридор мокрая и без одежды. Проходившая мимо сестра царя, Ольга Александровна была более чем удивлена, когда увидела девочку в таком виде. Вскоре, мисс Эггер получила лишилась своего места.
Поэтому, когда родился цесаревич Алексей, его батюшка, Николай Второй решил, что за мальчиком должна присматривать русская прислуга. Так царском дворце появилась главная няня - Мария Вишнякова. Мэричка, как её прозвали великие княжны, служила во дворце помощницей англичанок уже долгие 11 лет. О Вишняковой известно немного. Она родилась в 1872 году. Имена ее родителей неизвестны, так как с младенчества девочка оказалась в приюте. Большинство сирот получали там начальное образование и какую либо рабочую профессию. Однако, некоторых, особо проявивших тягу к знаниям, учили дальше. Машенька к знаниям тянулась, поэтому получила в воспитательном доме профессию "няня". А вот почему девушка без рода и племени сразу после выпуска оказалась в царском дворце, неизвестно. Придворные перешептывались, что Мария была незаконнорожденной дочерью какого-то аристократа. Он, вроде бы, и похлопотал.
За свой труд Мария Ивановна получала неплохую зарплату - 900 рублей в год. А когда уволили англичанку, и Мария была приставлена к Алексею, стала зарабатывать уже 2000 рублей. Баснословные деньги по тем временам! Но и уход за Алексеем требовал огромной осторожности и сил...
Хотя к мальчику был приставлен «дядька» - матрос по фамилии Деревянко, который был обязан носить и беречь его от травм, Алексей ухищрялся убегать, шалил, гонял по коридорам дворца, и не терпел никаких запретов. Словом, няне тоже приходилось быть постоянно настороже. Мария отвечала за всех царских детей. Но главным её делом стало воспитание цесаревича.
Марию любили, да и сама женщина искренне была привязана к высочайшей фамилии Романовых. Она очень любила детей, а своих у неё не было. Мария Ивановна была старой девой и о мужчинах и замужестве не помышляла.
К концу 1907 года Распутин окончательно закрепил свое положение в императорской семье и её ближайшем окружении. В 1910 году великая княжна Ксения Александровна писала брату, что и все няни на Распутина молятся. Это объяснимо. Распутин каким-то чудесным образом снимал боли, которыми страдал наследник, когда доктора были бессильны.
не могу сказать, что все воспылали любовью к старцу. Были и попытки удалить его от Романовых. Так, в 1911 году одна из фрейлин Александры Федоровны – София Ивановна Тютчева, женщина с довольно тяжелым характером и с собственными взглядами на воспитание царских дочерей, после нескольких столкновений с Александрой Федоровной, основательно разругалась с той по поводу Распутина. Распутин действительно приходил к царским детям, беседовал с ними и прикасался к ним. Но… только когда их лечил. Тютчева же выступала против прихода мужика в детскую, так как «считала его человеком вредным, с совершенно определенным уклоном в сторону хлыстовской секты». Тютчева не понимала, почему простой мужик имеет доступ не только во дворец, но и в комнаты взрослых девушек-принцесс. Своей позиции она не скрывала и смело «выносила сор из избы». Тем более, что слухи о странных наклонностях Распутина все более расползались в обществе. Тютчева заявляла что Распутин бывает в комнате детей и даже кладет свою шапку на их кровати, а это неприемлемо. Императрица отвечала, что она не видит в этом ничего дурного. Тогда возмущенная С.И. Тютчева обратилась к Государю. Он пообещал переговорить по этому поводу с Александрой Федоровной. В итоге, Тютчева была немедленно удалена от Двора... Зато, началась антираспутинская компания в прессе. Светские гостиные бурлили, обсуждая особенности частной жизни царской семьи.
На должность Тютчевой была назначена Мария Вишнякова. Когда она познакомилась с Распутиным, ей было чуть за тридцать. Она была мягкой, нежной и довольно красивой женщиной. В ноябре 1907 года Распутин написал Марии письмо:
«Мери. Так как живете во славе и питаете славу великого самодержца нашего Алексея Николаевича…. Показывай ему маленькие примеры Божьего назиданья, во всех детских игрушках ищи назидания. Резвиться ему побольше давай; пущай резвится на все. Как видел он невестой украшенной Божью Славу, и твой пример глубоко, глубоко останется в душе его…. Коли бы во всем полюбить, не возгордиться, и будем здесь в славе и на небесах в радости. Конечно, враг лезет, что мы у высоких и высокие, но это его коварность. Но я не нашел еще в вас гордости, а нашел ко мне глубокий привет в твоей душе. И вот в первый раз ты видела и поняла меня. Очень, очень желал бы я еще увидеться».
Распутин явно пытается превратить Вишнякову в своего союзника при дворе, используя и порученную ей миссию и статус приближенной императорской семьи. Однако, вскоре и Мария Вишнякова пришла к императрице с серьезными обвинениями в адрес Распутина, что вызвало грандиозный скандал при дворе. Она сказала, что тот взял её силой. Вишнякова отправилась на богомолье в монастырь, в Верхотурье вместе с Распутиным и еще одной служанкой. По пути завернули в село Покровское, где был дом у Григория Ефимовича, там ночью все и случилось. Началось расследование. М.В. Родзянко в своем докладе в феврале 1912 года сообщил царю, что Распутин:
«...соблазнил нянюшку царских детей… она каялась своему духовному отцу, призналась ему, что ходила со своим соблазнителем в баню, потом одумалась, поняла свой глубокий грех и во всем призналась молодой императрице, умоляя ее не верить Распутину, защитить детей от его ужасного влияния, называя его «дьяволом».
Вишнякова подтвердила свой рассказ и сообщила подробности обстановки в доме Гришки. Но царица няне не поверила! Впрочем, это было ожидаемо. Императрица посчитала, что та оговаривает Распутина под давлением его влиятельных недоброжелателей. На стороне Марии была Ольга Александровна, сестра царя, так как она и сама была жертвой очень фривольного поведения Гришки, но... Александра Федоровна совсем не жаловала тех, кто не благоговел перед Распутиным. А Николай Второй, как известно, во всем потакал жене.
А потому, нянюшка вскоре была объявлена ненормальной и нервнобольной, и по-быстрому отправлена на излечение Кавказскими водами. Когда Алексею исполнилось 9 лет императрица заявила, что нянька ему теперь не требуется.
Однако, после отставки Мэричке все же выделили небольшую комнату в Зимнем дворце, где она и проживала. Ей положили приличную пенсию, равную ее жалованию, есть сведения, что императрица даже оплатила Вишняковой поездку в Крым для поправки здоровья в начале рокового 1917-го года.
А вот о её дальнейшей судьбе после революции неизвестно…