Буба и Кики: тайный язык нашего мозга, о котором вы не подозревали
Представьте себе две фигуры. Одна — плавная, округлая, словно нарисованная одним движением руки, напоминающая размытый дождем валун или облако. Другая — острая, зубчатая, похожая на осколок стекла или абстрактную звезду. А теперь представьте два слова: «буба» и «кики». Вопрос: какое из них подходит каждой фигуре?
Не читайте дальше. Просто закройте глаза и прислушайтесь к себе. Какое слово просится к округлой фигуре, а какое — к острой?
Если вы, как и подавляющее большинство людей на планете, назвали округлую фигуру «буба», а острую — «кики» — поздравляю. Ваш мозг только что подтвердил один из самых удивительных феноменов экспериментальной психологии и нейробиологии. Феномен, который заставляет нас усомниться в том, что связь между звуком и смыслом всегда случайна. Феномен, который, возможно, хранит ключ к разгадке тайны происхождения человеческого языка.
Этот эффект, известный как «буба — кики», изучают уже почти сто лет. О нем писали основоположники гештальтпсихологии, его исследовали с помощью томографов, его проверяли на двухлетних детях и носителях языков, не имеющих письменности. Результат всегда один и тот же. Сегодня мы проведем настоящее научное расследование и попытаемся понять: почему наш мозг с такой пугающей синхронностью связывает звуки и формы? И что это говорит о нас самих?
Открытие на Тенерифе
Началось все в 1929 году на солнечном острове Тенерифе. Немецко-американский психолог Вольфганг Кёлер, один из основателей гештальтпсихологии, проводил там эксперименты, которые должны были пролить свет на то, как человеческое восприятие организует мир .
Кёлер показывал участникам две фигуры. Одну — округлую, напоминающую амебу или размытое пятно. Вторую — остроугольную, похожую на абстрактную звезду. Затем он предлагал им ответить на простой вопрос: какая из этих фигур, по их мнению, называется «такете» (takete), а какая — «балуба» (baluba)?
Результат оказался поразительным. Испытуемые, не сговариваясь, с высокой степенью уверенности называли округлую фигуру «балуба», а острую — «такете». Кёлер повторил эксперимент, заменив «балуба» на «малума» (maluma) — результат остался тем же . Люди словно считывали некий невидимый код, связывающий звук и форму.
Это открытие долгие годы оставалось любопытным курьезом для узкого круга специалистов. Пока в 2001 году за него не взялись два невролога, чьи имена теперь неразрывно связаны с этим феноменом.
Возвращение легенды — Рамачандран и Хаббард
Вилейанур Рамачандран, блестящий нейробиолог из Калифорнийского университета в Сан-Диего, известный своими экспериментами с фантомными конечностями и зеркальными нейронами, вместе с коллегой Эдвардом Хаббардом решил повторить опыт Кёлера на новом уровне .
Они изменили слова. Вместо «балуба» и «такете» они взяли более простые и звучные «буба» (bouba) и «кики» (kiki). И предложили выбор американским студентам и жителям Индии, говорящим на тамильском языке .
Зачем нужны были тамилы? Чтобы исключить влияние культуры и алфавита. Английский и тамильский — языки, не имеющие ничего общего. Если бы результат различался, можно было бы говорить о культурной обусловленности. Но результат оказался идентичным.
Около 95–98% опрошенных в обеих группах назвали округлую фигуру «буба», а острую — «кики» . Процент совпадения был настолько высок, что это переставало быть случайностью. Это становилось универсалией человеческой психики.
Рамачандран был потрясен. В своей статье он назвал это эффект «одним из наиболее убедительных доказательств того, что названия объектов в языке не полностью произвольны» .
Дети, не умеющие читать
Скептики могли бы возразить: возможно, люди просто ассоциируют буквы с формой? В слове «кики» буквы острые, с прямыми линиями, а в слове «буба» — круглые. Но эту гипотезу блестяще разбила канадский ученый Дафна Маурер .
Она провела тот же эксперимент с двухлетними детьми, которые еще не умеют читать. Малыши, разумеется, не знали, как выглядят буквы «б», «у», «к». Они просто слышали звуки и видели картинки. Результат был тем же. Дети уверенно сопоставляли округлую фигуру со звуками «буба», а острую — с «кики» .
Это означало, что эффект заложен в нас гораздо глубже, чем уровень письменности. Он — часть нашей врожденной сенсорной архитектуры.
Анатомия соответствия — как это работает?
Почему же так происходит? Почему звук «б» и гласная «у» ассоциируются с чем-то круглым и мягким, а звук «к» и гласная «и» — с чем-то острым и колючим?
Рамачандран и Хаббард предложили элегантное объяснение, связанное с моторикой речи и синестезией .
Когда вы произносите «буба», ваши губы сначала вытягиваются в трубочку (округлая форма), а затем широко открываются. Движения губ плавные, округлые. Когда вы произносите «кики», ваши губы практически не участвуют в артикуляции. Звук «к» образуется глубоко в горле, резким взрывным движением языка, которое можно интерпретировать как «острое» движение .
Наш мозг, утверждают ученые, проводит неосознанную аналогию между движением речевого аппарата и визуальной формой. Резкое, взрывное движение языка при произнесении «к» имитирует резкий излом линии на острой фигуре. Плавное округление губ при «б» и «у» имитирует плавность округлой фигуры .
Более того, существуют и акустические корреляции. В природе твердые предметы при ударе издают более высокие, резкие звуки (ближе к «ки»), а мягкие и полые — низкие, гулкие (ближе к «бу»). Наш мозг, эволюционно настроенный на выживание, научился связывать эти частоты с потенциальной опасностью или безопасностью .
Что говорит томография?
В 2019 году группа исследователей под руководством Натана Пайффера-Смаджа опубликовала в журнале NeuroImage результаты фМРТ-исследования, посвященного эффекту «буба — кики» .
Ученых интересовало два вопроса: происходит ли это соответствие на уровне восприятия (автоматически) или на уровне принятия решения (осознанно)? И где именно в мозге это происходит?
Оказалось, что эффект работает даже тогда, когда испытуемые не думают о связи звука и формы — в так называемом Implicit Association Test . То есть мозг связывает их автоматически, на до-сознательном уровне.
Анализ активности мозга показал удивительную картину. Когда звук соответствовал форме (например, «буба» с круглой фигурой), это влияло на активность в первичных сенсорных зонах коры — и слуховой, и зрительной . То есть правильное соответствие облегчает обработку информации на самом базовом уровне.
Но самое интересное обнаружилось, когда звук НЕ соответствовал форме (например, «буба» с острой фигурой). В этом случае резко возрастала активность в префронтальной коре — зоне, отвечающей за контроль, разрешение конфликтов и принятие решений . Мозг словно "спотыкался" о несоответствие и включал дополнительные ресурсы, чтобы разобраться с этой когнитивной ошибкой.
Буба и Кики в реальной жизни — имена, бренды и маркетинг
Эффект «буба — кики» — не просто лабораторный курьез. Он активно работает в нашей повседневной жизни, часто на подкорке.
Исследования показывают, что от сочетания звуков в имени зависит первое впечатление о человеке . Британские и канадские психологи провели эксперимент: 180 респондентов оценивали незнакомцев только по имени. Имена, в которых преобладали сонорные согласные «н», «м» и гласные «у», «о», вызывали более доброжелательное отношение. Имена с взрывными согласными «г», «д», «р» и гласной «и» — более настороженное .
Этот принцип давно используют создатели брендов. Посмотрите на названия: Milky Way, Dove, M&M's — в них много плавных, «буба-образных» звуков. Они ассоциируются с мягкостью, нежностью, вкусом. А вот KitKat, TAG Heuer, Axe — звучат резко, отрывисто, «кики-образно». Они ассоциируются с энергией, резкостью, технологичностью .
В фильмах злодеям часто дают имена с резкими звуками: Дракула, Вольдеморт, Ганнибал. А герои — чаще с мягкими: Люк, Немо, Белль . Срабатывает тот же древний механизм: мозг сканирует имя на предмет потенциальной угрозы еще до того, как увидит человека.
Глобальное и локальное — новые открытия
Исследования продолжаются. В 2021 году группа ученых под руководством И-Чуань Чен опубликовала работу, которая уточнила наше понимание эффекта .
Раньше считалось, что мозг реагирует на локальные признаки — острые углы или округлости отдельных элементов. Но Чен и коллеги предположили, что важнее глобальный контур фигуры. Они использовали сложные составные фигуры, состоящие из выпуклых и вогнутых сегментов, и манипулировали восприятием целого.
Результат показал: эффект «буба — кики» чувствителен к факторам, которые модулируют процесс восприятия глобального контура. Проще говоря, наш мозг оценивает форму целиком, а не просто сумму углов и изгибов . Это еще раз подтверждает, что феномен глубоко укоренен в фундаментальных принципах работы зрительной системы.
От синестезии к метафоре
Рамачандран видит в эффекте «буба — кики» не просто забавную особенность, а ключ к пониманию эволюции человеческого мышления .
Он связывает этот эффект с синестезией — состоянием, при котором стимуляция одного органа чувств вызывает отклик в другом. Некоторые люди видят цвет музыки, другие чувствуют вкус слов. Так вот, Рамачандран предполагает, что все мы в какой-то степени синестетики, просто у большинства это выражено слабее .
Более того, этот механизм кросс-модального соответствия лежит в основе нашей способности к метафорам. Когда мы говорим «острая боль» или «мягкий свет», мы используем ту же neural-сеть, которая связывает «кики» с острыми углами. Мозг умеет находить общее в разных модальностях опыта, и это умение, вероятно, стало важным шагом в эволюции абстрактного мышления .
Существует даже гипотеза, что все дети рождаются синестетиками. В мозге младенца существуют так называемые «нейронные мостики», которые связывают органы чувств. Ребенок может видеть звуки и слышать предметы. С возрастом у большинства людей эти связи ослабевают, ощущения становятся более четкими и разделенными. Лишь у небольшого процента способность познавать мир сразу несколькими органами чувств сохраняется на всю жизнь . Но следы этого древнего единства чувств остаются у всех нас — в том числе и в эффекте «буба — кики».
Вселенная говорит с нами на одном языке?
Итак, что же мы имеем в сухом остатке? Почти сто лет исследований, тысячи испытуемых по всему миру, десятки научных работ — и один и тот же результат. Круглое — это «буба». Острое — это «кики». Это не зависит от языка, культуры, возраста или образования.
Это значит, что в устройстве нашего сознания есть нечто универсальное. Нечто, что связывает физический мир форм с миром звуков через призму нашего восприятия. Мозг не просто пассивный регистратор реальности. Он активный интерпретатор, который ищет закономерности, проводит аналогии и создает связи там, где, казалось бы, их быть не должно.
Эффект «буба — кики» — это маленькое окно в работу нашего собственного сознания. Он напоминает нам, что язык — не просто система условных знаков. Он вырастает из нашего телесного опыта, из того, как мы двигаем губами и языком, как мы видим мир, как мы чувствуем текстуру предметов.
И в следующий раз, когда вы будете придумывать название для чего-то нового — бренда, персонажа или даже домашнего питомца — вспомните о буба и кики. Ваш мозг уже знает, какое имя подойдет круглому пушистому комочку, а какое — острому и быстрому созданию. Просто прислушайтесь к себе.