Увеличение численности Российской армии, указ о котором накануне подписал президент Владимир Путин, обусловлено формированием новых воинских частей и соединений, а также комплектованием нового рода войск, в том числе инженерными и научными кадрами. Об этом «Парламентской газете» рассказал председатель Комитета Госдумы по обороне Андрей Картаполов. Подробности — в нашем интервью.
— Андрей Валериевич, чем обусловлено очередное увеличение численности Вооруженных сил?
— Это абсолютно штатное и плановое мероприятие, обусловленное ранее принятыми решениями, которые касаются дальнейшего развития наших Вооруженных сил. К ним относятся, в частности, появление новых соединений и воинских частей в Ленинградском и Московском военных округах, усиленное прикрытие нашей западной границы, появление принципиально нового рода войск — войск беспилотных систем — и так далее. Просто запланированное под все эти задачи расширение армии разбито по годам. И каждый год на предусмотренный по плану объем увеличения численности Вооруженных сил издается отдельный приказ президента. Вот и все.
— Помимо боевых кадров, в России год от года растет «спрос» на гражданский персонал. Почему?
— На самом деле смысл и цели здесь те же самые. Ведь Вооруженные силы состоят не только из военнослужащих — солдат, офицеров, генералов, но и из большого количества гражданского персонала, на который возложена масса задач. И помимо формирования боевых частей, идет параллельное формирование материально-технической и тыловой базы. И в тех частях, которые относятся к этому сегменту, процентное соотношение военнослужащих и гражданского персонала совсем иное, нежели в боевых. Если в боевых преобладает личный состав, то в тыловых структурах и организациях гораздо больше гражданского персонала. Соответственно, число вакансий и требующихся для них специалистов увеличивается.
— В каких кадрах сегодня сильнее всего нуждается армия?
— Что касается боевых соединений, то это, безусловно, операторы различных беспилотных систем. В первую очередь, конечно, воздушного назначения, но отнюдь не только: важную роль играют все типы - и наземные, и надводные, и подводные. В значительной степени их развитие обуславливает и растущую потребность в гражданских специалистах, способных эти системы обслуживать, собирать, транспортировать и хранить. И не только их, но и различные новые виды боеприпасов, других материально-технических средств, то есть всего того, что в принципе требуется нашим Вооруженным силам. Эти задачи уже выполняются и выполняются успешно. Но чтобы они выполнялись еще успешнее, нам как раз и нужно привлекать больше специалистов на самые разные должности.
— Можно ли из этого сделать вывод, что Вооруженные силы сегодня сильнее всего заинтересованы в привлечении специалистов с техническим образованием, инженерными и научными навыками?
— Да, вы правы. У нас в целом сегодня боевые действия стали высокотехнологичными, что в значительной степени определяет весь вектор развития Вооруженных сил. И в том числе обуславливает растущую потребность в специалистах, способных применять, обслуживать и разрабатывать сложную современную многофункциональную боевую технику. А количество, скажем так, обычных, простых должностей меняется не так заметно, и в принципе на сегодня они все укомплектованы в достаточном объеме.
— Ранее вы упомянули, что расширение Вооруженных сил — плановый процесс. Когда он завершится и какова будет предельная численность армии?
— Здесь нельзя однозначно говорить, что вот, например, в 2030 году мы дойдем до какого-то предела и все, на этом остановимся. Дело в том, что военно-политическая обстановка вокруг нашей страны меняется очень динамично. Появляются новые угрозы, новые вызовы. Мы видим, что происходит сейчас на Ближнем Востоке. И отчетливо понимаем, что только наличие мощных, современных, высокоэффективных Вооруженных сил является гарантом того, что наша страна продолжит жить и развиваться. И никто на нее не нападет. У нас впереди еще работа в Арктическом регионе, насчет которого мы также слышим угрозы. Поэтому все будет зависеть от конкретной ситуации.