Центральная Азия входит в вегетационный сезон 2026 года с пониженными запасами поливной воды — обстоятельством, которое постепенно превращается из сезонной особенности в устойчивую структурную проблему для всего региона. Сельское хозяйство пяти стран Центральной Азии по-прежнему критически зависит от ирригации, а две главные водные артерии региона — Амударья и Сырдарья — обеспечивают водой миллионы гектаров полей, от хлопковых массивов Узбекистана до рисовых чеков Казахстана и садов южного Кыргызстана. Однако данные по итогам межвегетационного периода 2025–2026 годов показывают, что регион начинает новый сельскохозяйственный цикл в условиях заметно более ограниченных водных ресурсов, чем год назад.
Согласно официальной информации Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии, водность Амударьи в межсезонье составила лишь 66,8 процента от нормы. Для сравнения: год назад этот показатель достигал 101,8 процента. Разница почти в 35 процентных пунктов означает фактическое выпадение значительного объёма стока, который в нормальные годы используется для накопления воды в водохранилищах и подготовки к вегетационному периоду. Именно межвегетационный период играет ключевую роль в формировании запасов воды, поскольку в это время происходит основное накопление ресурса, необходимого для будущих поливов.
Снижение притока непосредственно отразилось на состоянии крупнейших водохранилищ бассейна. Туямуюнское водохранилище, расположенное на границе Узбекистана и Туркменистана и являющееся одним из ключевых регулирующих узлов Амударьи, к 10 февраля 2026 года накопило 4 349 миллионов кубометров воды. Годом ранее объём составлял 4 959 миллионов кубометров. Разница более 600 миллионов кубометров может показаться умеренной на фоне общей ёмкости водохранилища, однако для аграрного сезона такие значения имеют критическое значение, поскольку именно этот объём формирует резерв для поливов в наиболее жаркие месяцы.
Особенно показательна ситуация в нижнем течении реки. Промывные поливы, которые необходимы для предотвращения засоления почв и подготовки земель к сельскохозяйственному циклу, в этом году начались лишь 10 февраля. В предыдущем сезоне их удалось начать ещё 15 декабря. Фактически аграрии низовьев Амударьи потеряли почти два месяца водохозяйственной подготовки, что может сказаться на состоянии почв и урожайности.
Распределение воды между странами бассейна демонстрирует относительно дисциплинированное соблюдение лимитов. Таджикистан освоил весь свой лимит — 2 073,4 миллиона кубометров, что составляет 100 процентов от согласованного объёма. Туркменистан использовал 3 439,5 миллиона кубометров, или 96 процентов лимита. Узбекистан задействовал 2 600,4 миллиона кубометров, что соответствует 75,3 процента выделенного ресурса. Частично это объясняется тем, что при низкой водности страны стремятся экономить ресурсы до начала активного поливного сезона.
Наиболее чувствительным индикатором состояния бассейна остаётся ситуация в дельте Амударьи и в районе Аральского моря. За четыре месяца туда было направлено 935 миллионов кубометров воды при плановом показателе 1 400 миллионов. Иными словами, регион получил лишь около двух третей от запланированного объёма. Для экосистемы Приаралья подобные показатели означают дальнейшее усиление экологического давления. Даже в годы относительного водного благополучия восстановление водного баланса Арала остаётся крайне сложной задачей, а в условиях дефицита ресурса приоритет неизбежно смещается в сторону сельского хозяйства.
Работа крупнейшего энергетического объекта региона — Нурекского водохранилища в Таджикистане — осуществлялась в соответствии с утверждённым режимом. За межвегетационный период приток составил 2 854,6 миллиона кубометров, тогда как попуск достиг 5 084,3 миллиона кубометров. Несмотря на значительные сбросы воды для энергетических нужд, объём воды в водохранилище к концу отчётного периода составил 7 910 миллионов кубометров, что даже немного превышает прогнозный уровень. Этот показатель имеет стратегическое значение, поскольку Нурекская ГЭС остаётся ключевым элементом регулирования стока Амударьи.
Несколько более стабильной выглядит ситуация в бассейне Сырдарьи, однако и здесь показатели остаются ниже многолетней нормы. При норме общей приточности 11 782 миллиона кубометров прогноз составлял 9 170 миллионов. Фактическое поступление достигло 10 255 миллионов кубометров, что на 1 085 миллионов выше прогноза. Тем не менее этот объём составляет лишь 87 процентов от средних значений.
Структура притока показывает интересную динамику. Притоки к верхним водохранилищам составили 3 591 миллион кубометров и практически совпали с прогнозными значениями. Однако боковая приточность оказалась выше ожидаемой, что позволило частично компенсировать недобор основного стока. Подобные колебания характерны для Сырдарьи, поскольку её гидрологический режим значительно сильнее зависит от локальных климатических факторов.
За межвегетационный период из водохранилищ бассейна было выпущено 15 536 миллионов кубометров воды. Это составляет 99 процентов от согласованного графика попусков. Такой показатель свидетельствует о достаточно высокой степени координации между странами региона, поскольку управление стоком Сырдарьи требует постоянного согласования между Кыргызстаном, Казахстаном, Узбекистаном и Таджикистаном.
Фактическая водоподача государствам составила 2 155 миллионов кубометров при согласованном лимите 2 633 миллиона. Таким образом, было использовано около 82 процентов от предусмотренного объёма. Основной потребитель воды — Узбекистан, на который пришлось 1 954 миллиона кубометров. Таджикистан использовал 35 миллионов кубометров при лимите 173 миллиона, что также отражает осторожную стратегию использования ресурсов.
Наиболее тревожным показателем остаётся общий уровень запасов в водохранилищах Нарын-Сырдарьинского каскада. По состоянию на 11 февраля 2026 года он составил 16 774 миллиона кубометров. Это на 2 511 миллионов кубометров меньше, чем год назад. Сокращение более чем на два с половиной миллиарда кубометров означает, что регион начинает вегетационный сезон с заметно меньшим резервом воды.
Для аграрной экономики Центральной Азии подобные показатели имеют системное значение. В регионе около 8 миллионов гектаров сельскохозяйственных земель напрямую зависят от орошения. В Узбекистане доля орошаемых земель превышает 90 процентов всей пашни. В Казахстане значительная часть рисовых и хлопковых хозяйств Кызылординской области также полностью зависит от стока Сырдарьи. В Туркменистане ирригационная система Каракумского канала обеспечивает водой сотни тысяч гектаров сельхозугодий.
В условиях ограниченных запасов воды государства региона вынуждены балансировать между несколькими приоритетами. Первый — обеспечение сельского хозяйства, которое остаётся ключевым работодателем в сельской местности. Второй — поддержание энергетической стабильности, поскольку гидроэлектростанции верховьев рек играют важную роль в энергосистемах Таджикистана и Кыргызстана. Третий — экологические обязательства, связанные с поддержанием минимального притока воды в Аральское море.
Проблема осложняется тем, что водохозяйственная система Центральной Азии формировалась ещё в советский период и изначально была рассчитана на более высокий уровень водности рек. Современные климатические тенденции постепенно изменяют гидрологический баланс региона. По оценкам различных исследований, ледники Памира и Тянь-Шаня, которые формируют значительную часть стока Амударьи и Сырдарьи, за последние десятилетия сократились примерно на 20–30 процентов.
Снижение запасов льда означает постепенное изменение сезонности стока. Воды становится больше весной и меньше в конце лета — именно в тот период, когда сельскому хозяйству требуется максимальный объём поливов. Это создаёт дополнительные риски для устойчивости всей ирригационной системы. Ещё одним фактором остаётся рост населения региона. За последние тридцать лет население Центральной Азии увеличилось с примерно 50 миллионов до более чем 80 миллионов человек. Рост потребления воды происходит быстрее, чем модернизация ирригационной инфраструктуры. Потери воды в каналах и оросительных системах по-прежнему достигают 30–40 процентов.
Таким образом, текущий водный баланс показывает не только сезонную аномалию, но и более глубокую структурную проблему. Центральная Азия постепенно входит в эпоху хронического водного дефицита, когда каждый вегетационный сезон требует всё более точного управления ресурсами. В таких условиях значение межгосударственной координации возрастает многократно.
Итоги межвегетационного периода 2025–2026 годов демонстрируют, что существующий механизм сотрудничества всё ещё способен обеспечивать относительную стабильность распределения воды. Однако снижение запасов в водохранилищах и уменьшение притока в крупнейшие реки региона показывают, что водная система Центральной Азии становится всё более чувствительной к климатическим колебаниям. Вегетационный сезон 2026 года станет очередным испытанием для всей региональной системы водного управления, от эффективности которой напрямую зависит продовольственная безопасность десятков миллионов людей.
Оригинал статьи можете прочитать у нас на сайте