Все началось не с рассвета. Красивая луна пригласила на ночную прогулку.
Ну мы с кисой и пошли.
Получил замечание, что на канале стало слишком много кошки.
Ну а что я сделаю, если на участке она везде, да и фотографировать дерево с кошкой лучше, чем без.
При лунном свете все хорошо видно, фонарик не нужен, но вот делать фото без вспышки уже не получается, объект слишком шустрый.
В который раз удивились внезапно возникшим кучам на сжигание. Потом вспомнил, сколько пришлось в том году попилить, тут одним днем не отделаешься. Решили начать утром.
Твердо принятое решение — половина дела.
Обычным, ничем не примечательным утром снова прогулялись, традиция у нас такая.
Начинать работу на голодный желудок нельзя, пошёл поднимать жену, вместе завтракать веселее.
На фото присутствует некая распущенность распушённость.
Процесс занял некоторое время.
Смеркалось.
Вскоре большой костер был возжён.
За зиму некоторая часть кучи слежалась и осталась сырой. Под ней прятались пни и большие ветки в причудливом хаосе. Отдельно лежала куча сучьев от грецкого ореха.
Получилось, что костра стало два, надо бы и на средней террасе тоже, не сегодня.
Светлана привела в порядок все вокруг, всё в топку.
Заметил, что ручей изменил русло, пришлось взять лопату и заняться строительством плотины, прямо как в детстве.
Плотину сделал из камней, глины и песка, обновил и углубил старое русло. Ручей с весёлым журчанием потёк туда.
Почистил ручей от всякого мусора и корней сорняков. Корни плевались в лицо грязью.
Попутно шелковицу обрезал, ей всё вверх надо почему-то расти.
Добрался до арундо тростникового, это тропическое растение, у меня зимует без утепления.
Хотел сначала секатором его срезать, не тут-то было, эти стволы все зимние ураганы выдержали. Пришлось за пилой идти, тут дело пошло бодро.
Можно было бы эти палки как-нибудь декоративно использовать, но сжёг, пару самых длинных оставил всё же.
В том году тоже оставил, до сих пор в зарослях туи стоят.
Костер, между тем, переварил всю еду, самый большой пень только не под силу оказался. Потом разгребу кострище, отвезу всё оставшееся к следующему костру, и нижняя терраса готова. Единственно, обрубок грецкого ореха торчит, еще и расти пытается. С этим мне самостоятельно не справиться.
Тлеющий пень загадочно светился в ночи, распуская вокруг густой смолистый аромат.
Угли от костра можно будет и на утро найти, если разворошить гору пепла.