Если же хочется прочесть настоящие живые истории без прикрас — держите.
Скафандр и бабочка, Жан-Доминик Боби ⠀
Жан-Доминик Боби в 43 года перенёс инсульт, последствием которого стал страшный диагноз — locked-in syndrome. Это значит, что живой мозг заперт в полностью парализованном теле. У Жана подвижным осталось только одно веко — единственная связь с внешним миром.
К счастью, насколько уместно здесь употребить это вводное, нашли способ общения с ним: показывали алфавит, а он моргал, когда была подходящая буква. Вот так буква за буквой была написана эта книга.
О том, какого это живой душе находиться в уже практически мёртвом теле.
Один в океане, Слава Курилов
Про духовный путь и вполне настоящий через океан из Советского союза. Удивительно, насколько сильным может быть человек. И насколько мы не знаем возможности своего внутреннего резерва. Автор приблизился к этой разгадке.
Клуб лжецов, Мэри Карр
Когда в жизнь семьи вмешивается алкоголь и безумие, последствия для детей чудовищны. Мэри Карр вспоминает своё детство с такой прямотой, что хочется спрятаться. Их семья смогла вновь обрести друг друга во многом благодаря этой книге.
Книга-исповедь, через которую становится лучше людям с похожими травмами.
Я забыл умереть, Халил Рафати
История героинового наркомана, который по логике всех вещей должен был умереть. Но он почему-то выжил. А затем нашёл себя в той тьме, что была внутри и снаружи, открыл свой зож-бизнес и стал миллионером.
Для меня его рассказ стал иллюстрацией того, как появляются зависимости: из той дыры в душе маленького человека, где должна была жить любовь.
Белое на чёрном, Рубен Гальего
Ожизни детей с ДЦП и другими тяжелейшими заболеваниями в советских детских домах. И про жизнь конкретного мальчика — Рубена Гальего, сына венесуэльца и испанки.
Книга — концентрат боли со светлым пятном-человеком, сумевшим жить.
Не читайте, если хватает личных переживаний и вы не готовы столкнуться с чужим горем и своими сложными чувствами.
