Следующий работник нашего приюта – ветеринар Марина.
Её называют маленьким дьяволёнком приюта, саркастичным чудищем, молодой Бабой-Ягой, чертёнком-полторашкой…
Если её, все-таки, так не называют, то теперь обязаны.
Я взял интервью у этой Марины и выслушал её историю. И в силу своей саркастичной натуры она пропитала всю свою историю таким…британским черным юмором. Цензурировать такое было бы кощунством с моей стороны, поэтому я решил трусливо снять с себя ответственность с самого начала и выложить текст так, как он был передан лично мне, чтобы я бережно передал его вам, пускай и со своими комментариями. Наслаждайтесь!
"Это было года два или три назад.
Прихожу на смену, от меня пахнет кофе, то ли утренним, то ли вечерним. Я еще не успеваю проснуться и подобреть к людям, но уже люблю всех кошек. Начинается мой рабочий день.
А там переноски. Много переносок. Очень много переносок. Такое ощущение, будто кто-то купил их оптом и выгрузил разом на стол. Чудненько.
Звоню Диме (другому ветеринару):
— Какие домашние переноски, какие уличные?
— Всё подписано.
Чудненько…
Ну подписано и подписано. Я не из тех, кто будет вглядываться в каждую морду с философским выражением лица. Работаем по схеме: уличные к уличным, домашние к домашним. Как на китайской фабрике.
Открываю переноску. Переворачиваю. Кошка выходит. Следующая.
Никакой лирики. Чистый производственный процесс.
Потом заходят администраторы — фоткать, ставить на учёт, придумывать клички, запускать новую жизнь в системе. Всё, что я сама не особо люблю делать, ахахах.
И тут администратор вот так...въедливо смотрит в бокс и говорит:
— Слушай… у тебя там две кошки. А лапок шесть.
Я:
— В смысле шесть? Мы что, кого-то недосчитались или кто-то начал почкованием размножаться? Или кто-то откусил пару лап с горя? Или кто-то среди них вовсе не кот? Или вы не умеете считать?
— Марина, успокойся. Пятиминутный стендап свой готовишь? Давай лучше решать проблему.
Подхожу. Считаем. Раз, два, три… четыре, пять, шесть…должно же быть восемь. Дезориентация в голове…ГДЕ ЕЩЁ ДВА ЛАПЫ?
В общем…я умудрилась посадить в один бокс двух трёхлапых кошек. Причём я вообще не знала, что они такие. Я их даже не рассматривала. Просто высадила по списку. Все-таки, мой конвейерный метод работы оказался с огрехами.
В один день приехали:
— кошка без передней лапы,
— кошка без задней лапы.
Чудненько…
И, видимо, по какому-то космическому принципу их потянуло друг к другу. А чего, зато есть о чем поговорить друг с другом, общие темы для беседы.
И да. Обе — из мусорки. По-моему, это был бы чистый мэтч, если бы они познакомились в Тиндере.
Первую кошку нашла наша волонтёр Света Иванова. Она сидела в мусорке (не Света Иванова, а кошка, пришлось уточнять!!!).
Причём она крупная (все еще кошка). Прям очень. Я до сих пор не понимаю, как она туда влезла. Сейчас она в приюте стала ещё больше — теперь это версия «плюс сайз». В мусорку она больше не поместится даже теоретически. Она решила, что это уже пройденная глава, так что «больше никогда».
Вторая кошка — тоже из мусорки.
Один день.
Две кошки.
Обе без лап.
Обе из контейнера.
И вот тут включается то, что мы в приюте называем законом парных случаев.
Закон парных случаев (почти научная теория)
Работает он так.
Если случилось что-то редкое — готовься, будет дубль.
Приехала кошка без лапы? Супер! Жди вторую.
Поступила пиометра? Завтра будет ещё одна. Мы можем не знать, откуда, но она материализуется. Как будто у вселенной есть чувство юмора. И оно специфическое.
Это не мистика. Это приют, который притягивает к себе такие истории.
Мы уже даже не удивляемся. Мы просто смотрим друг на друга и говорим:
— Ну всё. Ждём парную.
И она приходит.
В тот день закон сработал идеально. Шесть лап на двоих — почти симметрия.
Луша
Одну из кошек назвали Луша.
Люди, которые её принесли, ходили к ней долго. Очень долго. Она была неконтактная. Не из серии «ой, возьмите меня на ручки». Скорее из серии «я вас вижу, но давайте без резких движений».
Им честно говорили: она не будет супер-ласковой.
Они всё равно приходили.
Потом они смирились, что, возможно, она никогда не станет кошкой-пледом. И забрали её домой.
Сейчас Луша живёт у них. В кровати не спит, серенады не поёт, но подходит гладиться.
Для кошки, которая начинала с мусорки и минус лапы — это уровень «королева адаптации».
Алика
Вторая кошка — Алика. Она всё ещё в приюте.
Она прекрасно адаптировалась. Бегает, перемещается, живёт свою лучшую трёхлапую жизнь. Да, она хромает. Ну…у неё нет лапы как бы. Было бы странно, если бы она двигалась как балерина Большого театра.
Самое смешное начинается, когда приходят гости.
— Срочно ветеринара! Кошка хромает!
Начинается лёгкая паника, ускоренные шаги, тревожные лица.
Иногда даже ветеринары на долю секунды замирают.
Мозг такой:
«Хромота!»
Потом:
«Стоп. У неё же нет лапы».
И наступает коллективный момент неловкого просветления.
А Алика в это время спокойно стоит и смотрит взглядом:
«Люди, вы серьёзно? Я так живу».
Приют — это не только слёзы и трагедия.
Это абсурд вечного потока жизни.
Это совпадения, которые никто не заказывал.
Это чёрный юмор как способ не сойти с ума.
- Шесть лап на двоих.
- Две мусорки.
- Один день.
Одна кошка уже дома.
Вторая всё ещё ждёт своего парного случая — но уже в хорошем смысле.
И если закон работает стабильно, то, возможно, где-то уже идёт человек (необязательно, что без одной ноги), который даже не подозревает, что он — её дубль.