Я сидела на кухне и методично размешивала чай, хотя сахар давно растворился. Телефон лежал рядом, экран то и дело загорался от входящих сообщений. Все от него. Я не открывала, боялась, что не выдержу и отвечу. А отвечать нельзя. Нельзя, потому что я замужем уже восемь лет, потому что у меня двое детей, потому что я обычная порядочная женщина, которая никогда не изменяла мужу.
До того вечера.
Всё началось с корпоратива. Банально до невозможности, я сама себя презираю за эту пошлость. Наша фирма отмечала годовщину, сняли ресторан, выпивка рекой, коллеги расслабились. Я тоже выпила больше обычного, хотя обычно на таких мероприятиях держусь строго. Муж остался дома с детьми, отпустил меня отдохнуть. Доверил. А я...
Максим работал в нашей компании месяца три, может, чуть больше. Новый юрист, тридцать два года, холост. Мы с ним почти не общались, разве что здоровались в коридоре. Он казался мне слишком молодым, слишком самоуверенным. Таких я обычно обхожу стороной.
Но в тот вечер он подсел ко мне за столик, когда я вышла на балкон подышать свежим воздухом. Просто вышел следом, закурил, спросил, не холодно ли мне. Мы разговорились. Сначала о работе, потом о чём-то ещё, несерьёзном. Он оказался не таким, каким я его представляла. Внимательным, умеющим слушать. Смешил какими-то историями из своей жизни, и я смеялась, по-настоящему смеялась, и вдруг осознала, что давно так не смеялась.
— У вас красивая улыбка, — сказал он тихо, глядя мне в глаза.
Я должна была встать и уйти. Именно в эту секунду. Но я не ушла. Я улыбнулась ему в ответ и почувствовала, как что-то внутри сжалось и затрепетало. Словно я снова превратилась в девчонку, которой можно флиртовать, быть лёгкой и беззаботной.
Мы вернулись в зал вместе, продолжали разговаривать. Он подливал мне вина, я не отказывалась. Музыка играла громко, вокруг танцевали, и когда Максим пригласил меня, я согласилась. Мы танцевали медленный танец, и его руки на моей талии казались одновременно чужими и до боли знакомыми.
— Поедем ко мне, — прошептал он мне на ухо.
Я знала, что должна сказать нет. Знала, что это конец, если я соглашусь. Но я кивнула. Просто кивнула, и мы тихо вышли из ресторана.
В такси молчали. Я смотрела в окно и думала, что ещё не поздно остановиться, попросить водителя развернуться. Но молчала. Максим взял меня за руку, и я не отдёрнула её.
У него была небольшая квартира на окраине. Мы вошли, и он сразу поцеловал меня. Долго, страстно, так, как муж не целовал меня уже лет пять. Я отвечала на этот поцелуй, забывая обо всём на свете. Одежда слетала быстро, и мы оказались в постели, и там было то, чего я не испытывала очень давно. Он был нежным, но настойчивым, он будто изучал меня, хотел доставить удовольствие, и у него это получалось.
Проснулась я рано. Голова раскалывалась, во рту было сухо. Максим спал рядом, раскинув руку. Я посмотрела на него и поняла, что только что совершила самую большую глупость в своей жизни. Тихо встала, оделась, вызвала такси. Уехала, не оставив записки.
Дома муж ещё спал. Дети тоже. Я приняла душ, пытаясь смыть с себя запах чужого парфюма, чужой постели. Смотрела на своё отражение в зеркале и не узнавала себя. Кто эта женщина, способная на измену? Это точно я?
Клялась себе, что больше никогда. Это была ошибка, единственная ошибка. Я просто много выпила, устала, захотелось чего-то нового. Но это конец, точка.
На работе старалась не встречаться с Максимом взглядом. Когда он пытался подойти, уходила в другой кабинет. На третий день он поймал меня в коридоре.
— Марина, нам нужно поговорить.
— Не о чем говорить, — отрезала я. — То, что произошло, было ошибкой. Давай забудем.
— Я не могу забыть, — сказал он серьёзно. — И ты не можешь, я вижу. Давай встретимся сегодня вечером, просто поговорим.
Я должна была отказаться. Вместо этого услышала собственный голос:
— Хорошо. В семь, в том кафе возле офиса.
Пришла я туда, твёрдо решив объяснить ему, что у меня семья, что ничего между нами быть не может. Мы сидели за столиком, пили кофе, и я говорила правильные слова. А он смотрел на меня и молчал. Потом взял меня за руку.
— Марина, я понимаю, что у тебя муж и дети. Понимаю, что ты не собираешься уходить из семьи. Но давай не будем врать друг другу. То, что было между нами той ночью, было настоящим. Ты чувствовала то же, что и я.
— Это не важно, — попыталась возразить я. — Я замужем.
— Я не прошу тебя бросать семью, — сказал он тихо. — Просто давай встречаться иногда. Просто мы вдвоём. Никто не узнает.
Я молчала. Разум кричал, чтобы я встала и ушла. Но сердце, или что там во мне билось так сильно, говорило другое.
— Один раз, — выдавила я из себя. — Только один раз, и всё.
Он улыбнулся, и мы поехали к нему. И снова была ночь, полная страсти и запретного удовольствия. Утром я снова клялась себе, что это последний раз.
Но через неделю мы встретились опять. Потом ещё раз. И ещё. Это стало регулярным. Два раза в неделю я уходила из дома под разными предлогами. То задержалась на работе, то встретилась с подругой, то нужно было в спортзал. Муж не подозревал ничего. Он вообще редко интересовался моей жизнью, всегда был занят своими делами.
Я раздваивалась. Днём была примерной женой и матерью, готовила ужины, помогала детям с уроками, улыбалась мужу. Вечерами же превращалась в другого человека, ту, что мчалась к любовнику, забывая обо всём.
Максим не требовал от меня ничего. Он был просто рядом, когда я приходила. Мы занимались любовью, потом лежали в обнимку, разговаривали обо всём на свете. С ним я могла быть собой, той, какая я есть на самом деле, без масок и ролей.
— Ты когда-нибудь думала о том, чтобы остаться со мной? — спросил он однажды.
— Нет, — честно ответила я. — Я не могу бросить детей. И мужа тоже. Это неправильно.
— А то, что мы делаем, правильно? — усмехнулся он.
— Нет. Но я не могу остановиться. Я пыталась, честно пыталась. Но когда мы не видимся несколько дней, мне плохо. Я думаю только о тебе.
Он притянул меня к себе и поцеловал.
Так прошло четыре месяца. Четыре месяца двойной жизни, лжи и постоянного страха разоблачения. Я худела, плохо спала, нервничала по любому поводу. Подруга как-то спросила, не заболела ли я. Я соврала, что просто много работы.
Конец наступил внезапно. Я вышла от Максима поздно вечером, села в машину и поехала домой. На светофоре рядом остановилась машина мужа. Он ехал откуда-то, увидел меня и помахал рукой. Я замерла. Этот район был совсем не по пути из офиса, где я якобы задержалась.
Дома он спросил спокойно:
— Где ты была?
— На работе, говорила же.
— Марина, не ври. Я видел тебя совсем в другом районе. Что ты там делала в десять вечера?
Я молчала, не зная, что ответить. Ложь застряла в горле.
— У тебя кто-то есть? — продолжал он тем же спокойным тоном, и это было страшнее крика.
— Да, — выдохнула я. — Прости.
Он сел на диван и закрыл лицо руками. Молчал долго. Я стояла и ждала, что будет дальше. Ждала скандала, упрёков, может, даже развода.
— Уходи к нему, — сказал муж наконец. — Если ты изменяешь, значит, я тебя потерял. Собирай вещи.
— Я не хочу к нему, — прошептала я. — Я хочу остаться здесь, с тобой, с детьми.
— Теперь не можешь, — жёстко ответил он. — Я не смогу жить с тобой, зная, что ты была с другим. Уходи. Завтра же.
Я пыталась объяснить, извиняться, просить прощения. Он не слушал. Развернулся и ушёл в спальню, закрыв дверь. Я осталась одна на кухне, и только тогда поняла, что натворила.
Утром собрала вещи. Муж молчал, избегал смотреть на меня. Дети спрашивали, куда я еду, я соврала, что в командировку. Поцеловала их и вышла из дома, зная, что всё кончено.
Я не поехала к Максиму. Сняла квартиру, маленькую однушку на окраине. Ему написала, что нам нужно прекратить встречаться. Он пытался звонить, писал сообщения, но я не отвечала. Связь с ним только напоминала о том, что я потеряла.
Развод оформили быстро. Муж не препятствовал, только попросил не появляться слишком часто, чтобы дети привыкали. Я виделась с ними раз в неделю, и каждый раз это разбивало мне сердце.
Вот я и сижу на кухне съёмной квартиры, размешивая остывший чай. Телефон снова загорается, опять Максим. Он всё ещё надеется, что я вернусь. Но я не вернусь ни к нему, ни к мужу. Я просто живу теперь одна, с грузом вины и сожалений.
Я согласилась на одну ночь и потеряла всё. Свою семью, уважение к себе, спокойную жизнь. И не смогла остановиться вовремя, когда ещё было можно всё исправить. Теперь остаётся только жить с этим и пытаться как-то наладить отношения с детьми. Хотя бы их не потерять окончательно.
Может, когда-нибудь муж простит меня настолько, чтобы разрешить видеться с детьми чаще. Может, они сами, когда вырастут, поймут и не будут осуждать. А может, нет. Я заслужила это наказание. Сама виновата во всём. И теперь просто живу с этим, день за днём, пытаясь научиться прощать себя. Хотя вряд ли это когда-нибудь получится.