5 марта 1946 года в США, в своей знаменитой Фултонской речи Уинстон Черчилль произнёс следующие слова: "От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике над Европой опустился железный занавес", которые многими были расценены как начало "холодной войны" между странами коллективного Запада с одной стороны и СССР, а также его союзников - с другой.
При этом мало кто знает, что выражение "железный занавес" было придумано вовсе не Черчиллем. Его ещё 23 февраля 1945 года произнёс Йозеф Геббельс, когда в газете «Das Reich» он выразил опасение, что после победы над Германией Советский Союз отгородит "железным занавесом" Юго-Восточную и Восточную Европу от остальной её части. Так что, Уинстон Черчилль, как мы можем видеть, вовсе не сказал ничего нового, а почти дословно повторил слова нацистского политика и идеолога, правда, немного переиначив их на свой лад.
И уж тем более мало кому известно, что выражение "железный занавес" ещё в 1904 году было использовано Гербертом Уэллсом в его книге "Пища богов" в контексте "принуждения и конфиденциальности".
Что же касается самого Уинстона Черчилля, то к моменту произношения своей Фултонской речи он уже не был премьер-министром Великобритании, да и в США находился не с официальным визитом, а как частное лицо. Однако, основные тезисы, которые он произнёс 5 марта 1946 года в городе Фултон штата Миссури, Черчилль "вынашивал" ещё с 1943 года и даже не старался их скрыть. Во всяком случае основные разработки послевоенных планов Черчилля легли на стол Иосифа Виссарионовича Сталина ещё до Крымской конференции, проводившейся в феврале 1945 года.
В Фултоне, в Вестминстерском колледже, Черчилль оказался по личному приглашению президента Трумэна, который попросил его прочитать речь о "международных отношениях". Черчилль согласился, но только при том условии, если Трумэн будет сопровождать его во время этой поездки.
Выступал Черчилль как частное лицо, якобы выражающее своё личное мнение по поводу складывающейся к тому времени международной обстановки. Мы не будем в этой статье пересказывать его 46-минутную речь полностью, а приведём только краткий пересказ несколько самых важных цитат, в которых речь шла об СССР и коммунистических организациях.
1. Для начала Черчилль отметил, что, несмотря на то, что он признаёт законным место Советской России среди ведущих держав мира и восхищается как доблестным русским народом, так и его боевым товарищем, маршалом Сталиным, его (Черчилля) всё же беспокоит то обстоятельство, что союзникам неизвестны планы СССР и коммунистической международной организации. Или, если точнее, союзникам, по словам Черчилля, были неизвестны "пределы их экспансионистских и прозелитистских тенденций".
2. В этой части Черчилль как раз и говорит о "железном занавесе":
"От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике через континент опустился железный занавес. За этой линией находятся все столицы древних государств Центральной и Восточной Европы. Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест и София - все эти знаменитые города и их население находятся в том, что я должен назвать советской сферой влияния, и все они в той или иной форме подвержены не только советскому влиянию, но и очень высокому, а во многих случаях и возрастающему контролю со стороны Москвы. Только Афины — Греция со своей бессмертной славой - свободны решать свою судьбу на выборах под наблюдением Великобритании, США и Франции. Польское правительство, находящееся под контролем России, поощряется к масштабным и неправомерным вторжениям в Германию, и сейчас происходят массовые высылки миллионов немцев в невообразимых масштабах."
Далее Черчилль наговорил ещё много чего. В частности, что "почти везде преобладают полицейские режимы, и пока, за исключением Чехословакии, нет подлинной демократии." и что "если сейчас советское правительство попытается отдельными действиями создать прокоммунистическую Германию на своих территориях, это вызовет новые серьёзные трудности в британской и американской зонах оккупации и даст побежденным немцам возможность выставлять себя на аукцион между Советским Союзом и западными демократиями. Какие бы выводы ни были сделаны из этих фактов — а это факты — это, безусловно, не та освобожденная Европа, за создание которой мы боролись. И это не та Европа, которая содержит в себе всё необходимое для прочного мира."
Все эти слова Черчилль произносил якобы от своего собственного имени, однако, не подлежит сомнению тот факт, что примерно тех же взглядов придерживались и все остальные лидеры Запада. Иначе Трумен вряд ли позволил бы теперь уже бывшему премьер-министру Англии произносить в его присутствии и к тому же ещё по радио подобные речи.
Вместо заключения
Почти сразу Иосиф Виссарионович Сталин был проинформировал о содержании речи, которую его бывший союзник по Антигитлеровской коалиции "толкнул" в Фултоне, а на следующий день к нему на рабочий стол легли и её расшифровки вместе с переводом. Сказать, что Сталин был неприятно удивлён - это ничего не сказать. И тем не менее он не сразу решил выступить с резкой критикой или, тем более, обвинениями в адрес Черчилля. Просто, ждал международной реакции на Фултонскую речь.
Но 13 марта 1946 года в газете "Правда" было опубликовано интервью Сталина, в котором тот хоть и призывал своих западных "коллег" и весь мир к сдержанности, однако поставил Черчилля в один ряд с Гитлером, а заодно и выдвинул в адрес бывшего премьера Великобритании обвинения в расизме и призывах к развязыванию войны.
"Следует отметить, что господин Черчилль и его друзья поразительно напоминают в этом отношении Гитлера и его друзей. Гитлер начал дело развязывания войны с того, что провозгласил расовую теорию, объявив, что только люди, говорящие на немецком языке, представляют полноценную нацию. Господин Черчилль начинает дело развязывания войны тоже с расовой теории, утверждая, что только нации, говорящие на английском языке, являются полноценными нациями, призванными вершить судьбы всего мира. Немецкая расовая теория привела Гитлера и его друзей к тому выводу, что немцы как единственно полноценная нация должны господствовать над другими нациями. Английская расовая теория приводит господина Черчилля и его друзей к тому выводу, что нации, говорящие на английском языке, как единственно полноценные должны господствовать над остальными нациями мира."
Вот так всего одна мартовская неделя стала поводом для начала взаимной самоизоляции, проводившейся с одной стороны Советским Союзом, а с другой - западным миром. Более чем 40 лет "железный занавес" ограничивал контакты советских граждан с иностранцами, а выезд за рубеж без разрешения властей был строго запрещён, пока этот самый "занавес" не рухнул в 1991 году после падения Берлинской стены.
