В апреле 2025 года в Альметьевском городском суде завершилось слушание, которое по сути не имеет аналогов в современной судебной практике региона. Судили подростка, который физически не мог находиться в зале заседаний. Обвинительный приговор был вынесен 17-летнему Станиславу спустя почти год после его смерти.
Молодой человек был признан виновным в склонении к употреблению наркотических средств, что по неосторожности повлекло смерть двух человек. В связи с гибелью обвиняемого уголовное дело было прекращено, но по так называемым нереабилитирующим основаниям.
Это решение закрепило за погибшим подростком статус виновного. Мать Станислава с этим решением была категорически не согласна.
– Мне даже не дали последнее слово. Судья зачитывал приговор тихо, и практически ничего не было слышно. Я так поняла, что уголовное дело закрыли по нереабилитирующим основаниям. Ведь судья ни слова не сказал об иске и других причинах для прекращения уголовного дела, – рассказала «КП»-Казань Екатерина Панскова.
Эта история яркий пример того, к чему приводит употребление наркотиков. Еще ни разу это пагубное пристрастие не приводило ни к чему хорошему.
Расследование ведет мать
История, потрясшая нефтяную столицу Татарстана, началась годом ранее. Весной 2024 года в одной из квартир Альметьевска были обнаружены двое подростков в бессознательном состоянии. У ребят случилась тяжелейшая передозировка запрещенными веществами.
Один из подростков, чье сердце не выдержало токсического удара, скончался, не приходя в сознание. Второго врачам удалось довезти до реанимации живым. Позже выяснилось, что погибшим оказался 16-летний Тимерлан, а его 17-летний брат Станислав впал в кому. Мертвым был обнаружен и еще один их приятель. Но на этом череда смертей не закончилась.
Спустя несколько месяцев Станислав, после курса лечения и последующего ареста, был найден мертвым в камере изолятора. Официальная версия – самовольный уход. Однако мать погибших, Екатерина, в это не верила и пыталась вести собственное расследование.
«Он втерся в доверие»
По словам Екатерины, причиной гибели ее сыновей стало знакомство с 20-летним молодым человеком по имени Артем. Как рассказала женщина корреспонденту КП-Казань, по ее мнению, этот знакомый сыграл роковую роль в судьбе братьев.
– Он втерся в доверие к моим сыновьям и стал брать их с собой в лес за закладками. Там он склонял их к употреблению веществ. Буквально с первой дозы мой сын Стас уже стал зависимым. А потом та же участь постигла и Тимерлана, – вспоминала Екатерина.
Мать отмечала, что изменения в поведении детей произошли быстро. Станислав, которого она описывает как чистоплотного и следящего за собой юношу, резко изменился. Он перестал уделять внимание внешности, осунулся, и его начали мучить постоянные приступы тошноты.
Женщина призналась, что поначалу не могла и подумать о наркотиках, списывая недомогания на отравление или проблемы с желудком:
– Он сильно похудел и стал не похож на себя. Вообще запустил себя. Поначалу я не догадывалась о наркотиках, но потом поняла. Я взяла их обоих за шкирку и потащила сдавать анализы. Тогда-то все и подтвердилось, – рассказывала мать подростков.
«Сказал, что плохо себя чувствует и лег спать»
Кульминацией событий стало 29 марта 2024 года. В тот день Станислав, Тимерлан и их общий друг Руслан, как утверждает Екатерина со слов выживших, встретились с тем самым Артемом. По ее версии, подозреваемый продал подросткам партию наркотика, выдав его за другое вещество. Молодые люди употребили прямо в подъезде, после чего разошлись по домам.
– Придя домой, Стас сказал, что неважно себя чувствует и лег спать. А утром мне позвонила мама Руслана и сообщила, что ее сын умер. Я тут же забежала в комнату к сыновьям и вижу, что они оба синие лежат на полу, – с ужасом вспоминала Екатерина.
Тимерлан скончался в больнице, не приходя в сознание. Станислав провел в коме пять дней. Врачи боролись за его жизнь и смогли добиться положительной динамики. 6 апреля подростка выписали из стационара, но проблема зависимости и пережитого стресса никуда не делась.
«Мам, привези мне теплые вещи»
8 апреля Станислав был направлен в наркологический диспансер, где провел два месяца. Однако, нахождение в наркологии закончилось первой попыткой уйти из жизни. Но на этом беды семьи Пансковых не кончились. Парня перевели в ПНД:
– В связи с этим 31 мая его поместили в психоневрологический диспансер. Там он пробыл до 18 июня. Когда я приехала забирать ребенка, мне сказали, что его задержали по подозрению в совершении преступления, предусмотренного уголовной статьей «Склонение к употреблению наркотических средств», – говорила мать подростка.
Следствие посчитало, что именно Станислав мог быть тем звеном, которое вовлекло в употребление своего брата и друга. На избрании меры пресечения адвокат настаивал, что подросток с нестабильной психикой и зависимостью должен лечиться дома, под присмотром матери, и просил домашний арест. Однако судья принял иное решение – отправить Станислава в СИЗО.
Решение судьи повергло Екатерину в шок. Она не могла понять, как можно помещать в камеру человека, который только что вышел из психиатрической лечебницы.
– Как они посмели?! У Стаса был диагноз, но следователь даже не запросил справки из ПНД. Разве с таким диагнозом можно сажать несовершеннолетнего подростка в изолятор?! – возмущалась мать. – 18 июня его поместили в камеру. Тогда он попросил меня: «Мам, привези мне теплые вещи». А 20 июня мне сообщили, что сын умер.
Убили, а потом все подстроили?
Гибель Станислава в изоляторе обрастала слухами и вопросами. Официальная версия гласила, что подросток покончил с собой. Екатерине сообщили, что сын поел, а спустя непродолжительное время был обнаружен мертвым. Однако женщина категорически отказалась в это верить. Она утверждала, что у сына были планы на жизнь, и он не собирался сводить с ней счеты.
– После 18-летия он хотел пойти служить в армию. Это была его давняя мечта, – говорила мать Станислава.
Самые страшные открытия ждали Екатерину во время похорон. По словам женщины, доступ к телу ей ограничивали на всех этапах:
– Когда я захотела осмотреть тело, мне не разрешили. На похоронах я попросила прощальный зал, и мне почему-то отказали. Вместо этого они быстро засунули тело сына в машину. Мы очухались уже на месте погребения. Когда я отодвинула ему рубашку, у него шея с одной стороны была заклеена марлей, а на другой были порезы. Также на запястье я обнаружила следы от ожога, – уверяла Панскова.
Обнаруженные повреждения, по мнению женщины, не вписывались в картину самоубийства. Она инициировала собственное расследование, пытаясь найти тех, кто мог находиться рядом с сыном в последние часы.
– Его зарезали, а потом все подстроили. Якобы друзья Артема таким образом отомстили за какого-то человека, у которого тоже случилась передозировка, – передала слова своего информатора Екатерина.
Однако каких-либо официальных доказательств этой версии у женщины не было и нет до сих пор. Так или иначе, страсть к запрещенным веществам обернулась гибелью троих молодых парней и стало крестом их родителей на всю жизнь.
По материалам «КП»-Казань
Читайте также
«Не виновата я, он сам полез»: сибирячка получила 10 лет колонии за поцелуй — что было не так