— Ну что, собирайтесь быстрее! Самолёт ждать не будет. Без меня вы никуда не поедете!
Голос Лидии Павловны ворвался в квартиру №47 вместе с грохотом колёс чемодана по лестничной площадке.
— Кирилл, это что твоя мама? — прошептала Виктория, но ответ был очевиден.
— Семь этажей с чемоданом! — продолжала возмущаться за дверью Лидия Павловна. — В вашем доме до сих пор лифт не работает? Хорошо, что я в форме!
Дверь распахнулась. На пороге стояла женщина лет шестидесяти — идеальная укладка не пострадала от подъёма, яркая помада освежала лицо, а в глазах читалась решимость ге не рала, идущего в ата ку.
— Что встали столбами? Помогите с вещами! — скомандовала она, втаскивая чемодан в коридор.
— Мам, что ты здесь делаешь? — выдохнул Кирилл, выходя из кухни.
— Как что? Еду с вами! Или вы думали без меня справитесь? — Лидия Павловна сняла пальто и повесила на вешалку, как будто жила здесь. — Вика, у тебя чайник кипит!
— Он не кипит... — начала было Виктория.
— Ну так поставь! После дороги чаю хочется. И где ваши чемоданы? Небось ещё не собрались?
Лидия Павловна прошла на кухню, открыла холодильник и критически осмотрела содержимое.
— Вика, опять одни полуфабрикаты? Хорошо, что я приехала. На море нужно правильно питаться.
На столе лежали распечатки билетов, путеводитель по Кипру и два загранпаспорта.
— Так, — она взяла в руки билеты, — рейс в восемь утра... Кипр... Ларнака... Всего два билета?
— Ну да, мам, нас же двое, — осторожно заметил Кирилл.
— Было двое! — триумфально объявила Лидия Павловна. — А теперь трое! Я уже купила билет. На ваш же рейс! Соседнее место!
Вика почувствовала, как внутри что-то оборвалось.
— Но... как же... мы же не...
— Что "не"? — Лидия Павловна села за стол и придвинула к себе путеводитель. — Не ждали? Так сюрприз же! Кирюша, ты рад?
Виктория опустила взгляд на билеты. Их долгожданный отпуск — первый за три года брака — только что перестал быть их отпуском.
***
Виктория и Кирилл познакомились пять лет назад, поженились через два года. Купили небольшую двухкомнатную квартиру на седьмом этаже. С тех пор исправно выплачивали ипотеку и работали почти без выходных.
Вика трудилась менеджером в туристическом агентстве — ирония судьбы, она отправляла людей в путешествия, а сама никуда не ездила. Уходила в восемь утра, возвращалась в восемь вечера. Кирилл работал программистом в IT-компании, часто засиживался допоздна, а иногда и вовсе работал из дома по выходным.
— Но мам, мы же не договаривались... — начал было Кирилл.
— О чём договаривались? — Лидия Павловна села за стол, отодвинув путеводитель. — О том, что вы бросите мать одну? В таком возрасте?
Все эти годы они мечтали о настоящем путешествии. Не о поездке к родственникам Кирилла в Саратов, не о выходных на даче у родителей Вики. О море. О настоящем отпуске вдвоём.
Вика месяцами представляла себе эти десять дней: утренний кофе на балконе с видом на море, прогулки босиком по тёплому песку, ужины в маленьких тавернах, фотографии на закате. Она даже купила новый купальник — ярко-бирюзовый, и лёгкое голубое платье, которое висело в шкафу нетронутым, дожидаясь особого случая.
— Кирюша, ты похудел, — констатировала Лидия Павловна, разглядывая сына. — Вика, ты его не кормишь?
— Мам, я нормально питаюсь...
— Нормально? Я вчера звонила в обед, ты сказал, что ешь бутерброд!
В их семейной жизни Лидия Павловна присутствовала постоянно. Она звонила каждый день, иногда по несколько раз. Утром — узнать, что Кирилл будет есть на завтрак. В обед — проверить, поел ли он вообще. Вечером — выяснить, что Вика приготовила на ужин и не пересолила ли снова суп.
— Кстати, почему у вас в коридоре до сих пор такая тусклая лампочка? — Лидия Павловна встала и прошлась по квартире. — Я же говорила поменять на более яркую. От плохого света зрение портится.
Иногда она приходила без предупреждения. Однажды Вика вернулась с работы и обнаружила свекровь на их кухне — та перебирала содержимое всех шкафчиков.
— А, Вика, хорошо что пришла! — обрадовалась Лидия Павловна. — Я тут навела порядок. У вас крупы стояли рядом со специями — так нельзя! И сахар я пересыпала в нормальную банку, а не в эту твою стеклянную. И вообще, почему у вас чеснок в холодильнике? Он должен храниться в сухом месте!
— Но я же знала, где что лежит... — растерянно пробормотала Вика, глядя на перевёрнутую вверх дном кухню.
— Знала неправильно! И эти твои приправы непонятные я выбросила — три года просрочены! А вместо них купила нормальные — соль, перец, лавровый лист. Больше ничего и не надо!
Кирилл всегда реагировал одинаково:
— Вик, не обращай внимание. Она просто переживает за нас. У неё больше никого нет.
***
За неделю до поездки началось то, что Вика потом назовёт «опе ра цией внедрение». Лидия Павловна стала звонить Кириллу по пять-шесть раз в день.
— А какой у вас номер? С видом на море или на горы? — допытывалась она.
— На море, мам.
— А завтраки включены? Шведский стол или континентальный?
— Шведский стол.
— Надеюсь, там будет нормальная каша, а не эти ваши мюсли. Кирюша, ты же знаешь, у тебя желудок слабый.
На следующий день:
— А трансфер у вас заказан? Не надо экономить на такси, лучше заранее всё организовать.
— Мам, мы сами разберёмся.
— Сами, сами... Вы даже языка не знаете! Вика английский в школе учила двадцать лет назад, а ты вообще немецкий учил.
Вика чувствовала нарастающую тревогу. Каждый звонок свекрови вызывал неприятное ощущение в груди, словно что-то сжималось внутри.
Вечером, за четыре дня до вылета, Вика пришла домой раньше обычного. Кирилл был на кухне, разговаривал по телефону. Она остановилась в коридоре, услышав голос мужа:
— Мам, ну не надо... Да, я понимаю... Но это наш отпуск...
В трубке что-то громко говорили. Вика различила только обрывки фраз из динамика:
— ...в моём возрасте откладывать уже нельзя...
— ...могу и не дожить до следующего лета...
— ...неужели родная мать не заслужила...
Кирилл молчал. Долго молчал.
Именно в этот момент Вика впервые подумала: «Господи, она же может решить поехать с нами». Но тут же отогнала эту мысль. Не может быть. Даже Лидия Павловна не способна на такое.
Как же она ошибалась.
***
Накануне вылета квартира напоминала шта б перед важной опе ра цией. Вика методично складывала вещи в чемодан: солнцезащитный крем с максимальной защитой, лёгкую панаму, две пары солнечных очков, путеводитель с закладками на интересных страницах. Её голубое платье лежало сверху, аккуратно завёрнутое в специальный чехол.
— Кирилл, ты паспорта взял? — спросила она в пятый раз.
— Да, Вик, всё взял, — Кирилл нервно проверял документы. — И паспорта, и страховки, и распечатки брони.
— А зарядки?
— И зарядки тоже.
Было половина десятого вечера. Завтра в шесть утра за ними приедет такси. Вика уже представляла, как они сядут в самолёт, возьмутся за руки и наконец-то...
Резкий звонок в дверь разрушил идиллию.
— Кто это может быть в такое время? — удивился Кирилл.
Он пошёл открывать. Вика услышала, как щёлкнул замок, потом тишина, а затем голос свекрови:
— Что стоишь? Помоги с вещами!
На пороге стояла Лидия Павловна. За её спиной виднелся большой чемодан на колёсиках, в руках — дорожная сумка, под мышкой — папка с какими-то бумагами. На голове — новенькая соломенная шляпа.
— Я всё устроила! — торжественно объявила она, проходя в квартиру. — Звонила в отель сегодня утром. Нам поменяют номер на трёхместный. Правда, пришлось доплатить, но я уже перевела им деньги.
Вика почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Что? — только и смогла выдавить она.
— Ну что «что»? — Лидия Павловна поставила сумку на пол и открыла папку. — Смотрите, я всё продумала. Вот план экскурсий. В понедельник — обзорная по городу, во вторник — морская прогулка, но только на большом катере, чтобы не укачало. В среду...
— Мам, подожди... — начал Кирилл.
— В среду поедем в горы, там есть монастырь XII века. Очень полезно для духовного развития. А вот здесь, — она достала другой листок, — я записала все санатории поблизости. Можно взять курс грязелечения. У меня суставы, сами знаете...
Вика стояла как громом поражённая.
— А это, — Лидия Павловна достала блокнот, — примерное меню. Морепродукты исключаем полностью. Кирюша, помнишь, как у тебя в детстве щёки покраснели после одной креветки? Это может быть аллергия!
— Мам, мне было пять лет...
В этот момент раздался ещё один звонок в дверь.
— О, это наверное Тамара Ивановна! — обрадовалась Лидия Павловна. — Я попросила её занести мне солнцезащитный крем, у неё дочка из Египта привезла хороший.
В квартиру вошла соседка с пакетом.
— Лидочка, вот твой крем! И шляпку новую принесла, как ты просила. Специально для моря! Ой, как здорово вы придумали — всей семьёй на отдых!
Квартира стремительно превращалась в шта б подготовки семейного отпуска, где командовала Лидия Павловна, советы давала Тамара Ивановна, Кирилл беспомощно молчал, а мнение Вики не интересовало абсолютно никого.
***
Вика не выдержала. Развернулась на каблуках и ушла в спальню, громко хлопнув дверью. Руки тряслись от злости. Она рывком открыла чемодан и начала вытаскивать аккуратно сложенные вещи, швыряя их на кровать.
Через минуту дверь приоткрылась. Кирилл просунул голову в комнату.
— Вик, ты что делаешь?
— Я не поеду, — ответила она, не поворачиваясь.
— Как это не поедешь? У нас же билеты...
— У вас билеты. У тебя и твоей мамы.
Кирилл вошёл в комнату, прикрыл дверь.
— Вика, ну не надо так. Мама просто...
— Просто что? — Вика резко развернулась. — Просто решила, что наш отпуск — это её отпуск? Знаешь что, Кирилл? Я больше не могу молчать!
Слова полились потоком, как вода сквозь прорванную плотину.
— Три года, Кирилл! Три чёртовых года я терплю! Помнишь наш медовый месяц? Твоя мать звонила нам по десять раз в день! В медовый месяц! Спрашивала, не забыл ли ты принять витамины!
— Вик...
— Не перебивай! Она проверяет наш холодильник каждую неделю! Диктует мне, что готовить, как стирать твои рубашки, в какое время проветривать квартиру! Я живу не своей жизнью, а по расписанию Лидии Павловны!
Дверь распахнулась. На пороге стояла свекровь.
— Я всё слышу! — возмутилась она. — Какая неблагодарность! Я же вам помогаю! Без меня вы бы давно развелись!
— Именно! — Вика повернулась к ней. — Без вас мы бы жили своей жизнью!
— Кирюша, ты это слышишь? — Лидия Павловна театрально прижала руку к сердцу. — Твоя жена меня оскорбляет!
Вика посмотрела на мужа. Он стоял между ними, растерянный, и молчал.
— Кирилл, — тихо сказала Вика. — Выбирай. Либо мы едем вдвоём, как планировали. Либо я остаюсь здесь.
— Вик, ну зачем ты так...
— Выбирай!
Кирилл посмотрел на мать. Та стояла с обиженным видом праведницы. Потом перевёл взгляд на жену. И снова промолчал.
Этого молчания оказалось достаточно.
Вика достала телефон, открыла приложение авиакомпании, отменила билет в Ларнаку и купила другой. На сегодня. На ближайший рейс на Чёрное море.
— Счастливого семейного отдыха,— бросила она и начала собирать свои вещи в рюкзак.
***
Через час Вика уже сидела в такси. За окном проплывали ночные огни города. В телефоне — подтверждение брони билета в Сочи. Не Кипр, конечно, но тоже море. И главное — её море.
В квартире остались Кирилл с матерью. Лидия Павловна, оправившись от шока, начала возмущаться:
— Да пусть едет! Подумаешь, обиделась! Избалованная она у тебя, Кирюша. Вот увидишь, через пару дней прибежит обратно.
Она уже планировала вслух:
— Знаешь что? Раз так получилось, поедем вдвоём! Как в детстве, помнишь? Мы ездили в Крым, тебе так нравилось... А летом можем съездить в санаторий. Я присмотрела хороший, в Кисловодске...
Но Кирилл не слушал. Он стоял посреди опустевшей спальни и смотрел на разбросанные вещи. Внутри разрасталась странная пустота, словно вместе с Викой из квартиры ушло что-то важное.
На кухонном столе он заметил конверт. Его имя было написано знакомым почерком Вики. Внутри лежали два документа: заявление о разводе и короткая записка.
«Кирилл, я слишком долго пыталась стать частью вашей семьи. Но теперь понимаю — в этой семье для меня нет места. Там есть только ты и твоя мама. Третий всегда лишний. Прости, что не смогла это принять. Вика».
— Кирюша, что там? — позвала мать из коридора. — Иди собирай чемоданы! Нам же завтра рано вставать!
Но Кирилл уже знал — завтра он никуда не поедет.
***
Вика сидела в маленьком пляжном кафе. Тёплый вечер окутывал побережье, море мягко шумело в двух шагах от террасы. Перед ней на столе — большая тарелка с креветками, мидиями и осьминогами. Всё то, что Лидия Павловна категорически запрещала есть Кириллу.
— Ещё вина? — спросил официант.
— Да, пожалуйста. И можно счёт.
Телефон на столе завибрировал. На экране высветилось: «Лидия Павловна». Уже пятнадцатый звонок за день. Вика взяла телефон, но вместо ответа нажала на имя контакта и выбрала опцию «Заблокировать».
"Вы уверены?" — спросил телефон.
— Абсолютно, — произнесла Вика вслух.
Потом она открыла список контактов и начала методично блокировать номера. Тамару Ивановну — соседку-шпи он ку. Подругу свекрови Галину Сергеевну, которая постоянно давала советы по ведению хозяйства. Даже дальнюю родственницу Кирилла, которая каждый раз спрашивала: «Ну что, когда детей планируете?»
От Кирилла сообщений не было. Только одно, вчера вечером: «Прости».
Вика отложила телефон и посмотрела на море. Солнце садилось, окрашивая воду в золотисто-розовые тона. Она встала, сняла босоножки и пошла к воде. Тёплый песок приятно щекотал ступни.
— Красиво, правда? — окликнул её кто-то.
Вика обернулась. Рядом стояла женщина примерно её возраста, тоже одна.
— Очень, — улыбнулась Вика.
— Первый раз здесь?
— Да. И знаете что? Это лучший отпуск в моей жизни.
Женщина понимающе кивнула и пошла дальше по берегу. Вика посмотрела на свои следы на песке. Одинокие? Возможно. Но впервые за долгое время они вели туда, куда хотела идти она сама.
И эти следы были свободными.
Рекомендуем к прочтению: