Одна из основательниц театра «Комик-трест», актриса и режиссер Наталья Фиссон дала интервью накануне 35-летия театра и 8 Марта. Она рассказала «Вечернему Санкт-Петербургу», как случайно попала в «Лицедеи», почему ушла от Товстоногова и как женское обаяние помогло сохранить театр в трудные времена.
Как «Лицедеи» взяли к себе
В начале 1980-х Фиссон пришла во Дворец молодежи за самиздатовской литературой, но попала в очередь на прослушивание в «Лицедеи». Пока ждала, ей сочинили этюд. Вместо Ахматовой и Пастернака она прочитала единственное, что помнила со второго класса, – стихотворение про щенка. «Лицедеи поржали и поняли: вот кто-то близко к нашему жанру!» – вспоминает актриса.
Два с половиной года она проработала в коллективе, считая себя «приблудной», а затем поступила в театральный. Полунин ругался, а в институте корили за клоунаду.
Режиссерский курс Товстоногова
На режиссерский курс Георгия Товстоногова Фиссон попала случайно – помогала мальчикам, и педагоги перевели ее с актерского без экзаменов. Но курс не закончила: мужу Вадиму отпилили вторую ногу, умер Товстоногов. Вернулась на актерский – уже четвертый в жизни.
Новое начало
В 1991 году, оглядев театральную поляну Петербурга, Наталья не увидела себя ни в одном театре. «Меня звали на показ в БДТ – я не пришла (за что у меня потом чуть диплом актерский не отобрали, был большой скандал с кафедрой). Но я, честно, не видела себя в драме. А где видела – не знала. Мы с Вадимом создали театр, потому что выхода другого не было. Много хороших вещей рождается именно от безысходности. Чем уже рамки – тем богаче импровизация», – рассказывает Фиссон.
Подробнее о том, как создавался «Комик-трест», читайте в материале «Вечернего-Санкт-Петербурга».