ГЛАВА 1. ТИШИНА НЕ ПУСТАЯ
Часть 2. Лавина вопросов
"Он думал, что проверяет чужую квартиру. На самом деле проверяли его."
В машине Егор не стал включать музыку.
Обычно включал – тихо, фоном, чтобы мысли не заполняли тишину. Сейчас он просто сидел на водительском, держал папку на коленях и заполнял то, что нужно заполнить сразу, пока не разъехалось в голове: время прибытия, время окончания, кто опрошен, что установлено.
Материал должен выглядеть так, как выглядит работа. Потому что это и есть работа.
Он достал телефон и набрал дежурную часть.
– Дежурная, Иванов. По адресу Первомайская, 12, кв. 37. Проверка проведена. Дверь квартиры была приоткрыта, граждан не обнаружено, следов проникновения не выявлено, заявитель опрошен, уведомление оставлено, – проговорил он. Завтра будет рапорт.
– Принято, – ответили там тем же ровным тоном.
Егор положил телефон. Пакет с шариком лежал на соседнем сиденье, и от него исходило тепло – слабое, но заметное, как от грелки. Печка в машине работала, но тепло было другим: локальным, передавалось не воздухом, - объёмом.
Он смотрел на пакет и думал, как будет сдавать это в отдел. Как объяснить, как он у него оказался и для чего он его взял?
«Найден предмет. В квартире никого. Дверь открыта. Взял для сохранности».
Это звучит логично и не логично. Почти. Но внутри логики оставалась дырка: почему предмет тёплый. И почему тёплый именно сейчас, и почему он сейчас у Егора? И кто закрыл дверь? Сквозняк? И почему дверь была открыта? Забыли закрыть? И где жильцы?
Количество вопросов множилось, как лавина на склоне горы, возможно завтра эти вопросы будут сыпаться от начальника, а возможно не будут. Завтра и посмотрим.
Егор выехал со двора, поехал ставить машину в гараж, и по домам пора уже. По пути остановился у киоска, купил воду и дешёвый кофе – не потому, что хотелось, просто привычка.
У подъезда своего дома он поднял воротник, чтобы не дуло в шею. Домофон был новый, с камерой. Егор приложил ключ‑таблетку. Домофон как будто задумался, задержка была похожа на те, что были в лифте. Мысль пришла слишком быстро – как ответ, подготовленный заранее, и также быстро прошла мимо.
Квартира встретила обычной бытовой тишиной: соседский телевизор за стеной, холодильник на кухне, редкие шаги в подъезде. Егор повесил куртку аккуратно, на плечики, как всегда, чтобы ткань не мялась. Папку с материалом положил на стол – завтра с утра он занесёт в отдел, приложит объяснение, напишет рапорт, отметит отработку, если не прилетит какой ни будь бумеранг, от соседей или жильцов 37 квартиры.
Пакет с шариком он положил рядом, будто это обычный предмет, который не заслуживает отдельного места.
Шарик был тёплым и здесь.
Егор помыл руки. Белая пыль не смывалась с первого раза. Он намылил сильнее, тёр подушечки пальцев, как будто стирает не грязь, а след. Со второго раза она ушла – почти. Осталась едва заметная белизна в складках кожи.
Он сел на диван, достал телефон, открыл фотографии: дверь 37‑й с мелом, коридор, уведомление в щели. Нормальные снимки. Так выглядят вызовы, фотоотчет для себя, но иногда спасает в непредвиденных ситуациях.
И тут пришло сообщение с неизвестного номера, даже не с номера, отправитель просто пустая строка.
«Завтра. 14:00. Бизнес‑центр на Димитрова 4, на входе скажете, что вас ждут. Вас проведут».
Егор перечитал. Номер – неизвестный. Стиль – без «пожалуйста», без подписи, без объяснений. Как приказ, который притворяется приглашением.
Он набрал номер. Гудки не пошли – сразу короткий сигнал, потом тишина.
Егор положил телефон экраном вниз.
В комнате стало слышно, как работает холодильник на кухне – низкий гул, который обычно не замечаешь. Тишина вокруг него уплотнилась, как в лифте. И где-то на самом краю этой тишины появилась мысль – не его голосом, не словами, а знанием:
Дыши тише.
Он посмотрел на пакет с шариком. Тепло от него было устойчивым, будто шарик не остывает принципиально.
Егор выдохнул медленно, считая. Раз. Два. Три.
И понял, что завтра в 14:00 он будет там.
Не потому что хочет, - любопытство было, как в фильмах ужасов, когда герой очень хочет узнать: «а кто это там так сильно скребется в подвале?»
Потому что уже вошёл, куда – пока не ясно.