«Этот день войдет в историю как день позора». С таких слов началось выступление президента США Франклина Рузвельта 8 декабря 1941 года, посвященное атаке Японии на Перл-Харбор.
Глава Белого дома возмущался коварством японских властей, которые «на протяжении многих дней или недель готовили операцию» и во время этой подготовки «пытались обмануть Соединенные Штаты лживыми заявлениями и выражениями надежды на мир» в ходе продолжавшихся на тот момент американо-японских переговоров. Вся американская пропаганда и историография после Перл-Харбора рисовала действия японцев как подлые и недопустимые. Позорные по-настоящему.
И вот сейчас Соединенные Штаты вписали в календарь новый, на этот раз уже свой собственный «день позора». Ведя переговоры с иранцами в Женеве, они на пару с Израилем готовили военный удар – и ждали лишь момента, когда у них появится возможность убить иранского лидера Али Хаменеи.
На Западе откровенно признают, что Дональд Трамп рассматривал переговоры как ширму, прикрытие подготовки к удару по Ирану. «Еще одна атака прямо во время переговоров показывает, что Трамп никогда не хотел мира всерьез», – пишет Guardian. Еще одна – потому что был и первый удар Трампа по Ирану, ровно при таких же обстоятельствах, летом прошлого года. Именно поэтому Белый дом и занимал на этих переговорах чрезвычайно жесткую, заведомо не подразумевающую компромисса позицию.
Возможно, в Вашингтоне считают, что они поступили правильно. Вспоминают Сунь-Цзы и его лозунг о том, что «война – это путь обмана». Однако в данном конкретном случае обман может дорого обойтись. И не только потому, что весь мир в очередной раз увидел настоящую цену западной дипломатии и лицемерие западных миротворческих лозунгов. Например, у Вашингтона возникнут сложности с достойным, без потери лица, выходом из конфликта с Ираном. Операция с пафосным названием «Эпическая ярость» замышлялась как молниеносный снос режима – но иранская власть не только не рухнула, но и продолжает сопротивление.
Вести продолжительную войну США не смогут по политическим (союзники в лице арабов недовольны), юридическим (Конгресс не позволит), финансовым (денег нет) и военным (оружия не хватает) причинам. Сторонам все равно придется возвращаться к переговорам. Вот только как теперь на этих переговорах будут выглядеть США? «Мы вели переговоры с США дважды за последние 12 месяцев, и в обоих случаях они напали на нас во время переговоров, и это стало очень горьким опытом для нас», – говорил министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи.
Но еще более важно другое – страны, ныне вовлеченные в переговоры с Соединенными Штатами, тоже извлекают уроки из американского «дня позора».
На эту тему
Россия в свое время уже делала США одолжение – закрыв глаза на то, как Вашингтон ранее поддерживал киевский режим во времена Байдена, пошла на переговоры и позволила Трампу позиционировать себя не как разжигателя войны, а как миротворца. Была готова конструктивно обсуждать весь спектр российско-американских отношений и даже идти на допустимые компромиссы. Появилась надежда на долговременный, устойчивый мир в Европе и ликвидацию первопричин украинского кризиса.
Однако еще с конца 2025 года российские официальные лица – тот же министр иностранных дел Сергей Лавров – все чаще стали говорить о том, что Соединенные Штаты забыли достигнутые в Анкоридже обязательства. Или по крайней мере не считают себя с ними железно связанными.
Надежда на искренность миротворческих усилий американской администрации и лично Трампа у Москвы пока еще сохраняется. Однако, как сказал после американо-израильской атаки на Иран представитель Кремля Дмитрий Песков, «мы анализируем ситуацию и выводы делаем соответствующие». И – «продолжаем работу, которая в наших интересах».
Выводы напрашиваются вполне очевидные. Во-первых, Россия не позволит себя обманывать в вопросе Украины, в том числе и США. Любые ширмы подобного рода будут сорваны. Во-вторых, главную работу в наших интересах, конечно, каждый день выполняет в зоне СВО российская армия. Дипломаты и переговорщики в данном контексте и на данном этапе – желательное дополнение. Например, с точки зрения экономических связей России и США. И, наконец, в-третьих – если в итоге дипломатическое решение украинского кризиса не будет выглядеть для России приемлемым – что ж, придется обойтись без него и вовсе без подобного рода переговоров. Хотя бы для того, чтобы никаких новых «дней позора» не возникало.