Обобщение судебной практики Седьмого кассационного суда общей юрисдикции за 1-ое полугодие 2025 года
Судебная коллегия по уголовным делам
Смотрите также: Обобщение судебной практики по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции за I полугодие 2025 года. Процессуальные вопросы
Обобщение судебной практики по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции за I полугодие 2025 года. Назначение наказания
Обобщение судебной практики по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции за I полугодие 2025 года. Вопросы квалификации
I. Вопросы, связанные с применением уголовно-процессуального закона
1. В нарушение требований УПК РФ следователь самостоятельно разрешил заявленный ему и прокурору отвод, что поставило под сомнение объективность производства предварительного расследования по делу.
Приговором Пригородного районного суда Свердловской области от 31 мая 2024 года В. осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, к ограничению свободы на срок 1 год 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев.
В апелляционном порядке приговор изменен, признано смягчающим наказание обстоятельством оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, смягчено назначенное основное наказание в виде ограничения свободы до 1 года 5 месяцев, а также дополнительное наказание до 1 года 5 месяцев лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.
Отменяя приговор и апелляционное постановление, суд кассационной инстанции указал, что в ходе предварительного расследования стороной защиты заявлялся отвод следователю, в производстве которого находилось уголовное дело, а также заместителю прокурора. Однако, в нарушение установленного ст.ст. 39, 61, 67 УПК РФ порядка следователь самостоятельно разрешил заявленный ему и прокурору отвод.
При таких обстоятельствах производство предварительного расследования, составление, а в последующем и утверждение обвинительного заключения следователем и прокурором, которым был заявлен отвод, не разрешенный в установленном законом порядке, исключает возможность принятия судебного решения на основе данного обвинительного заключения.
С учетом изложенного суд кассационной инстанции судебные решения в отношении В. отменил, уголовное дело возвратил прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Дело 77-1247/2025
2. Отсутствие постановления о возбуждении уголовного дела является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на его исход, влечет отмену приговора и возращение уголовного дела прокурору.
Приговором Ноябрьского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 01 апреля 2024 года К. осуждён к наказанию в виде лишения свободы по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ (преступление в г. Ноябрьске) на срок 8 лет, ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ (преступление в г. Губкинский) на срок 8 лет, ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ (преступление в г. Сывдарма) на срок 7 лет, ч. 2 ст. 228 УК РФ на срок 3 года. В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
В апелляционном порядке приговор изменён: действия К. по преступлению, совершенному в г. Губкинский, переквалифицированы с ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ на ч. 3 ст. 30, пп. «а» и «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, назначенное за данное преступление наказание смягчено до 7 лет 6 месяцев лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено окончательное наказание на срок 9 лет 9 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. В остальной части приговор в отношении К. оставлен без изменения.
Этим же приговором с учетом внесенных в него судом апелляционной инстанции изменений осуждены Г. и К., в отношении которых судебные акты не оспорены, кассационное производство не возбуждалось.
Отменяя приговор и апелляционное определение в части осуждения К. за преступление, совершенное на территории г. Губкинский, судебная коллегия указала следующее.
В соответствии со ст. 156 УПК РФ предварительное расследование начинается с момента возбуждения уголовного дела, о чём следователь, дознаватель, орган дознания выносит соответствующее постановление.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определениях от 18 июля 2006 года № 343-О, от 21 декабря 2006 года № 533-О, от 17 ноября 2011 года № 1556-О-О и других, положения уголовно-процессуального закона не содержат норм, позволяющих привлекать к уголовной ответственности лицо в связи с совершением им преступления, по признакам которого уголовное дело не возбуждалось.
Между тем, из материалов дела следует, что уголовное дело № 12102711428000023 (преступление на территории г. Губкинский), по которому К. осуждён обжалуемым приговором, возбуждено 07 октября 2021 года признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, в отношении Г., то есть иного лица.
Отсутствие постановления о возбуждении уголовного дела в отношении К. нивелирует законность производства в отношении него по уголовному делу в указанной части (поскольку по иным инкриминируемым ему преступлениям решения о возбуждении уголовных дел приняты), препятствовало дальнейшему движению и принятию решения по делу в отношении него по обвинению в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических средств в г. Губкинский.
При таких обстоятельствах судебная коллегия приговор и апелляционное определение в отношении К. в части его осуждения за преступление на территории г. Губкинский, квалифицированное по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, отменила, уголовное дело в этой части возвратила прокурору. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, и преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, путём частичного сложения наказаний К. назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок девять лет.
Дело 77-824/2025
3. Апелляционное рассмотрение уголовного дела, относящегося к категории тяжких, в составе судьи единолично, является безусловным основанием отмены судебного решения.
Приговором Нефтеюганского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26 февраля 2024 года Г. осужден по п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на срок 5 лет, с лишением права управлять транспортным средством на 2 года. На основании ст. 73 УК РФ назначенное Г. наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года.
В апелляционном порядке приговор изменен, из описательно-мотивировочной части приговора исключены ссылка суда на протокол явки с повинной, как на доказательство, подтверждающее виновность осуждённого; указание на то, что преступление относится к категории средней тяжести, постановлено считать, что совершённое Г. преступление относится к категории тяжких; при назначении наказания исключены ссылки на п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ и п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ; исключено указание на назначение наказания с применением ст. 73 УК РФ и возложение на него определённых обязанностей в период испытательного срока; постановлено считать Г. осуждённым по п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на срок 5 лет 1 месяц с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 1 месяц, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении; определен самостоятельный порядок следования в колонию-поселение, с исчислением срока отбывания наказания со дня прибытия осуждённого в колонию-поселение с зачётом времени следования к месту отбывания наказания из расчёта один день за один день; в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, постановлено исчислять с момента отбытия наказания в виде лишения свободы.
Отменяя приговор и апелляционное постановление, судебная коллегия указала следующее.
В силу п. 2 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ безусловным основанием отмены судебного решения является вынесение судом решения незаконным составом суда.
В п. 2 ч. 3 ст. 30 УПК РФ закреплено, что рассмотрение уголовных дел в апелляционном порядке в суде автономного округа осуществляется судом в составе трёх судей, за исключением уголовных дел о преступлениях небольшой и средней тяжести.
Предусмотренное п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ преступление является неосторожным по форме вины и, исходя из санкции, относится к категории тяжких (ч. 4 ст. 15 УК РФ). Соответственно апелляционное рассмотрение уголовных дел данной категории осуществляется судебной коллегией в составе трёх судей.
Вопреки приведённым требованиям закона апелляционное представление на вышеуказанный приговор в отношении Г. рассмотрено судом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи единолично.
При таких обстоятельствах судебная коллегия апелляционное постановление суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 24 июня 2024 года в отношении Г. отменила с передачей уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд второй инстанции в ином составе.
Дело 77-270/2024
4. Отсутствие в апелляционном постановлении сведений о том, что принесенное апелляционное представление являлось предметом рассмотрения в суде второй инстанции, ограничило право стороны обвинения на справедливое судебное разбирательство.
Приговором Сысертского районного суда Свердловской области от 11 марта 2024 года Б. осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы на срок 8 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.
В апелляционном порядке приговор оставлен без изменения.
Отменяя судебные решения, судебная коллегия указала следующее.
Из материалов уголовного дела видно, что данное уголовное дело было назначено к рассмотрению в апелляционной инстанции как по апелляционной жалобе адвоката, так и по апелляционному представлению прокурора.
Согласно протоколу судебного заседания апелляционной судебной инстанции в подготовительной части председательствующий объявил, что апелляционное представление подлежит рассмотрению наряду с апелляционной жалобой, их доводы изложены судьёй-докладчиком, порядок выступления сторон определён с учётом наличия апелляционного представления, прокурор в своём выступлении поддержал доводы автора представления о необоснованном исключении из объёма предъявленного Б. обвинения квалифицирующих признаков и необходимости усиления назначенного ей наказания.
Несмотря на это, в апелляционном определении отсутствовали сведения о том, что апелляционное представление прокурора являлось предметом рассмотрения в суде второй инстанции, доводы автора и позиции сторон относительно них в судебном решении не приведены и оценки не получили, решение по ним не принято. Также в апелляционном определении необоснованно указано, что участвующий в деле прокурор просил приговор оставить без изменения.
Такое немотивированное и необоснованное решение суда второй инстанции существенно ограничило право стороны обвинения на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности, что исказило саму суть правосудия и прямо повлияло на законность апелляционного определения.
При таких данных судебная коллегия судебные решения отменила, уголовное дело передала на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе, а также указала о необходимости дать оценку законности постановления судьи первой инстанции о восстановлении прокурору срока апелляционного обжалования на предмет соответствия положениям ст. 389.5 УПК РФ.
Дело 77-1030/2025
5. Суд первой инстанции, не согласившись с предложенной органом расследования квалификацией действий как совокупности самостоятельных преступлений, переквалифицировал действия осужденной на единое преступление, дополнительно указав квалифицирующий признак «в крупном размере», чем вышел за пределы обвинения.
Приговором Троицкого городского суда Челябинской области от 21 марта 2024 года Б. осуждена по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (3 преступления), с применением ст. 64 УК РФ, к 6 годам 6 месяцам лишения свободы за каждое; п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, к 5 годам 6 месяцам лишения свободы; ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (2 преступления) к 5 годам лишения свободы за каждое; ч. 1 ст. 174.1 УК РФ к штрафу в размере 50 000 рублей. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний Б. окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 50 000 рублей (подлежащим самостоятельному исполнению).
В апелляционном порядке приговор не обжаловался.
Отменяя приговор, судебная коллегия указала следующее.
Действия Б. органом предварительного следствия квалифицированы как 13 самостоятельных преступлений, каждое по п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, совершенных, в том числе, по признаку в значительном размере.
По результатам судебного следствия суд переквалифицировал эти действия на единое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, указав, что Б. покушалась на незаконный сбыт наркотического средства – вещества, содержащего мефедрон (4-метилметкатинон), общей суммарной массой 20 г., что является крупным размером.
Таким образом, в нарушение требований ст. 252 УПК РФ суд вышел за пределы предъявленного обвинения и ухудшил положение Б., поскольку квалифицирующий признак совершения преступления «в крупном размере» осужденной не инкриминировался.
Переквалификация действий Б. в отношении указанных наркотических средств с 13 преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, на единое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, хотя и не оконченное, но за которое установлено более суровое наказание в виде лишения свободы, безусловно ухудшает положение осужденной.
При таких данных суд кассационной инстанции приговор отменил, уголовное дело передал на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе суда.
Дело 77-1319/2025
6. Суд положил в основу приговора показания несовершеннолетних обвиняемого и свидетеля, страдающих психическим расстройством, полученные в ходе предварительного следствия в отсутствие педагога (психолога), то есть недопустимые доказательства.
Приговором Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 18 апреля 2024 года А. осуждён по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытых наказаний по приговорам Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 27 сентября 2022 года и Правобережного районного суда г. Магнитогорска от 25 мая 2023 года, окончательно А. назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 2 месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Этим же приговором С. осужден по ч. 5, ст. 33, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.
В апелляционном порядке приговор не пересматривался.
Отменяя приговор, суд кассационной инстанции указал следующее.
В соответствии с ч. 3 ст. 425 УПК РФ в допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, не достигшего возраста шестнадцати лет либо достигшего этого возраста, но страдающего психическим расстройством или отстающего в психическом развитии, участие педагога или психолога обязательно.
Между тем, в нарушение указанных требований закона, несовершеннолетний обвиняемый С., страдающий согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы психическим расстройством, в ходе предварительного следствия допрашивался в качестве подозреваемого и обвиняемого без участия педагога или психолога.
Кроме того, в нарушение требований ч. 1 ст. 191 УПК РФ, в ходе предварительного следствия допрос 15-летнего свидетеля И., показания которого были положены в основу обвинительного приговора в отношении А. и С., также проведен в отсутствие педагога или психолога.
В силу ч. 1 ст. 75 УПК РФ полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона доказательства являются недопустимыми, а потому не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ. Между тем суд первой инстанции вышеуказанные требования закона проигнорировал.
При таких данных суд кассационной инстанции судебные решения отменил, уголовное дело передал на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе суда.
Дело 77-515/2025
7. Нарушение права на защиту повлекло отмену судебных решений.
Приговором Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 8 апреля 2024 года Г. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к 14 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 800 000 рублей.
В апелляционном порядке приговор оставлен без изменения.
Отменяя приговор и апелляционное определение, судебная коллегия указала следующее.
При рассмотрении уголовного дела государственным обвинителем было заявлено ходатайство об оглашении показаний осужденного Ф. в силу наличия чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке данного лица в суд: нахождение Ф. на территории другого субъекта РФ, наличие от него сообщения о том, что он поддерживает свои показания, данные в ходе предварительного следствия и в предыдущих судебных заседаниях.
При этом, из дела видно, что судом предпринимались меры по организации видео – конференцсвязи для допроса Ф., однако был получен ответ о невозможности проведения ВКС в связи с занятостью специализированного зала судебного заседания и поздним поступлением заявки. Кроме того, из имеющейся в материалах дела телефонограммы от лица, представившегося Ф., не следует, что его личность идентифицирована, также телефонограмма не содержит сведений, что Ф. поддерживает ранее данные им показания.
При обсуждении ходатайства государственного обвинителя об оглашении показаний Ф. адвокат оставила его разрешение на усмотрение суда, пояснив, что чрезвычайного обстоятельства она не усматривает, но поскольку имеется телефонограмма, то нет оснований не доверять Ф., который просит рассмотреть дело в его отсутствие.
В итоге показания Ф., данные им в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, были оглашены государственным обвинителем и использованы судом как доказательство виновности Г. в приговоре.
Между тем, Г. в ходе всего производства по уголовному делу утверждал, что в предварительный сговор на совершение преступления с Ф. не вступал, тот ему не знаком и имеет основания для его оговора, так как за признательные показания суд назначил Ф. более мягкое наказание.
Позиция адвоката, который при таких обстоятельствах не возражал против оглашения показаний свидетеля со стороны обвинения, положенных в основу обвинительного приговора, оставлена судом без какой-либо оценки, между тем, указанные действия (бездействие) адвоката свидетельствуют о необеспечении оказания подзащитному лицу эффективной юридической помощи, что для суда не могло не быть очевидным, но оставлено без всякого внимания и процессуального реагирования.
При таких данных судебная коллегия судебные решения в отношении Г. отменила, передав уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе.
Дело 77-1811/2025
8. Суд первой инстанции вынес обвинительный приговор, одновременно применив меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.
Приговором Краснокамского городского суда Пермского края от 6 ноября 2024 года И. признан виновным по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ с назначением наказания, с применением ст. 64 УК РФ, в виде штрафа в размере 5 000 рублей; в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категория преступления изменена на менее тяжкую, то есть на преступление средней тяжести; уголовное дело и уголовное преследование И. прекращено на основании ст. 25.1 УПК РФ и ст. 76.2 УК РФ с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 5 000 рублей.
В апелляционном порядке приговор не обжалован.
Отменяя приговор, судебная коллегия указала следующее.
В соответствии с ч. 1 ст. 446.3 УПК РФ, если в ходе судебного производства по уголовному делу будут установлены основания, предусмотренные ст. 25.1 УПК РФ, суд одновременно с прекращением уголовного дела или уголовного преследования разрешает вопрос о назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. В этом случае суд выносит постановление или определение о прекращении уголовного дела или уголовного преследования и о назначении подсудимому меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. Вынесение решения в форме приговора противоречит положениям ч. 1 ст. 446.3 УПК РФ.
Согласно п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 мая 2018 года № 10 «О практике применения судами положений части 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации» решение суда об изменении категории преступления с тяжкого на преступление средней тяжести позволяет суду освободить осужденного от отбывания назначенного наказания лишь при наличии оснований, предусмотренных статьями 75, 76, 78, 80.1, 84, 92, 94 УК РФ.
Поскольку судебный штраф не является наказанием, а относится к мере уголовно-правового характера, и возможность освобождения лица от отбывания наказания в связи с применением положений ст. 76.2 УК РФ законом не предусмотрена, вне зависимости от изменения категории преступления, то по настоящему уголовному делу суд неправильно применил уголовный закон и нарушил процедуру судопроизводства, в результате чего принял решение, не отвечающее требованиям как уголовного, так и уголовно-процессуального закона.
При таких данных судебная коллегия приговор в отношении И. отменила, передав уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе.
Дело 77-660/2025
9. Суд апелляционной инстанции необоснованно признал недопустимым доказательством протокол осмотра места происшествия, что повлекло уменьшение объема обвинения в части массы наркотического средства, и, соответственно, отразилось на назначении наказания, его справедливости
Апелляционным приговором судебной коллегии по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 27 мая 2024 года П. осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 6 годам лишения свободы, по п. «г» ч. 4 ст. 228. 1 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, к 7 годам лишения свободы. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, назначено 7 лет 2 месяца лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20 марта 2023 года, П. окончательно назначено 7 лет 4 месяца лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Этим же приговором И. осужден по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам лишения свободы, по п. «г» ч. 4 ст. 228. 1 УК РФ к 11 годам 6 месяцам лишения свободы. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено 11 лет 9 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Отменяя судебное решение, судебная коллегия указала следующее.
Приговором суда первой инстанции вышеуказанные лица признаны виновными, в том числе в покушении на незаконный сбыт наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон) общей массой 184,42 грамма, обнаруженного как в ходе личного досмотра каждого из них, так и по месту их временного проживания, где было изъято наркотическое средство суммарной массой 93,78 грамма.
В подтверждение выводов о виновности осужденных в покушении на незаконный сбыт этого наркотического средства общей массой 184,42 грамма суд в приговоре сослался, в том числе, на протокол осмотра места происшествия, проведенного в квартире по месту их временного проживания, признав его допустимым доказательством, что на протяжении всего производства по уголовному делу ни стороной обвинения, ни стороной защиты не оспаривалось.
Однако, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недопустимости данного доказательства, посчитав, что действия должностного лица выражались не в простом визуальном осмотре, а в обнаружении рюкзака, осмотре его содержимого и извлечении из него 100 свертков, обмотанных изоляционной лентой белого цвета, и еще одного пакета с порошкообразным веществом; сопряжены с проникновением и обследованием мест хранения личных вещей проживающих в жилом помещении лиц, поскольку изъятые предметы были обнаружены не при простом визуальном осмотре, а при производстве поисковых мероприятий.
Так, суд апелляционной инстанции констатировал проведение не осмотра места происшествия, а обыска, указав, что осмотр жилища заключается только лишь в визуальном исследовании помещения, тогда как отыскание интересующих следствие предметов с указанием мест и обстоятельств их обнаружения, для чего возможно вскрытие запертых помещений/хранилищ, допускается лишь при проведении обыска в рамках правил, предусмотренных ст. 182 УПК РФ.
Суд кассационной инстанции счел такие выводы преждевременными, не согласующимися ни с содержанием данного протокола осмотра места происшествия, ни с иными доказательствами, представленными сторонами, ни с требованиями ст. ст. 176, 177, 182 УПК РФ.
Из материалов дела видно, что в ходе проведения ОРМ «Наблюдение» были получены сведения, дающие основания полагать, что указанная выше квартира является местом, где могут находиться следы преступления. В целях проверки этого обстоятельства следователь, получив от оперуполномоченного соответствующее сообщение о преступлении, в рамках доследственной проверки осуществил осмотр данной квартиры, при этом о согласии на такой осмотр осужденный И. собственноручно указал в протоколе осмотра места происшествия.
Проведение данного следственного действия не противоречит требованиями ст. 176 УК РФ, согласно которой одним из оснований производства осмотра места происшествия, в том числе жилища, до возбуждения уголовного дела является обнаружение следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для дела.
Из содержания протокола осмотра места происшествия также видно, что данное следственное действие не сопровождалось вскрытием запертых помещений или хранилищ, рюкзак с наркотическим средством обнаружен в ходе визуального осмотра одной из комнат – с правой стороны кровати.
Право на осмотр как квартиры без получения судебного решения в связи с согласием на это самого И., так и обнаруженного в ней рюкзака, предоставлено следователю на основании чч. 2, 5 ст. 177 УПК РФ.
Выводы суда второй инстанции о том, что для обнаружения наркотических средств, находящихся в рюкзаке, требовались некие поисковые мероприятия, являются голословными, ничем объективно не подтверждены.
После окончания осмотра места происшествия и изъятия указанного рюкзака с находившимся в нем наркотическим средством от И. никаких замечаний об ограничении каких-либо его личных прав не поступало.
Все изложенное имело существенное значение, однако оставлено судом второй инстанции без какой-либо оценки, что повлекло отмену приговора суда первой инстанции, исключение из предъявленного обвинения значительной части наркотического средства, смягчение наказания, т.е. необоснованное улучшение положения осужденных, без достаточных к тому правовых оснований.
С учетом изложенного, судебная коллегия апелляционной приговор отменила с передачей уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд иным составом.
Дело 77-150/2025
Источник: Седьмой КСОЮ
P.S. В подарок для тех, кто интересуется темой кассационного обжалования приговоров : Кассационная практика по уголовным делам в 2023 году. Сборник решений КСОЮ и ВС РФ.
Кассационная практика по уголовным делам в 2024 году. Сборник решений КСОЮ и ВС РФ.
Кассационная практика по уголовным делам в 2025 году. Сборник решений КСОЮ и ВС РФ.