«Есть заклинание, которого значения никто не знает, хотя толкований не счесть. Во все времена здесь любили прятаться за туманное нечто, в статьях и на трибунах важно зовущееся "вахтанговским началом".»
Роман Должанский, театральный критик.
Добрый день, друзья мои. Есть в Москве место, где время течёт иначе. Где за колоннами сталинского ампира прячется деревянный особняк с квартирой в Мансуровском переулке, где собирались студенты, мечтавшие о новом театре. Где до сих пор, перешагнув порог, попадаешь не просто в зрительный зал, а в особую атмосферу — ту самую, которую уже сто лет безуспешно пытаются определить словом «вахтанговское».
Театр имени Евгения Вахтангова — это не просто сцена на Арбате, 26. Это живая легенда, сотканная из имён, судеб, трагедий и триумфов. Сегодня я приглашаю вас в путешествие по этой удивительной истории — от подпольной студии в Мансуровском переулке до одного из главных театров страны, от смертельно больного режиссёра, подарившего нам «Принцессу Турандот», до современных постановок, собирающих полные залы. Итак, поехали:
Часть первая. Легенда о начале - как сын фабриканта поссорился с отцом ради театра…
Всё началось с человека, чья судьба могла сложиться совершенно иначе. Евгений Вахтангов родился во Владикавказе в 1883 году в семье фабриканта. Отец видел в сыне продолжателя дела и хотел отправить его в Рижский техникум. Но Женя с гимназических лет участвовал в любительских спектаклях и бредил сценой.
Он поступил в Московский университет на физико-математическое отделение — воля отца, казалось, побеждала. Но театр оказался сильнее. Вахтангов перевёлся на юридический, а параллельно начал заниматься режиссурой. Конфликт с отцом зашёл так далеко, что они не разговаривали много лет. В 1909 году Вахтангов поступил в театральную школу и стал учеником самого Константина Станиславского и Владимира Немировича-Данченко. Он впитывал систему, но уже тогда начал искать своё, особенное. «Фантастический реализм» — так позже назовут его метод.
Часть вторая. Мансуровский переулок - студия на 35 мест.
В 1913 году группа студентов организовала Студенческую драматическую студию и пригласила Вахтангова руководителем. Первое время репетировали по съёмным квартирам. Первый спектакль — «Усадьба Ланиных» по пьесе Бориса Зайцева — показали 26 марта 1914 года в Охотничьем клубе. Декорации сколотили из выкрашенной мешковины. Газеты наутро вышли с разгромными рецензиями, но актёры были счастливы.
Осенью 1914 года студия сняла квартиру в Мансуровском переулке на Остоженке. Там обустроили общежитие, сцену и зрительный зал на 35 мест. Вахтангов требовал от актёров полной самоотдачи - студия должна была стать для них главным местом в жизни. Он ввёл понятия «студийного» и «нестудийного» человека, «студийного» поступка. В 1917 году студия заявила о себе публично под названием Московская драматическая студия Вахтангова. Через год впервые показали спектакль по пьесе Мориса Метерлинка «Чудо святого Антония».
К этому времени в студии произошёл раскол. Двенадцать актёров обиделись на Вахтангова за то, что ему не интересны спектакли, поставленные без его участия, и покинули труппу. Пришлось набирать новый состав. Объявили приём на первый курс школы. Так пришли Борис Щукин, Цецилия Воллерштейн (взявшая псевдоним Мансурова в честь переулка), Рубен Симонов. Этой компании суждено было стать легендой.
Часть третья. Арбат, 26 - рождение легенды.
Летом 1920 года студия получила бывший особняк Берга на Арбате, 26. Начался капитальный ремонт. А 13 сентября того же года случилось главное - студию Вахтангова приняли в семью Московского Художественного театра. Она стала называться Третьей студией МХАТ. 13 ноября 1921 года отремонтированное здание открыли премьерой обновлённого «Чуда святого Антония». Этот день считается официальной датой рождения театра, которому через пять лет присвоят имя основателя.
В зале на 35 мест играли Борис Щукин, Рубен Симонов, Цецилия Мансурова. Критики писали о неореализме и натурализме, но сам Вахтангов уже вынашивал замысел, который перевернёт всё.
Часть четвёртая. «Принцесса Турандот» - спектакль-завещание.
В начале НЭПа в моду вошли лёгкие жанры, и Вахтангов решил поставить сказку Карло Гоцци «Принцесса Турандот». Репетиции шли изнурительно долго, актёры валились с ног. Вахтангов был уже смертельно болен — рак горла, диагноз, от которого не спастись. Но он работал с одержимостью обречённого. 27 февраля 1922 года состоялась премьера. Это был фурор. Спектакль поражал смешением жанров, элегантностью, эксцентрикой, презрением к бытовой достоверности. Актёры импровизировали, шутили, играли с открытым забралом. Станиславский был восхищён.
«Принцесса Турандот» стала лебединой песней Вахтангова. 29 мая 1922 года его не стало. Похоронили мастера на Новодевичьем кладбище. А спектакль остался. Он шёл много лет, а в 1963 году Рубен Симонов восстановил его по мизансценам учителя. В том возобновлении играли Юлия Борисова, Василий Лановой, Людмила Максакова — новое поколение легенд. В 1997 году у входа в театр появился фонтан «Принцесса Турандот» — один из символов Москвы. Тонкая работа скульптора запечатлела образ той самой сказки, ставшей визитной карточкой вахтанговцев на все времена.
Часть пятая. После Вахтангова - испытание идеологией.
После смерти основателя театром до 1939 года руководил художественный совет из его учеников. В 1926 году, 13 ноября, в свой пятый день рождения, Третья студия была переименована в Государственный театр имени Вахтангова. В репертуаре тех лет были и «Комедии Мериме», и «Виринея», и булгаковская «Зойкина квартира» (1926), которую позже пришлось снять. В 1930-м главным режиссёром стал Николай Акимов, поставивший, среди прочего, эксцентричного «Гамлета». Но ненадолго.
Историки театра отмечают парадокс - обаяние первых вахтанговцев дразнило воображение не только театралов, но и властей. Европейский стиль игры, привитый студийцам, оказалось не так сложно поставить на службу идеологии. Путь Бориса Щукина от комического Тартальи из «Турандот» до Ленина в «Человеке с ружьём» обозначил путь всего театра. Вахтанговцы научились легко менять маски - ставили пропагандистский «Фронт» и тут же — обворожительную «Мадемуазель Нитуш».
Часть шестая. Война - эвакуация и возвращение.
22 июня 1941 года, за день до начала войны, в театре играли «Маскарад». А уже летом здание на Арбате оказалось под огнём. Бомбардировки повредили фасады, погибли несколько актёров, в том числе талантливый Василий Кузе. Труппу эвакуировали в Омск, где вахтанговцы прожили до 1943 года. Там поставили «Фронт», «Русские люди», «Сирано де Бержерак». Играли для раненых в госпиталях, для рабочих, для всех, кому нужно было верить в победу.
Вернувшись в Москву, театр начал восстанавливаться. После войны, в 1946–1947 годах, здание перестроили по проекту архитектора Павла Абросимова. Появились величественные колонны, торжественная сцена с советским гербом над порталом. Архитектура закрепила державное значение театра.
Часть седьмая. Золотой век - Симоновы и поколение легенд.
С 1939 по 1968 год театром руководил Рубен Симонов — один из первых учеников Вахтангова. При нём труппа стала сильнейшей в Москве. На сцене блистали Юрий Яковлев, Владимир Этуш, Михаил Ульянов, Юлия Борисова, Людмила Максакова. В 1956 году театру присвоили статус академического.
После смерти Рубена Симонова руководство принял его сын Евгений. Он увлекался романтическим театром, ставил поэтическую трилогию — «Мистерию-буфф», «Розу и крест», «Три возраста Казановы». В 1987 году Евгений Симонов покинул пост.
Часть восьмая. Михаил Ульянов - эпоха реализма.
С 1987 по 2007 год театр возглавлял Михаил Александрович Ульянов. Он взялся за дело с мудростью большого актёра и человека - объявил, что сам ставить не будет, труппу сокращать не станет, а доверит постановку маститым режиссёрам со стороны. Ульянов обновил репертуар, пригласил Романа Виктюка, вернул на сцену серьёзную драматургию. Сам он играл до последних дней, оставаясь совестью театра.
Часть девятая. Римас Туминас и новейшая история.
В 2007 году художественным руководителем стал литовский режиссёр Римас Туминас. Это было смелое решение. Туминас принёс с собой метафорический театр, глубокое прочтение классики, новую сценографию. При нём открылась Новая сцена, репертуар разросся до полусотни спектаклей.
Именно Туминас поставил «Войну и мир», «Евгения Онегина», «Дядю Ваню» — спектакли, которые объехали полмира и собрали горы наград. Он же пригласил в труппу Сергея Маковецкого, Владимира Симонова, Алексея Гуськова. В 2022 году Туминас покинул театр. Началась новая страница, которую сейчас пишут главный режиссёр Анатолий Шильев и директор Кирилл Крок.
Часть десятая. Легенды и мифы - что такое «вахтанговское начало»?
Главная загадка театра — то самое неуловимое «вахтанговское начало», о котором говорят уже сто лет. Его невозможно определить словами, но каждый, кто хоть раз побывал на спектакле, чувствует эту особую атмосферу - смешение жанров, иронию, лёгкость, праздничность, глубочайший психологизм, спрятанный за внешней эксцентрикой.
Легенда гласит, что Вахтангов завещал своим ученикам не хранить стиль, а искать живое. И они искали. Отсюда — такая разность эпох, такая смена масок, такая удивительная способность театра оставаться современным всегда.
Часть одиннадцатая. Звёзды, ставшие бессмертными..
Перечислять имена вахтанговцев — всё равно что читать энциклопедию русского театра:
- Юлия Борисова служит в театре с 1947 года. 96-летняя актриса до сих пор выходит на сцену. Она играла Турандот в легендарном возобновлении 1963 года. Живая легенда, одна из самых пожилых действующих актрис в мире.
- Людмила Максакова — с 1961 года, народная артистка, профессор Щукинского училища.
Ирина Купченко — с 1970 года, занята в трёх спектаклях действующего репертуара.
- Сергей Маковецкий, Владимир Симонов, Алексей Гуськов, Андрей Ильин — этот список можно продолжать бесконечно.
Уникальность театра ещё и в том, что в труппу здесь традиционно принимают только выпускников Щукинского училища — театральной школы при Театре Вахтангова. Это создаёт невероятную преемственность поколений, ту самую связь, которая не прерывается уже век.
Часть двенадцатая. Уникальность местоположения - Арбат как судьба.
Театр стоит на Старом Арбате, 26, в самом сердце Москвы. Это место само по себе легендарно. Арбат — душа города, его поэтическая артерия. И то, что театр обосновался именно здесь, кажется не случайностью, а судьбой.
В конце 1990-х годов рядом с театром появился бронзовый фонтан «Принцесса Турандот» работы скульптора Александра Бурганова. Фигурка принцессы под балдахином стала одним из самых узнаваемых символов не только театра, но и всей Москвы. Туристы трут её на счастье, загадывают желания, фотографируются. И это правильно — театр Вахтангова должен приносить счастье.
Часть тринадцатая. Гастрономическая душа Арбата. Где вахтанговцы пили кофе, а поэты — вдохновение?
«Мы — артисты! Наше место в буфете!»
Из комедии А.Н. Островского «Без вины виноватые»
Друзья мои, говоря о театре, невозможно обойти стороной тему, которая для актёрской братии всегда была едва ли не священной. Театральный буфет, ресторан за углом, уютное кафе после спектакля — это не просто места, где утоляют голод. Это продолжение сцены, пространство обсуждения ролей, рождения замыслов и тихого (а иногда и громкого) празднования премьер.
Арбат и его переулки — настоящая гастрономическая сокровищница, где каждый дом хранит память о великих трапезах и знаменитых посетителях. И сегодня, гуляя от театра к «Праге» или заглядывая в неприметные дворики, можно прикоснуться к этой живой истории.
Сама земля вокруг театра Вахтангова пропитана «кулинарной» историей.
«Если вы прогуливаетесь по Арбату, вам совершенно определённо захочется перекусить — я вам это гарантирую. И дело совсем не в обилии здесь пельменных, пиццерий и шашлычных. Вокруг «сердца Москвы» издревле сформировались кулинарные кварталы. Сейчас о них напоминают только названия улиц и переулков, но ощущения и спустя века никуда не исчезли!».
В XVI–XVII веках здесь располагалась Поварская слобода, которую называли «кормовой» — она обслуживала царскую семью. Здесь селились люди из штата Сытного дворца, где готовили и хранили напитки для монарших особ. Повара, хлебопёки, помясы (мясники), скатертники — почти 500 человек. Отсюда и пошли названия, сохранившиеся до наших дней: Поварская улица, Хлебный переулок, Скатертный, Столовый, а также исчезнувшие ныне Чашников и Ножовый.
Представляете? По этим переулкам, где сейчас спешат зрители в театр, триста лет назад ходили люди, отвечавшие за царский стол. Сама земля здесь хранит память о хлебе, мясе и напитках, подававшихся к трапезе государей всея Руси.
Хлебный переулок, например, известен с конца XVIII века. Историк Лев Колодный советует обязательно прогуляться по нему –
«Всем москвичам и гостям города настоятельно советую прогуляться по нему. Он, несмотря на всю свою «кулинарность», — отличная иллюстрация того, как развивалось московское градостроение в последние три века»
Театр имени Евгения Вахтангова сегодня.
Сегодня Театр имени Вахтангова продолжает удерживать статус одного из главных и самых посещаемых культурных центров страны, виртуозно балансируя между великими академическими традициями и смелым современным языком. Жизнь на историческом Арбате кипит непрерывно - монументальная Основная сцена по-прежнему собирает аншлаги на масштабные эпические полотна, а высокотехнологичная Новая сцена служит идеальной площадкой для сложных визуальных решений, свежих режиссерских экспериментов и глубоких психологических драм.
Эпилог. Живой организм на Арбате.
Я стою на Арбате у фонтана с Принцессой Турандот. Вечер, зажигаются огни, к театру подходят зрители. Кто-то с букетами, кто-то с биноклями. В фойе — суета перед звонком. И в этой суете чувствуется то самое, неуловимое, что называют «вахтанговским». Здесь, в этих стенах, играли Щукин и Мансурова, Яковлев и Ульянов, Борисова и Максакова. Здесь ставили Акимов и Виктюк, Туминас и Бутусов. Здесь сто лет ищут ответ на вопрос, что такое театр и зачем он людям.
И кажется, нашли. Потому что каждый вечер зал полон. Потому что на спектакли «Война и мир» или «Евгений Онегин» билеты раскупают за месяцы. Потому что театр Вахтангова — это не просто учреждение культуры. Это живой организм, дышащий в ритме Арбата.
Постановки «Солнце Ландау», «Люся. Признание в любви», «Фальшивая нота» и «Генерал и его семья» — бесспорно, мои абсолютные фавориты на сцене Театра имени Евгения Вахтангова. Каждый из этих спектаклей отличается невероятной эмоциональной глубиной, филигранной актерской игрой и тонкой режиссерской работой. Это те театральные шедевры, которые заставляют сопереживать героям с первой до последней минуты и оставляют после просмотра долгое, пронзительное послевкусие.
Приходите в этот театр. Сядьте в кресло, в котором, возможно, сидел кто-то из великих. Вдохните воздух, который помнит премьеру 1922 года. И, может быть, вы тоже почувствуете то самое «вахтанговское», что невозможно объяснить словами, но можно только пережить.
Мои наилучшие рекомендации к посещению.
Ваш Глеб Брянский. В пути, чтобы рассказывать...
Добра и гармонии 🙏
#ТеатрВахтангова #СердцеРоссии #ГлебБрянский #ПутешествиясГлебом