Запах моря смешивался с запахом свежей краски и новой мебели. Светлана стояла на террасе своего маленького домика и не верила собственному счастью. Пять лет ипотечной кабалы, два года изматывающего ремонта, когда каждый рубль откладывался на плитку или банку лака, — и вот она здесь.
Это был не дворец, а всего лишь небольшая дача в трехстах метрах от берега, в тихом поселке, где по утрам кричали петухи, а по вечерам пахло жареной рыбой. Но это было их место. Место, где Света мечтала провести первый за много лет настоящий отпуск с мужем Игорем. Только вдвоем. Без будильников, отчетов и городской суеты.
— Игорёш, ты только посмотри, как можжевельник разросся! — крикнула она мужу, который налаживал мангал. — Вечером запечем дорадо, откроем вино и будем просто смотреть на звезды.
Игорь улыбнулся, вытирая руки тряпкой. Он тоже устал. Их гонка за мечтой вымотала обоих.
— Ты заслужила, Светк. Этот месяц — только наш.
Идиллия продлилась ровно до обеда следующего дня.
Они только вернулись с пляжа, распаренные и ленивые, предвкушая холодный суп и сиесту, как у ворот раздался требовательный автомобильный гудок.
Света вздрогнула. Они никого не ждали. Адрес знали только самые близкие, и все они были предупреждены: «Мы в "домике", телефоны выключаем, хотим тишины».
Игорь пошел открывать. Через минуту с улицы донеслись радостные вопли, визг тормозов и грохот открываемого багажника.
Света вышла на крыльцо и почувствовала, как внутри всё холодеет.
Из огромного пыльного внедорожника выгружался табор. Марина, старшая сестра Игоря, женщина шумная и бесцеремонная, уже командовала парадом. Её муж, флегматичный Толик, вытаскивал необъятные баулы. Трое детей — два пацана-погодки лет семи-восьми и пятилетняя девочка — уже носились по участку, сшибая Светины любовно высаженные гортензии.
— Сюрпри-и-из! — завопила Марина, увидев Свету. — А мы решили: чего вы там одни киснуть будете? Родня должна держаться вместе! Вот, приехали вас проведать, морским воздухом подышать!
Света перевела взгляд на мужа. Игорь стоял с виноватой улыбкой, втянув голову в плечи.
— Марин, вы… как-то неожиданно, — выдавил он.
— Ой, да брось! Свои же люди, какие церемонии! — Марина уже поднималась на крыльцо, по-хозяйски оглядывая террасу. — Ну, показывайте хоромы! Симпатично, симпатично. Только маловато места, конечно. Ладно, в тесноте, да не в обиде. Мы с Толиком в вашей спальне ляжем, там кровать большая, а вы уж с детьми в гостиной на диванах разместитесь.
У Светы отвисла челюсть.
— В смысле? — только и смогла спросить она.
— Ну не детей же на пол класть, — удивилась Марина, проходя в дом в уличной обуви. — Светка, ты чего застыла? Мы с дороги, голодные как волки! У вас обед готов? Дети супчика хотят!
Ад начался сразу.
Тихий отпуск превратился в обслуживание пятизвездочного отеля с капризными постояльцами, только без зарплаты и чаевых.
Света не выходила из кухни. Марина сразу заявила, что она на отдыхе и к плите не притронется.
— Я, Светуль, так наработалась за год, сил нет. А ты хозяйка, у тебя всё под рукой. Да и готовишь ты вкуснее.
«Вкуснее» означало, что на завтрак дети требовали блинчики с тремя видами начинки, на обед — обязательно первое, второе и компот, а на ужин Толик желал мясо на углях, а Марина — «чего-нибудь легкого, типа салата с морепродуктами».
Новый, с иголочки, дом стремительно превращался в свинарник. Песок был везде — в душевой, на новом диване, в постели (которую Света с Игорем теперь делили с младшей племянницей, потому что старшие оккупировали второй диван). Мокрые полотенца валялись горами на террасе. Дети рисовали фломастерами на светлых обоях в коридоре.
— Ой, ну это же дети, — отмахивалась Марина, лежа в шезлонге с бокалом Светиного мартини. — Подумаешь, черточка. Отмоешь. Ты лучше скажи, у нас пиво кончилось, Толик страдает. Сгоняй в магазин, а? И мороженого детям купи, только хорошего, без пальмового масла.
На второй день Света поняла, что их бюджет, рассчитанный на двоих, тает с катастрофической скоростью. Семейство золовки сметало всё, что было в холодильнике, не задумываясь о том, откуда оно берется.
Вечером, когда дети наконец угомонились, а Марина с Толиком ушли «прогуляться к морю под луной», Света решилась.
Она нашла Игоря на заднем дворе, где он с тоской смотрел на остывающий мангал.
— Игорь, нам надо поговорить.
— Свет, ну не начинай, а? — муж сразу занял оборонительную позицию. — Я вижу, что тебе тяжело. Но это же моя сестра.
— Вот именно, Игорь. Это твоя сестра. Почему обслуживаю её я? Почему они заняли нашу спальню? Почему они ведут себя так, будто купили путевку «все включено»?
— Они гости…
— Гости ведут себя уважительно. И гости не приезжают на две недели без приглашения впятером! Игорь, у нас деньги заканчиваются. Я сегодня в магазине оставила пять тысяч только на продукты для них.
Игорь поморщился:
— Ну, у них сейчас сложный период, Толик работу меняет…
— У всех сложный период! — Света начала закипать. — Мы ипотеку платим! Короче, я сейчас скажу Марине, чтобы они скидывались на продукты. И готовить будем по очереди.
— Света, нет! — Игорь схватил её за руку. — Не позорь меня. Как я ей скажу? Она же обидится на всю жизнь! Маме расскажет, скандал будет на всю родню. Потерпи, пожалуйста. Ну, пару неделек. Они же уедут.
— Пару неделек? Ты серьезно? Я через пару неделек в дурдом уеду!
В этот момент вернулась Марина, румяная и довольная.
— Ой, как хорошо на море! — прощебетала она. — Светка, а чего у нас на завтрак? Я бы сырников поела, со сметанкой. Только ты творог бери жирный, домашний, на рынке.
Света посмотрела на золовку, потом на мужа, который усердно разглядывал свои тапки.
— Марин, — сказала Света очень спокойным голосом. — Раз уж вы приехали надолго, давайте обсудим бюджет. Продукты нынче дорогие, нас семеро. С вас пятнадцать тысяч на эту неделю. И готовим завтра ты.
Улыбка сползла с лица Марины.
— В смысле? — протянула она. — Ты что, Свет, с родни деньги трясти будешь? Мы же в гости приехали!
— Гости обычно приезжают с тортиком и на пару дней. А вы приехали жить. Полным пансионом.
— Игорь! — Марина повернулась к брату. — Ты слышишь, что твоя жена говорит? Мы к вам со всей душой, а нам тут счет выставляют? Ты что, родных племянников не прокормишь?
Игорь, красный как рак, что-то промямлил про «Света устала» и «не так выразилась».
Марина фыркнула:
— Ясно всё с вами. Гостеприимство — ноль. Ладно, переживем как-нибудь, раз вы такие жадные. Но сырники я завтра жду.
Она гордо удалилась в их спальню.
Света посмотрела на мужа. В этот момент что-то внутри неё оборвалось. Та ниточка терпения и желания быть «хорошей женой», на которой всё держалось, лопнула с оглушительным звоном.
— Значит, потерпеть? — тихо спросила она.
— Светуль, ну правда, некрасиво получилось, — начал Игорь. — Завтра я сам сгоняю на рынок…
— Не надо, — она улыбнулась. Улыбка получилась странной, холодной. — Ты прав. Некрасиво. Я всё поняла.
Утром третьего дня Света встала раньше всех. Она приготовила гору сырников. Пожарила омлет. Нарезала фрукты. Накрыла на стол как для королевского приема.
— Кушайте, дорогие гости, набирайтесь сил перед морем! — ласково сказала она, когда заспанное семейство вывалилось на веранду.
Марина, подобревшая от вида еды, даже похвалила:
— Вот можешь же, когда хочешь! Золотая хозяйка!
После завтрака вся орава, включая Игоря, которого припрягли нести надувного крокодила, отправилась на пляж.
— Мы до обеда! — крикнула Марина. — К часу чтобы борщ был готов, дети жидкого хотят!
Как только калитка за ними захлопнулась, Света перестала улыбаться.
Она действовала быстро и четко, как спецназовец на задании.
Первым делом она достала свой чемодан и за десять минут побросала туда свои вещи: купальники, легкие платья, кремы, любимую книгу.
Вторым делом она позвонила в местную клининговую компанию, с которой договаривалась еще до приезда.
— Здравствуйте, это Светлана, дом на Морской, 12. Да, генеральная уборка. Срочно. Прямо сейчас. Двойной тариф? Согласна. У вас три часа. Ключи будут под ковриком, деньги переведу на карту.
Третьим делом она открыла приложение на телефоне и забронировала номер в спа-отеле «Лазурный берег». Это был самый дорогой отель на побережье, с собственным пляжем, бассейнами с морской водой и полным отсутствием детей до 16 лет. Ночь там стоила как половина их месячного бюджета на еду. Света оплатила неделю проживания с карты, на которой лежали её личные накопления «на черный день».
«День настал», — подумала она.
Она прошлась по дому. Собрала постельное белье с их супружеской кровати, на которой спали Марина с Толиком, и закинула в стирку. Свои документы и ноутбук убрала в сейф.
Затем она взяла листок бумаги и маркер. Написала записку и приклеила её на холодильник.
Последний штрих. Она вышла из дома, закрыла дверь на оба замка. Подошла к пульту охранной системы, который они установили буквально неделю назад. Ввела код. Дом встал на сигнализацию.
Теперь, чтобы войти, нужен был ключ и код. Ключ был только у неё и у Игоря. Но Игорь свой ключ по привычке оставил в прихожей на тумбочке, когда уходил на пляж.
Света села в свою машину, надела солнечные очки и, не оглядываясь, выехала с участка.
Игорь с сестрой и её семейством вернулись к часу дня, голодные и обгоревшие.
— Светка, открывай, борща давай! — весело заорал Толик, дергая ручку калитки.
Калитка была заперта.
— Странно, — Игорь пошарил по карманам. — Ключи дома забыл. Свет! Света! Ты чего закрылась?
Тишина. Только цикады стрекочут.
Они подошли к дому. Дверь заперта. На окнах опущены рольставни (Света не поленилась).
— Она что, в магазин ушла? — недовольно спросила Марина. — Могла бы и оставить открытым. Дети пить хотят!
Игорь попытался открыть дверь своим ключом, который он, к счастью, нашел в пляжной сумке жены. Но как только он повернул ключ в замке, над дверью загорелась красная лампочка и раздался предупреждающий вой сирены.
— Что за хрень?! — отпрыгнул Толик.
Через три минуты к воротам подъехала машина с мигалками. Из неё вышли два крепких сотрудника ЧОПа и огромная немецкая овчарка.
— Кто такие? Почему ломимся в охраняемый объект? — строго спросил старший.
— Да мы хозяева! — начал качать права Толик. — Я тут живу!
— Документы на собственность? Паспорта с пропиской? — охранник был неумолим.
Естественно, никаких документов у них с собой не было — они же на пляж ходили.
— Я муж хозяйки! — пытался объяснить Игорь. — Вот мой паспорт!
Охранник сверил данные.
— Допустим. Код сигнализации назовите.
Игорь замялся. Код знала только Света, она его меняла вчера, потому что дети чуть не заблокировали систему, тыкая в кнопки.
— Я… я не помню. Жене надо позвонить.
Он дрожащими руками набрал номер Светы.
«Аппарат абонента выключен».
Игорь начал звонить в мессенджеры. Гудки шли, но никто не брал трубку.
Через полчаса препирательств охранники согласились пустить Игоря в дом только в их сопровождении, чтобы он забрал вещи гостей. Сирена всё это время выла, дети ревели, Марина истерила, обвиняя брата во всех смертных грехах.
Игорь вошел в дом. Там было стерильно чисто и пусто. Пахло дорогим моющим средством. Никакого борща на плите не было.
На холодильнике белел листок бумаги.
Игорь подошел и прочитал.
«Игорь. Я устала работать бесплатной прислугой в отеле "У Светы". Раз ты не можешь защитить меня и наш отдых от наглости твоей родни, я делаю это сама. Твоя сестра — твои проблемы. Развлекай, корми и ублажай их сам. Я в отпуске. Вернусь через неделю. P.S. Если Маринке негде жить, сними им номер. За свой счет, разумеется. Ты же добрый брат».
Игорь стоял, тупо глядя на записку. С улицы доносились вопли Марины:
— Игорь! Что там происходит?! Почему нас не пускают?! Я есть хочу! Дети перегрелись!
Игорь вышел на крыльцо. Он чувствовал себя воздушным шариком, из которого выпустили весь воздух.
— Собирайте вещи, — тихо сказал он сестре. — Мы уезжаем.
— Куда?! — вытаращила глаза Марина. — А Света где?
— Света уехала. Дом закрыт. Нам здесь больше не рады.
— Ах она дрянь! — взвизгнула Марина. — Выгнала родню с детьми на улицу! Да я ей… Да я маме позвоню!
— Звони кому хочешь, — огрызнулся Игорь. Впервые в жизни. — Только сначала помоги Толику вещи собрать. Нас охрана ждет.
В тот день Игорю пришлось снять два номера в ближайшей гостинице. Цены в сезон кусались, и он с ужасом смотрел, как пустеет его кредитка. Марина дулась и причитала весь вечер, требуя, чтобы Игорь «разобрался с этой истеричкой». Но Игорь молчал. Он вдруг очень ясно понял, что «разобраться» ему нужно не со Светой, а с самим собой.
Света лежала на массажном столе в прохладном кабинете спа-салона. Тихая музыка, запах лемонграсса и умелые руки массажистки творили чудеса.
Она включила телефон только вечером, лежа в огромной кровати с белоснежными простынями и попивая травяной чай.
Двадцать пропущенных от Игоря. Десять от Марины. Пять от свекрови.
Она открыла сообщение от мужа.
«Свет, ты где? Мы в гостинице "Приморская". Марина в шоке, дети плачут. Это очень жестоко с твоей стороны. Позвони мне».
Света усмехнулась. Жестоко? Возможно. Но иногда хирургическое вмешательство — единственный способ спасти пациента.
Она набрала ответ:
«Я там, где "всё включено". И где мне не надо жарить сырники на семь человек. Наслаждайся обществом любимой сестры. У вас целая неделя впереди».
Она отложила телефон, выключила свет и впервые за долгое время заснула с улыбкой, зная, что завтра её ждет день, принадлежащий только ей. И никто не посмеет его испортить.