В конце минувшего года в свет вышла еще одна книга о культовой группе 90-х «Сектор Газа». Издание рассказывает в первую очередь о первом гитаристе группы «Сектор Газа» Игоре Кущеве. С Юрием Клинских музыкант записал несколько альбомов и в 1991 году покинул группу. Позже участвовал в проекте «Ex-Сектор Газа».
«Не пытался подретушировать»
По сути это первая авторизованная биография известного российского музыканта Игоря Кущева со всеми его взлетами и падениями. Издание открывает возможность взглянуть на феномен «колхозного рока» «Сектора Газа» как бы с другого угла.
О чем говорили Юрий Клинских и Игорь Кущев после ухода Куща из «Сектора Газа», какую роль для продвижения «Ex-Сектора Газа» в Голливуде сыграла певица Мадонна и как Кущу удалось выбраться из смертельно опасных передряг, на которые богата его жизнь — вот лишь несколько моментов интригующего повествования.
Все это щедро проиллюстрировано фотографиями музыканта из семейных архивов. О том, как готовился выход книги в свет и с какими подводными камнями на этом пути столкнулся, рассказал сам автор Ярослав Солонин, лауреат премии имени Демьяна Бедного (2021):
- Люди, у которых есть какие-то трудности в жизни, обычно просят их скрыть, как бы подретушировать пятна биографии, - рассказывает Ярослав. - Но при подготовке этой книги я понял, что так делать не буду. Это был мой метод написания биографии Куща. Сразу решил, что буду писать все. Чтобы человек на одной странице, читая мою книгу, морщился от отвращения, а на другой - говорил восхищенно: «Какой же классный чувак!», на третьей - пускал слезу! Чтобы читателя несло по американским горкам эмоций!
- Легко ли было работать с крупным издательством?
- Особенность выпуска книги в крупном издании состоит в том, что все происходит медленно и как-то неправильно, чтобы не загордился что ли автор.
Книга писалась быстро, всего полгода. Можно, конечно, и быстрее написать, если есть такая охота. А готовилась она к изданию года два, и все кишки уже вытянули этим ожиданием. За это время она мне уже надоела, и Кущ этот, и все остальное. Но, к счастью, она вышла в прошлом году.
Думал, предложат экранизировать, а пригрозили подать в суд
- Зачем вообще, по-вашему, тогда выпускать книги и писать?
- Я так понял, чтобы происходили события. Это такой объект, который ты бросаешь во внешний мир и на него начинаются реакции. Ну, я думал, что пойдут реакции такие — экранизация книги, например. Сценарий напишем, этому делу я тоже обучен.
Вместо этого первым делом мне написал один из людей, которых я интервьюировал, и сказал: «Я на тебя подам в суд, ты про меня какую-то дичь написал». Я ему не стал отвечать. А потом он мне через пару дней пишет: «Извини, погорячился. Я на самом деле книгу не читал. Это мне сын что-то сказал. Извини, что вспылил».
Я подумал — хорошее начало, если книга только вышла, а на меня уже в суд грозятся подать! Вообще это частое явление. Российское законодательство на эту тему часто менялось. И с фотографиями было много мороки. Собственно, мороки было больше не творческой, а юридической.
Получается, что книга выходит, и находятся люди, которые начинают какие-то претензии предъявлять. У людей вдруг куча претензий возникает, это такое человеческое развлечение что ли— посудиться.
- Что за претензии были?
- Обычно претензии возникают к фотографиям. Бывает, например, что фото предоставляет один человек, а правообладатель на самом деле другой.
«Сохранил панковский стиль»
- Вы говорили, что сначала написали книгу, а потом вносили правки. Насколько изменилось содержание в итоге?
- На самом деле книга в итоге увеличилась. Я дописал пару глав и концовку. А изменились какие-то формальные моменты. Книга же сохранила стиль грязного реализма, гонзо-журналистики. Мне и коллеги говорили: «Ты сохранил панковский стиль».
Я решил, что надо писать языком героев, если ты пишешь о панк-роке.
Когда я уже заканчивал эту книгу, то в конце написал свою почту, свои соцсети и приписал «Предложения приветствуются». Я изначально эту книгу рассматривал как интерактив, чтобы она дальше обрастала какими-то деталями.
Смысл в том, что книга начинает в пространстве и времени крутиться и цеплять на себя реакции, предложения. Так что если будет переиздание, то оно будет толще раза в полтора и фотографий больше. Нет смысла переиздавать книгу в том же виде. Был бы запрос.
"Как будто ты открываешь энциклопедию советской жизни"
- Какие сложности были при сборе материала?
- Во-первых, разница большая между наследием Хоя и Куща. Хой жил практически на одном месте, а Кущ претерпел множество переездов, жизнь его была достаточно хаотичная. И много фото растерялось, какие-то фотографии его бывшая жена не отдала. Фотографий раньше было много. На самом деле люди раньше много фотографировали, хранили фотоальбомы. У нас, например, в семье чемодан этих фотографий был!
Но в итоге фотографий были тысячи, а из них остались десятки. Но все равно мне удалось найти даже фото 70-х годов. По ощущениям это как будто ты открываешь энциклопедию советской жизни.
Вот еще смешная история была. Жена Куща сначала согласилась с радостью дать мне интервью, а потом передумала, затем снова согласилась и снова передумала. Я про это тоже написал, потому что отсутствие истории — это тоже история. Эта фигура молчания, она даже поинтересней, чем некоторые акты.
Эту книгу я интуитивно писал, в результате получился такое многомерный фактурный большой русский роман.
- Что в планах теперь?
- На данный момент, если я буду какой-то проект брать, то возьмусь, скорее всего, за нонфикшн (нехудожественная литература, в которой нет вымышленных событий или персонажей — авт.) Во-первых, потому что журналистский опыт есть и есть навыки, которые будут работать. В нонфикшне мне было комфортно. Я бы хотел попробовать написать какой-нибудь псевдо-нонфикшн.
Во-вторых, литература не может существовать вне запроса. Главное, чтобы была реакция. С нонфикшн это работает.
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru