Найти в Дзене

Он бесплатно возит стариков в больницу уже 13 лет

Каждое утро Александр Николаевич просыпается в шесть. Пьет растворимый кофе, берет ключи от старого «Рено» и выезжает из гаража. Он не спешит на работу — пенсия позволяет. Он едет за бабой Нюрой с третьего этажа, которой сегодня нужно в поликлинику сдавать кровь. В этом нет ничего особенного, если не знать, что баба Нюра — не его родственница. Просто соседка, которую тринадцать лет назад он пожалел и подвез до больницы. А потом подвез еще раз. А потом как-то само собой сложилось, что по вторникам он возит ее на процедуры, по четвергам — за пенсией, а в остальные дни — всех, кому нужно. В наше время это выглядит странно. Когда Саша (тогда еще просто Саша) рассказывал друзьям, что возит старушек бесплатно, те крутили пальцем у виска. «Бензин нынче дорогой», «Пусть такси вызывают» — стандартный набор аргументов. Но Саша только отмахивался. С чего все началось? Он и сам не может объяснить. Наверное, с мамы. Ее не стало в 2010-м, и последние полгода она вообще не выходила из дома. Возил

Он бесплатно возит стариков в больницу уже 13 лет

Каждое утро Александр Николаевич просыпается в шесть. Пьет растворимый кофе, берет ключи от старого «Рено» и выезжает из гаража. Он не спешит на работу — пенсия позволяет. Он едет за бабой Нюрой с третьего этажа, которой сегодня нужно в поликлинику сдавать кровь.

В этом нет ничего особенного, если не знать, что баба Нюра — не его родственница. Просто соседка, которую тринадцать лет назад он пожалел и подвез до больницы. А потом подвез еще раз. А потом как-то само собой сложилось, что по вторникам он возит ее на процедуры, по четвергам — за пенсией, а в остальные дни — всех, кому нужно.

В наше время это выглядит странно. Когда Саша (тогда еще просто Саша) рассказывал друзьям, что возит старушек бесплатно, те крутили пальцем у виска. «Бензин нынче дорогой», «Пусть такси вызывают» — стандартный набор аргументов. Но Саша только отмахивался.

С чего все началось? Он и сам не может объяснить. Наверное, с мамы. Ее не стало в 2010-м, и последние полгода она вообще не выходила из дома. Возил ее на процедуры, в аптеку. А когда мамы не стало, осталась привычка заботы о ком-то, кто сам не справляется.

Сарафанное радио в нашем районе работает быстрее интернета. Через месяц у Саши уже был список из семи бабушек и одного дедушки. График, маршруты, памятки о том, кому какие таблетки покупать. Жена сначала ругалась, а потом махнула рукой — все равно бесполезно.

Саша смеется: «У меня теперь в телефоне контакты: "Бабка Тома", "Дед Петрович", "Сестры-близнецы с пятого". Перезваниваю, уточняю, все ли живы. Как диспетчер таксопарка на пенсии».

Конечно, есть и те, кто пользуется. Одна пенсионерка регулярно просила отвезти ее на рынок за тридевять земель, потому что там помидоры на рубль дешевле. А потом требовала занести пакеты на пятый этаж в доме без лифта. Но большинство — другие. Те, кто пытается сунуть в карман сотку, а когда не берет, начинают кормить пирожками. Саша за тринадцать лет набрал десять килограммов — шутка ли, каждая вторая бабуля считает долгом накормить спасителя.

Один случай он запомнил навсегда. Повез бабу Зину навестить мужа в дом престарелых. Баба Зина тогда уже плохо ходила, но очень просилась. Приехали, она посидела с дедом полчаса, поплакала. А через неделю ее не стало. Сын потом звонил, благодарил: «Спасибо, что свозили. Мама хоть попрощаться успела». Вот ради таких моментов все это и затевалось.

Мы часто думаем, что герои — это те, кто спасает людей из огня. А на деле герой может оказаться соседом на стареньком «Рено», который просто не может проехать мимо. Который понимает: когда тебе восемьдесят, даже поездка в поликлинику превращается в экспедицию. Особенно зимой, когда скользко. Особенно когда ноги болят.

Сейчас у Александра Николаевича уже целая база данных. Он создал чат, куда записываются все, кому нужно в город. Молодежь из соседних домов подтянулась — кто-то может подменить, если Саша заболеет. Так и образовалось неформальное сообщество помощи. Без грантов, без отчетов, без волонтерских книжек.

Иногда его спрашивают: «Зачем тебе это?». Он пожимает плечами. Ну зачем люди дышат? Есть баба Нюра, которая ждет во вторник. Есть дед Петрович, у которого никого нет. Есть машина. И есть возможность.

Тринадцать лет — это срок. Можно построить карьеру, вырастить ребенка. А можно просто каждое утро заводить мотор и ехать туда, где тебя ждут. Не за деньги. Просто потому, что ты можешь.

И если вы увидите во дворе старенький «Рено», из которого осторожно вылезает сгорбленная старушка, знайте: за рулем, скорее всего, Александр Николаевич. Обычный герой нашего времени. Просто человек, который не разучился останавливаться.