ГЛАВА 29
Глава 28 https://dzen.ru/a/aafi3OZu1hCuamoU
Пролог https://dzen.ru/a/aZE_aT1VLRjWvJQm
Валера, с огромным букетом, стоял возле «Нивы» Николая Егоровича и тоскливо смотрел на дверь роддома. Татьяна никак не появлялась и он уже напридумывал себе целую россыпь ужасов. Супруга дяди Гриши, что приехала с ними, гладила его по плечу и успокаивала, а бывший сосед жизнерадостно улыбался и подначивал:
— У него, Александра Федоровна, воображение писательское, богатое! Он на каждую минуту отсутствия своей благоверной может такого насочинять!
Валера сумрачно посмотрел на друга и опять уставился на дверь.
— О, видали, глянул, как рублем одарил! — пуще того расплылся шутник.
— Хватит вам, Николай Егорович! Мальчик и так нервничает!
— А я ему предлагал нервишки подлечить, так сам не хочет! И мне нельзя, потому как за рулем, — не хуже Валеры помрачнел их собеседник.
— Зато дома пир ждет! — рассмеялась пожилая женщина.
— Это да! — повеселел водитель и завопил, — идет!!!
Валера бросился вверх по ступенькам и замер напротив счастливой, сияющей супруги, что держала на руках закутанного сына. Потом они торопливо фотографировались на крыльце, боясь, что Валентин Валерьевич замерзнет и, наконец, забрались в машину.
Николай Егорович всю дорогу горланил колыбельные, исполняя их на манер плясовой, чем ужасно смешил взрослых пассажиров, а тот, кому они предназначались, лишь таращил глазенки и недовольно кряхтел.
— Привыкай, Валек! — советовал ему отец. — Дядя Коля у нас всегда шумный!
— Я не шумный, а артистичный! — уточнял Николай Егорович.
— Особенно, когда с коньяком! — тут же съязвил Валера.
— Конечно! — согласился его собеседник. — Все великие люди пили коньяк! Так, что учись, писатель, покуда я жив!
За разговорами, шутками и подколами доехали до деревни. Ненадолго зашли в клуб и Валерины тетки, собравшиеся в бытовке, принялись ахать и умиляться над его наследником. Их всех пригласили на праздник через неделю и поспешили к машине. На выходе им встретился Сергей Сергеевич, что ездил по делам. Он поздравил Татьяну, и, глянув на малыша, удовлетворенно хлопнул молодого папашу по плечу и выдал любимую похвалу:
«Орел!».
Валера рассмеялся, поблагодарил и они уехали.
Несколько дней прошло в суматохе. Таня не успевала управляться и с домашними делами, и с ребенком и нервничала, поэтому все ей усердно помогали. Но, постепенно, все пришло в норму и к празднику по поводу рождения сына, молодые родители уже собрались с силами.
Собственно, никакие блюда можно было и не готовить потому, что гости принесли целую россыпь разносолов и угощений. Праздник получился очень душевным. Валентину надарили погремушек, ползунков и памперсов. А дядю Гришу и Александру Федоровну окрестили дедушкой и бабушкой, чему пожилые люди были очень рады и объявляли, что раз Валера им, как сын, то малыш будет внуком.
На праздник, вместе с родителями Татьяны пришли и недавно приехавшие погостить молодые родственники-молодожены — Петр и Наталья. Валере объясняли степень родства, но он совершенно запутался в семейных узах и линиях и про себя окрестил пару — седьмая вода на киселе. Молодые люди с восторгом интересовались проживанием хозяев в заброшенной Ивановке. Им, городским жителям, все казалось милым и очаровательным и они, с открытым ртом, слушали, как Валера и Таня обрели здесь кров и судьбу.
— А ты чем, вообще, занимаешься, Валера? — с любопытством спросил Петр и молодой человек, неожиданно как для себя, так и для друзей и жены, вдруг спокойно посмотрел на собеседника и пояснил:
— Я писатель. Вот недавно тринадцатую книгу в издательство отправил. Сейчас жду вердикт.
Он заметил, что Таня смотрит на него с гордой улыбкой на лице, а дядя Гриша и Александра Федоровна удовлетворенно переглянулись. Николай Егорович налил себе коньячка, а его тетки тут же принялись рассказывать, какие замечательные книги пишет их коллега и как он ездил на книжную выставку.
Заметив неподдельный восторг молодых гостей, Валера стал им предлагать перебираться к ним по соседству. Он рассказал, как они купили свой дом и предположил, что можно найти и хозяев какого-нибудь другого участка. Петр поглядел на супругу и смущенно улыбнулся:
— Идея хорошая, но нам все-таки надо подумать! Это серьезный шаг — перебраться жить в такую глушь!
— Правильно! — согласно кивнул Валера и рассмеялся. — Я тоже сперва боялся, но меня за усы Судьба притащила.
Теперь каждое утро у Валеры начиналось со своеобразного ритуала — едва проснувшись, он выбирался из постели и подходил к Валькиной кроватке. Малыш, обыкновенно, спал и отец осторожно гладил его по головке и желал доброго утра.
Через пару месяцев после рождения сына, Валера, однажды, застал Валька бодрствующим, несмотря на ранний час, и был сражен внезапной радостной улыбкой, появившейся на щекастой мордашке. Отец замер от неожиданности, а потом разулыбался в ответ, даже не подозревая, до чего похожи их физиономии. Потом радостно побежал на кухню, где супруга возилась с завтраком, и стал хвастаться сыновьим подвигом.
Жена смешливо улыбалась, радуясь Валериному счастью, а он внезапно застыл, уставившись в пространство незрячим взглядом. Таня, будучи уже опытной супругой писателя, тихонько сходила в комнату и принесла на кухонный стол включенный «Азерти».
Муж, благодарно глянув на нее, занес руки над клавиатурой и набрал название новой книги «Улыбка моего ребенка», а потом привычно погрузился в свой мир фантазий. Впрочем, скоро Татьяне пришлось вернуть его обратно в родную избу, так как завтрак был готов, а писателю нужно собираться на работу.
Валера торопливо заработал ложкой, но был молчалив и супруга, улыбаясь, не мешала ему разговорами.
Выбежав во двор, где стояла настоящая зимняя погода, Валера вывел Даньку и стал запрягать в расписные сани. Их, месяц назад, приволок Николай Егорович, который вынул душу из всех друзей и знакомых, разыскивая этот раритет. Это был его подарок на Новый год и все они радостно катались по дорогам все праздники.
Приехав на работу, Валера тут же попал под суровую длань Екатерины Матвеевны, что нашла в клубе кусок стены с вздувшейся краской и устроила по этому поводу головомойку своему работнику.
— Дык я сейчас все исправлю! — с улыбкой отвечал на упреки Валера. — Не волнуйтесь, дорогая Катерина Матвеевна!
— Иди уже, шалопай! — строго нахмурилась завхоз и пошла по лестнице, а работник побежал за краской и инструментом.
— Валерий Валентинович! — внезапно окликнул его тоненький голосок. Парень удивленно оглянулся и увидел девчонку, что ходила в литературный кружок. Она была очень тихой и скромной и никогда ничего не говорила во время занятий.
— Настя! Привет! — откликнулся он и спросил, — ты что хотела?
— Я… — покраснела девочка. — Я хотела спросить… то есть, хотела вам прочитать свое… свой рассказ!
— Ты написала рассказ? — радостно уточнил Валера.
— Да, — закивала юная собеседница и показала тетрадку, что держала в руках. — Но я не знаю, хорошо ли он получился. И, вообще, стоит ли мне писать еще…
Парень улыбнулся, взял свою коллегу по перу за руку и повел в бытовку. Усадив спутницу и устроившись на стул сам, он приготовился слушать. Девочка смущенно возилась, открывая текст и неуверенно поглядывала на Валерия.
— Давай, Насть, читай! — подбодрил он ее. — И привыкай к аудитории! Я, знаешь, как сначала боялся перед кем-нибудь читать свои нетленки? Чуть в обморок не падал! А потом ничего, пообвыкся!
Настя улыбнулась и, кашлянув, начала читать. Валера внимательно слушал и отмечал, что у юной писательницы получился интересный сюжет. К тому же, для такого возраста, набор слов был очень богатым и текст звучал весьма прилично. Когда рассказ закончился, молодой человек открыл рот, чтобы высказать свое авторитетное мнение, но тут в бытовку вошла Екатерина Матвеевна.
— Ты куда опять убег, Валерий Валентинович? — уперла она руки в бока. — Стена, по-твоему, сама отремонтируется, что ли?
— Погоди ты со стеной, Матвевна! — воскликнул работник, под стать Николаю Егоровичу. — У нас тут новый талант появился! Ты погляди, какую Настька историю написала! Это же шедевр!
Завхоз поглядела на смущенную, но сияющую девчонку и радостного подчиненного и выдала:
— Тебе что угодно, лишь бы в бытовке посидеть! А ты сочиняй! — строго глянула она на юную писательницу. — Раз Валерий Валентинович говорит, что у тебя талант, значит, так и есть! Мы, вон, его вырастили, выпестовали и твои книжки, даст Бог, увидим!
И строго погрозив молодому человеку пальцем, вышла в коридор.
— Вот тебе первый критик! — засмеялся Валера и стал подробнее разбирать Настин рассказ и советовать, где его лучше выложить в интернете.
Эпилог. https://dzen.ru/a/aagXssfN2FCsnMWL