Мощь удара для глобальной экономики, как нетрудно догадаться, будет зависеть, в первую очередь, от продолжительности новой вспышки конфликта на Ближнем Востоке и от того, до каких высот поднимутся цены на нефть и газ.
Глобальной экономике не позавидуешь: она еще не пришла в себя после ввода трамповских тарифов в прошлом году, но получила от американского президента очередной неприятный сюрприз – новую войну на Ближнем Востоке, которая уже успела приобрести характер регионального конфликта и угрожает планете рядом кризисов, главный из которых - энергетический.
Европе рванувшие вверх цены на энергоносители угрожают поставить экономику на грань рецессии. В США они поставят в крайне затруднительное положение Федрезерв, который и без того находится под сильным давлением Белого дома и лично президента Трампа. Дело в том, что война с Ираном толкает вверх не только цены на энергоносители, но и инфляцию, с которой продолжает бороться американский центробанк. Для Китая прекращение поставок иранской нефти, которую Тегеран продавал с большим дисконтом, означает усиление давления на экономику, начавшееся в апреле 2025 года, когда Дональд Трамп ввел против всей планеты, включая КНР, высокие тарифы.
Резкий рост цен на нефть, происходящий в первые дни войны на Ближнем Востоке, крайне негативно действует на экономику всей планеты через многочисленные каналы. Быстро дорожающая нефть повышает цены как для потребителей, так и для бизнеса. Она снижает покупательную способность населения и усиливает инфляцию.
Как показывает SHOK, компьютерная модель Bloomberg Economics для главных экономик планеты, при цене барреля нефти, например, 108 долларов инфляция к концу года увеличится на 0,8%. Это значит, что с учетом довоенного прогноза по инфляции она превысит к концу 2026 года 3%, что существенно выше остающихся целевыми для ФРС и остальных центробанков развитых экономик 2%. Это также значит, что Кевина Уорша, который заменит в мае Джерома Пауэлла на посту руководителя главного банка Америки, ждут трудные времена: президент Трамп невзирая ни на что будет требовать от него так же, как от Пауэлла, снижения ключевой ставки, а джинн, выпущенный из бутылки тем же самым Трампом, давшим приказ ударить по Ирану, будет заставлять его ставку повышать.
Дональд Трамп может сам себя загнать в угол: до очень важных промежуточных выборов остается все меньше времени, а он на собственном опыте убедился в 2024 году, как не жалуют американские избиратели инфляцию и войны.
У Европы ситуация, кстати, еще хуже, потому что она стоит на пороге нового энергетического кризиса, который будет особенно сильным в газовом секторе. Так, компьютерная модель Bloomberg Economics показывает, что высокие цены на энергоносители снизят ВВП континента на 0,6%. При этом инфляция подрастет к концу года на 1,1%. Это значит, что ЕЦБ придется, как минимум, повременить со снижением ставки или даже поднять ее, что сильно ударит по росту экономики.
Китай – главный импортер нефти на планете. В его нефтяном балансе нефть из Венесуэлы и Ирана составляла существенную долю. Естественно, Пекин покупал нефть у Каракаса и Тегерана не по идеологическим соображениям, а благодаря большим дисконтам. Если китайским компаниям придется покупать нефть по 108 долларов за баррель, то инфляция в стране поднимется на 0,8%.
108 долларов за баррель, конечно, жесткий сценарий развития событий, хотя нельзя исключать возможность, что цена нефти может оказаться к концу года еще выше. При значительно более благоприятном сценарии развития событий и цене «бочки» в районе 80 долларов, рост инфляции будет значительно ниже предыдущего сценария и составит порядка 0,3% в США и ок. 0,5% в еврозоне и Великобритании.
Компьютерная модель рассматривала и самый благоприятный для глобальной экономики сценарий и поэтому, кстати, наименее вероятный, в котором цена барреля нефти к концу года вернется к довоенным 65 долларам. При таком сценарии, потенциально, конечно, возможном, инфляция тоже вернется к февральскому уровню, что позволит центробанкам вернуться к прежней монетарной политике.