Премьеры опер «Идоменей, царь Критский» Моцарта в постановке Романа Кочержевского и «Бориса Годунова» Мусоргского в постановке Орлина Анастасова c Ильдаром Абдразаковым в титульной партии в Мариинском-2 состоялись с разницей всего в несколько дней.
Спектакли удивили и исполнительскими мощностями театра, и смысловыми перекличками сюжетных мотивов в эстетически и хронологически далёких оперных опусах. На премьерах побывал Владимир Дудин.
В обеих операх в основе сюжета — судьбы царей: Критского (полное название оперы «Идоменей, царь Критский») и Российского. И там, и здесь у царей есть сыновья, судьба которых оказывается под большой угрозой. В случае с «Идоменеем» мифический царь находит отклик Нептуна в ответ на мольбы любой ценой остановить смертельную бурю, но ответ этот коварный: принести в жертву первого, кто встретится на суше, и этим первым оказывается сын Идамант, которого от удара отца спасла возлюбленная Илия, дочь троянского царя Приама. Нептун оценил девичий порыв, потребовав от Идоменея оставить трон и передать его Идаманту.
Борису Годунову Юродивый, как известно, отвечал: «Нельзя молиться за царя Ирода — Богородица не велит». Трагедия Бориса известна, и сын его был убит вскоре после смерти отца. В опере Моцарта средоточием всех бед и катаклизмов является морское чудовище, пожирающее народ, разрушающее город, в отличие от исторического времени Мусоргского, где среди множества бед, выпавших на годы правления Бориса, было «смутное время», голод из-за неурожая и холод, ставшие следствием малого ледникового периода, вызвавшего в первые годы XVII века в Москве снег и дожди летом. Факт двух страдающих и рефлексирующих царей в операх налицо. «Борис» Мусоргского увидел свет в 1874-м, чуть более ста лет спустя мюнхенской премьеры «Идоменея» Моцарта в 1781-м. Если не забывать, что Валерий Гергиев — дирижёр-интуитивист, улавливающий идеи из воздуха, подверженный настроениям момента, то вполне можно предположить, что именно ему захотелось вдруг сыграть по-крупному и дать одну за другой премьеры опер западной и русской традиций, чтобы показать, как устойчивы в опере архетипы и жанровые модели.
Сравнивать две премьеры в Мариинском было интересно ещё и с точки зрения применения новых медиатехнологий и их не всегда дружеских взаимоотношений с традиционными театральными формами.
Полный текст читайте на нашем сайте.
