В далёком краю неба, где звёзды ещё шепчут свои имена друг другу, жила Лисичка.
Она была не из тех, кто бегает по лесу — её тропы проходили между светилами, а следы — искрились, превращаясь в новые звёзды.
Лисичка несла Гуся. Не простого, а Звёздного.
Он был соткан из тумана и света, и пел тихие песни о доме, которого не помнил.
Иногда он спрашивал:
— Лиса, зачем ты несёшь меня?
И она отвечала:
— Потому что кто-то должен перенести свет через тьму.
Они странствовали так века.
Мимо погибающих солнц, сквозь холод пустот, через дождь комет и дыхание сверхновых.
И каждый раз, когда Гусь уставал петь, Лисичка тихо касалась его клюва хвостом — и он снова вспыхивал песней.
Однажды они добрались до конца — до самого края, где не было больше звёзд.
Только тьма, в которой спят не рождённые миры.
Гусь посмотрел вниз и прошептал:
— А что теперь?
Лисичка улыбнулась.
— Теперь я отпущу тебя, — сказала она. — И ты станешь первым светом для новых миров.
Она подняла мордочку, вдохнула пыль космоса и выдохнула его — Гуся — вперёд, в темноту.
Там, где пролетел он, вспыхнули первые лучи нового рассвета Вселенной.
А Лисичка…
Лисичка повернула обратно.
Потому что где-то, в ещё не освещённой тьме, кто-то другой уже начинал плакать — о потерянном свете.