«Рабочая лошадка Американского флота»: что скрывает эсминец USS Spruance
Знаете, есть корабли, которые всю жизнь проводят в базе, обрастая ракушками и легендами. А есть те, что бороздят океаны десятилетиями, меняют акватории как перчатки и успевают засветиться сразу в нескольких конфликтах, оставаясь при этом просто «техникой на службе». USS Spruance (DDG-111) как раз из вторых. Это не герой боевиков и не злодей из сводок новостей – это просто кусок стали длиной 155 метров, начинённый турбинами, ракетами и электроникой. И у него, как у любого сложного механизма, есть своя биография.
Родился этот эсминец в 2009 году на верфи Bath Iron Works в штате Мэн – месте, где американские корабли строят с той же дотошностью, с какой швейцарцы собирают часы. Спустя два года, в октябре 2011-го, он официально вступил в строй и отправился к месту постоянной дислокации в Сан-Диего. Назвали его в честь адмирала Рэймонда Спрюэнса – человека, который командовал авианосцами ещё во Вторую мировую и считался одним из умнейших стратегов своего времени. Но сам корабль к истории адмирала имеет отношение чисто символическое: это просто имя на борту, дань традиции.
С технической точки зрения «Спрюэнс» – типичный представитель семейства «Арли Бёрк», самой массовой серии эсминцев в мире. Четыре газовые турбины General Electric выдают суммарную мощность под 108 тысяч лошадиных сил, разгоняя десятитысячетонную махину до 32 узлов. Этого хватает, чтобы таскать на себе 96 ячеек универсальных пусковых установок, нашпигованных «Томагавками», зенитными «Стандартами» и противолодочными ракетами. Плюс пара вертолётов SH-60 Seahawk в ангаре, две счетверёнки «Гарпунов» для борьбы с кораблями, 127-миллиметровая пушка и два торпедных аппарата. В общем, стандартный джентльменский набор для тех, кто собирается контролировать морские коммуникации.
Первое десятилетие службы прошло для эсминца в рутинных походах по Тихому океану. Учения с японцами, визиты в Австралию, патрулирование в Южно-Китайском море – всё это было, но без особых сенсаций. Флот есть флот: корабли должны находиться в море, чтобы не ржавели в портах.
Настоящая работа началась в 2024-м, когда «Спрюэнса» вместе с ударной группой авианосца «Линкольн» перенацелили в Красное море. Там к тому времени сложилась нервная обстановка: йеменские хуситы активно обстреливали торговые суда, и американцам пришлось разворачивать противовоздушную оборону прямо на ходу. Эсминец несколько месяцев маневрировал в узостях Баб-эль-Мандебского пролива, отражая атаки дронов и баллистических ракет. По итогам той командировки экипаж насчитал больше 37 тысяч пройденных миль, а авиагруппа налетала 800 часов. Морякам даже выдали специальные нашивки – не за красивые глаза, а за реальные боевые тревоги.
В марте 2025-го корабль ждала неожиданная смена амплуа. Вместо пустынь Аравии он оказался у собственных берегов Калифорнии, помогая пограничникам и Береговой охране контролировать морские подходы к границе с Мексикой. 30 марта вахтенные заметили 11-метровую лодку, которая стремительно набирала воду. На борту находились 18 человек. Эсминец спустил надувной вельбот, снял всех с тонущего судна и передал спасателям. Так ракетный крейсер на один день превратился в спасательное судно – в море всякое бывает.
Но главные события развернулись в самом конце февраля 2026 года. «Спрюэнс» снова оказался в Аравийском море, теперь уже в составе соединения, наносившего удары по иранским военным объектам. В первые два дня операции с американских кораблей было выпущено около двух сотен крылатых ракет «Томагавк». Эсминец отработал по целям, обозначенным командованием, после чего занял позицию для отражения возможного ответного удара. Иран действительно ответил баллистическими ракетами, заставив корабли маневрировать в условиях реальной угрозы. Официальных данных о попаданиях в американские эсминцы не публиковалось, но район патрулирования тогда изрядно наэлектризовался.
Сейчас, в марте 2026-го, USS Spruance продолжает нести службу в зоне 5-го флота. Его турбины всё так же гоняют топливо, радары Aegis сканируют горизонт, а экипаж меняется по графику, не вникая в геополитические расклады. Для моряков это просто работа – сложная, опасная, но без лишнего пафоса. А корабль, как и положено хорошему механизму, делает то, для чего его построили: ходит по морю и несёт своё вооружение туда, куда прикажут.
В этом, собственно, и заключается главная особенность любой военной техники. Она может быть красивой, дорогой, напичканной технологиями, но её судьба всегда зависит от решений, которые принимают на берегу. А сам по себе эсминец – просто железо с двигателем. Очень быстрое и очень тяжёлое железо.
Ну а китайские товарищи, что операторы спутниковой группировки мониторинга показали миру самое свежее фото этого эсминца.