Капитан «быков» дал большое интервью «СЭ» — о Сафонове, судьях, чемпионской гонке и своем будущем.
Чемпионство, Галицкий, мотивация
— Хочется вернуться в лето 2025 года, в момент вашего чемпионства. Пришло ли к тебе сейчас полное осознание и масштаб произошедшего?
— Если честно, нет. Эмоции чуть поутихли, какое-то понимание пришло, но полного осознания нет. Думаю, это еще впереди. Пройдет лет десять — и тогда мы поймем, что сделали.
— Прошлой зимой ты говорил, что «Краснодар» стал сильнее и опытнее, не сумев завоевать золото в сезоне-2023/24. Какой стала команда теперь, выиграв чемпионство?
— Опять же — новый опыт. Он важен всегда. Футбол меняется, появляется что-то новое. Сегодня у нас больше уверенности в том, что мы способны стать чемпионами, чем было, к примеру, год назад. Потому что тогда все вокруг говорили, что это невозможно. Но мы доказали, в первую очередь самим себе, что это реально. И сейчас есть только огромное желание повторить этот успех!
— «Краснодар» сегодня — топ-клуб?
— Да, сто процентов.
— Из-за выигранного титула?
— Да «Краснодар» в принципе топ-клуб. Еще очень молодой, но уже добившийся многого за довольно короткий отрезок времени. У «Краснодара» есть свой стиль, есть свой дом, есть любовь болельщиков. Это большой клуб!
— Какой шаг к титулу стал для вас самым тяжелым?
— Считаю, чемпионство выигрывается против команд из нижней половины таблицы. Плюс во второй части сезона увеличивается давление, ажиотаж вокруг матчей... Появляется понимание, что до чемпионства всего-то пара игр. Но мы с этим справлялись благодаря дисциплине, борьбе и командному духу. Нам это помогло забрать победу над «Оренбургом» (2:1 в предпоследнем туре РПЛ. — Прим. «СЭ»), был очень сложный выезд. Вообще много раз выигрывали на характере.
— А в решающей битве с «Динамо» какие были эмоции?
— Если честно, там творилось такое... Я вообще не понимал ничего. Забил гол и не знал, что делать, куда бежать... Оказалось, там уже финальный свисток. Словами как-то это описать и объяснить не могу даже сейчас. Было счастье, была гордость...
— Как оценишь свой путь из академии «Краснодара» до капитана команды-чемпиона?
— Всегда верить, что все возможно. Много и упорно работать и верить — вот, наверное, самое важное. В футбольной карьере немало сложных моментов. Со стороны может казаться, что все идет гладко и легко. Но на самом деле это тяжелый путь, высокая конкуренция. И каждый день ты должен доказывать, в первую очередь самому себе, что становишься лучше, чем был вчера.
— Как ты находишь мотивацию для того, чтобы совершенствоваться каждый день?
— Если честно, сложный вопрос для меня. Я просто не могу понять, как можно не найти мотивации. Она должна быть всегда. В первую очередь, повторюсь, чтобы доказать самому себе. Мы пока выиграли только один титул... Хочется повторить этот успех, выиграть Кубок России, бить рекорды. Хочется радовать родных и близких. Для меня испытывать эти эмоции — настоящее счастье. Я просто люблю футбол с самого детства. И мотивация у меня не пропадает.
— Ты говорил, что хочешь подарить титул городу и Сергею Галицкому. Что ты ему сказал, передавая чемпионский трофей?
— Перед игрой с «Динамо» мы работали в недельном цикле. И всю неделю я визуализировал этот матч. Была уверенность в победе — не хотелось думать о плохом. Каждый день засыпал, думая о том, как мы выиграем чемпионат и что будет дальше. Конечно, я хотел передать кубок Сергею Николаевичу. Когда нам дали трофей, я понимал, что сейчас передам его Галицкому, как только он спустится к нам на поле. В итоге, когда Сергей Николаевич к нам подошел, я передал ему кубок со словами: «Мы это сделали вместе!» Чемпионство «Краснодара» в первую очередь его заслуга!
— Веришь, что мечта Галицкого осуществится и в основе «Краснодара» будут играть 11 воспитанников академии?
— Конечно, почему нет? Рано или поздно это случится. Это уже было: когда многие легионеры уехали, у нас играли свои. И вроде было неплохо. Это точно возможно. Просто нужно немного времени. Посмотрите, сколько воспитанников «Краснодара» играет в РПЛ, Первой, Второй лиге... Да и за границей достаточно.
— Почему зачастую воспитаннику топ-клуба бывает тяжело закрепиться в родной команде, а уйдя в другую, он раскрывается?
— Честно, не знаю, почему так. Может, когда он дорастает до основы, на его позиции играет легионер, за которого заплатили большие деньги. Парень психологически не выдерживает: «Я хочу играть, дайте мне уйти». Есть и хорошие, и плохие примеры.
— Твой пример — хороший.
— Не только мой, нас таких много.
Судьи, конкуренты, статистика
— Расстроился, что после выигранного титула не получилось уехать в Европу?
— Нет. Это жизнь, все нормально. Я счастлив в «Краснодаре». Это мой дом. Да, не удалось уехать, но что поделать? Все знают, что я хочу попробовать свои силы в Европе. Сейчас не получилось. Ну и что теперь, опустить руки? Так я только хуже для себя сделаю. Как сложится, так оно и должно быть.
— Ты в феноменальной форме в этом сезоне. Где предел?
— Нет пределов совершенству, ха-ха.
— Ставишь себе индивидуальные цели на сезон?
— Естественно, хочется забивать и ассистировать в каждой игре. Думаю, любой атакующий игрок хочет делать голевое действие в каждом матче. Но в первую очередь я хочу помочь команде. Если мы победим 3:0, а я не забью, то сильно не расстроюсь, не буду обижаться на партнеров. Может, у себя спрошу: «Почему я не нашел момент? Почему не реализовал?» Самое главное — победы команды. Все, что удается мне сейчас в плане голевых действий, получается благодаря ребятам. Мы много тренируем стандартные положения. Голы — это работа всей команды.
— В каких качествах ты прибавил в этом сезоне?
— Не знаю. Может быть, в чем-то я прибавил, но еще точно есть куда расти. Может, сейчас где-то больше играю между линиями, не опускаясь глубоко за мячом. Это оставляет мне больше сил для разгона атак. Думаю, на стандартах наработались какие-то навыки, уверенность. Растем по чуть-чуть, но еще надо работать.
— Говорят, что титул проще взять, чем защитить. Это действительно так?
— Думаю, да. Защитить тяжелее.
— Как тебе нынешний сезон в РПЛ: кто удивил, кто разочаровал?
— Не хочу никого выделять. Сейчас у нас интересный чемпионат, думаю, вторая часть сезона будет увлекательной. Все команды играют, бьются. На каждый матч выходишь как на финал.
— После первой части сезона можно ли говорить, что «Спартак» первой пятерке или тройке уже не конкурент?
— Для меня «Спартак» все равно очень сильная команда, где играют качественные футболисты. Никто не считает их слабой командой. Ни в коем случае. Просто сейчас такой период.
— В «Динамо», к примеру, тоже собраны качественные футболисты, и клуб это большой. Но вряд ли можно его назвать претендентом на титул.
— Да после зимнего перерыва сейчас (интервью состоялось до 19 тура. — Прим. «СЭ») все может быть. И в «Динамо», и в «Спартаке» собраны сильные игроки. А что там внутри — не знаю. Главное, чтобы мы за титул боролись.
— Главным, пожалуй, открытием первой части сезона стала «Балтика», которую называют «тренерской командой». Для тебя существует такой термин?
— Конечно. От главного тренера вообще все идет: тактика, настрой команды. Если мы берем «Балтику», там видно, что ребята бьются как сумасшедшие, выполняя требования главного тренера. Бьются за Андрея Викторовича в том числе. Может, он как мотиватор объясняет, что по-другому никак. Если хотите побед, то надо умирать на поле. У всех тренеров разный подход. Мы играли против «Балтики», и было тяжеловато. У нас еще много травм тогда случилось. Но там с бровки такая накачка от него шла...
— «Балтика» стала самым сложным соперником в сезоне?
— Нет. В начале чемпионата были самые непростые матчи. Наверное, сказывался недавно завоеванный титул. Против «Балтики» сложности были связаны с тем, что туда долгий перелет, плюс у нас отсутствовали многие футболисты. При этом мы сыграли достойный матч.
— За счет чего «Краснодар» сейчас выглядит как будто даже сильнее, чем в чемпионском сезоне?
— Думаю, дело в уверенности. Когда много лет играешь вместе, начинаешь понимать все качества партнеров, их сильные стороны. Видишь, как лучше действовать, чтобы им было комфортно. Я уже знаю: у Лукаса Оласы сильная левая нога, он любит играть в стенку, может прострелить. Виктор Са способен обыграть один в один... Ребята же, в свою очередь, знают, что меня стоит ждать на левом полуфланге, где я часто оказываюсь с мячом. С Джоном Кордобой много лет играем вместе, понимаем друг друга с полуслова. Отлично усиливает игру Никита Кривцов, здорово влился в наш состав Дуглас Аугусто, ключевые передачи раздает Батчи... Прибавила вся команда. Понимаем, как построить игру, чтобы партнеру было проще. А когда на поле умные футболисты — всегда легко.
— Ты рассказывал про больную спину. Сейчас в Краснодаре открыли аэропорт — стало легче?
— Да, полегче. В автобусе по пять-шесть часов не надо ездить. Три-четыре года так было — просто с ума сходили. Новый аэропорт пока строится, а в старом бывают очереди, но это некритично. На это точно жаловаться нельзя. Спасибо, что открыли!
— Ты говорил, что Мурад Мусаев отталкивается в первую очередь от своей игры, а не от соперника. Это по-прежнему так?
— Да, это очень важный момент. Мы должны всегда отталкиваться от себя. Пусть соперники под нас подстраиваются. Изучили команду, с которой играем, поняли их сильные и слабые стороны, но делаем свою работу.
— Есть сейчас в РПЛ команда, с которой «Краснодар» не может играть с позиции силы?
— Трудно сказать. Мы всегда стараемся, но как игра пойдет, никто не знает. Может не пойти с «Акроном», может — с «Зенитом». А может и пойти с «Зенитом», как было на сборах, но это не в счет, ха-ха!
— Отличается ли Мусаев-чемпион от того, который пришел два года назад на смену Владимиру Ивичу?
— Думаю, мы все растем, и Мурад Олегович как тренер в том числе. Я очень рад, что нам вместе удалось добиться этой большой победы за родной клуб. Но как я уже говорил, нет пределов совершенству, мы все стремимся развиваться дальше. А как человек он не изменился. Те же требования: дисциплина и работа.
— На зимних сборах у вас был судейский семинар. Что нового ты услышал?
— Напомнили про правило восьми секунд для вратаря, про роль капитана — что только он может общаться с арбитром. И про пенальти: если игрок делает два касания и забивает, гол не засчитывается, надо перебивать; если два касания и мимо — игра продолжается, назначается свободный удар в пользу вратаря.
— Но эти правила же действуют с начала сезона. Почему до вас только зимой довели?
— Да мы и так это знали. Просто еще раз проговорили.
— Футболистам регулярно все объясняют и рассказывают, но начинается сезон — и снова крики, споры, никто не понимает трактовки...
— Это нормально. На поле эмоции бывают не только у футболистов, но и у судей. Арбитры делают свою работу. Они же тоже люди. Где-то ошиблись. Бывают моменты, когда кажется, что отношение к соперникам разное. Я не кричу обычно, стараюсь спокойно все объяснять, но наших ребят порой тяжело удержать. Особенно латиноамериканцев.
— Есть ощущение, что после чемпионства Кордоба стал спокойнее вести себя в отношении судей.
— Он очень эмоциональный парень, который хочет выигрывать, забивать. Когда из десяти фолов на нем ставят только два, ему, конечно, эмоционально тяжело, он срывается. Но вообще Джон старается.
Я же стараюсь ему доносить: «Джон, сконцентрируйся, забей гол — делай свою работу. Не отвлекайся на судей». По себе знаю, что, когда тратишь эмоции на споры, потом можешь забыть, что надо делать с мячом. Нельзя закипать — нужно сосредоточиться на футболе.
— Неприятная тема, но не спросить не могу. В первой части сезона было два скандала в матчах с «Ахматом» и ЦСКА. Сначала твоя история с Ндонгом, потом — конфликт из-за слов Вильягры. У нас в лиге давно не было никаких вопросов, связанных с расизмом, а тут вдруг два практически подряд...
— Да сам не понимаю... Когда были обвинения в мой адрес, СМИ сразу: «Игрок «Краснодара»! Скандал!» А когда пострадал наш игрок, почему-то везде тишина... Вот как так? Это все потому, что нас со всех сторон хотят как-то зацепить, поддеть.
— На «Коммент.Шоу» ты сказал, что вы с Ндонгом все уладили, но не понял, за что КДК тебя оштрафовал.
— А я до сих пор не понял. Вы хоть раз были на бровке? Слышали, как ругаются футболисты друг с другом, с судьями? А меня оштрафовали за фразу, в которой даже мата не было. И расизма, разумеется, не было тоже. На 150 тысяч! А за что, если я здесь ни при чем?
— В итоге вы вместе пришли на КДК, и выяснилось, что ты его не оскорблял.
— Но штраф получил.
— Что сказал клуб?
— Что штраф за нецензурную лексику.
— Ты же говорил, что нецензурной брани не было.
— Ну вот такое решение.
— А что было в матче с ЦСКА?
— В перерыве игрок ЦСКА шел в подтрибунке и что-то говорил типа в воздух, но на самом деле кому-то из наших. Сзади шел Дуглас и сказал мне: «Эдо, он что-то плохое говорит про нас». Потом включился Джон, и пошла суета. Начался второй тайм, ребята сказали, что он совершал расистские выкрики в адрес кого-то из наших. И всю игру они потом бегали, кусались. Чем там в итоге все закончилось на КДК, я не знаю.
— Зимой «Зенит» снова серьезно усилился, а «Краснодар» — точечно. Не тревожно?
— В прошлом году тоже так было — и ничего. Запаса прочности хватает. У нас сильная команда, все мотивированы. Главное, чтобы внутри все было хорошо. «Зенит» покупает — это их право. Они всегда кого-то покупают.
— Сколько игроков должно быть в основной обойме, чтобы не было недовольных?
— Думаю, 18-19. Если больше, появятся недовольные, атмосфера в коллективе испортится. В каждой команде такое есть.
— С теми, кто недоволен игровым временем в «Краснодаре», разговариваешь ты как капитан? Или это задача тренера, руководства?
— Думаю, в первую очередь главного тренера. Я общаюсь со всеми: с латиноамериканцами, с нашими ребятами. Из-за языкового барьера больше с русскими. Но воспитательные беседы если и провожу, то, наверное, больше все-таки с молодыми парнями.
— За счет чего «Краснодар» в этом году тоже станет чемпионом?
— Я просто скажу, что мы всей командой хотим повторить прошлогодний успех. Но понимаем, что будет тяжелее, чем в прошлом году. Мы делаем все возможное и надеемся на это.
Европа, деньги, пенальти с Сафоновым
— В «Краснодаре» исторически много латиноамериканцев. Как у тебя с испанским и португальским?
— Понимаю немного испанскую речь. Я изучал, хотел подтянуть язык, но пока прекратил. Сейчас на начальной стадии: какие-то слова, фразы знаю. Мне главное услышать эти слова. За счет того, что ежедневно слышу эту речь, выучить [язык], думаю, было бы несложно. Ну и английский на разговорном уровне — нормальный.
— Значит, к переезду в Англию ты готов. Летом была информация про «Саутгемптон». Писали, что клуб очень хотел тебя и «Краснодар» был готов отпустить. Но в Англии сказали, что напрямую с Россией работать не будут, и все сорвалось. Это действительно так было?
— Да, в основном все упирается в то, что они не хотят работать с Россией.
— В таблице Чемпионшипа «Саутгемптон» находится в середине.
— Мне скидывали, да. Все подкалывали: ну, как там твой клуб? Не знаю, радоваться ли, что не перешел. Я так скажу: все, что ни делается, к лучшему. Может, это и хорошо, никто не знает.
— Почему в свое время не получилось с «Аяксом»?
— Это было летом 2023-го, сразу после финала Кубка России. Голландские СМИ начали трубить, что «Аякс» хочет спонсировать Россию... Из-за давления СМИ история стала уже политической. Думаю, если бы это не обсуждалось так сильно, может, и получилось бы.
— Этой зимой информации было не так много. До тебя что-то доходит?
— Ничего. Только в новостях что-то читаю. А прошлой зимой долетал только «Лидс».
— Поддерживаешь отношения с бывшим тренером «Краснодара» Даниелем Фарке?
— Напрямую нет. О работе с ним остались положительные впечатления. Это один из первых тренеров-иностранцев, с кем я работал. Тренировочный процесс был немного другим, и это было интересно. Хотя мы и успели поработать всего полтора месяца.
— Зимой в новостях снова появлялся «Лидс»: якобы англичане хотят провести трансфер через систему «Ред Булл».
— Я вообще ничего об этом не знаю. Честно. Эти вопросы не ко мне.
— Ты знаком с Хвичей Кварацхелией?
— Да, знаком. Не скажу, что мы близко общаемся. Думаю, списаться можем. Во время матча сборных Армении и Грузии поговорили с ним в подтрибунке.
— Он уезжал из РПЛ через тбилисское «Динамо». Тебя подобный вариант устроил бы?
— Думаю, у нас с ним разные ситуации.
— Твоими делами в Европе занималась Рафаэла Пимента, которая хотела организовать трансфер Арсена Захаряна в «Челси»?
— Нет, мы с ней работали один год, и все. Но вообще — да, я работал с Рафаэлой. Были предложения в 2024-м из Англии. И еще был французский «Ланс».
— Сейчас у тебя другой агент?
— Сейчас нет агента. Вообще.
— А как же тогда организовать твой переход в Европу?
— Кто хочет, тот всегда найдет способ.
— Какая лига тебе самому нравится? Где ты мог бы заиграть?
— Заиграю или нет, посмотрим. Если уеду. Из предпочтений, наверное, Испания, Италия. Англия? Наверное, это все-таки через ступеньку. Я не боюсь в принципе, но лучше туда ехать через какую-то лигу. Главное — чтобы я играл, а не просто абы куда уйти.
— С Арсеном Захаряном знаком? Обсуждали его переезд?
— Знакомы, конечно. Но близко не общаемся, его переход не обсуждали, просто желал ему удачи.
— Сегодня, глядя со стороны, кажется, что его переезд был ошибкой. Полтора года Арсен практически не играет в футбол.
— Да, обидно. Жалко его. Но это жизнь спортсмена, это футбол. К сожалению, такое бывает. Мы за него болеем, переживаем. Дай бог, чтобы травмы обошли его стороной в дальнейшем. Арсен еще молодой, время есть.
— Может, он слишком молодым туда уехал?
— Честно, не знаю. Он уехал в 20 лет. Но все это время он там видит изнутри эту лигу, чувствует этот уровень. Мне бы не понравилось сидеть на лавке. Это тяжело: постоянно играешь в «Краснодаре», а тут приезжаешь и сидишь. Но я думаю, что в этом и есть психология, терпение. Если я приеду в хороший клуб, понимаю, что не буду сразу там играть. Нужно будет доказывать. Конечно, это не очень... Но это футбол.
— Часто слышу от болельщиков: наши никуда не едут, у них тут зарплаты огромные. При этом футболисты говорят, что готовы хоть в «Эльче» ехать...
— Нет, конечно. По себе могу сказать, что я не готов в «Эльче» уезжать. Готов ехать туда, где меня ждут. В хороший клуб, где я буду играть. И меня не отпустят в «Эльче», ха-ха! Это тоже нужно понимать.
— А упасть вдвое по зарплате ради европейского клуба готов?
— Вдвое? Наверное, нет. От клуба зависит... Условно, поехать в «Эльче» и вдвое потерять в зарплате — конечно, пугает.
— Кто ведет твои дела, раз нет агента? Члены семьи?
— Да. Либо так, либо с клубом напрямую общаются.
— По официальной информации — твой контракт рассчитан до лета 2026 года.
— Я продлился до 2029-го, просто не было официальных новостей об этом.
— Пример Матвея Сафонова, который уехал и стал основным в «ПСЖ», вдохновляет?
— Да! Ему тоже сначала было тяжело. Это нормально, когда приезжаешь в топ-клуб. Сперва эйфория. Но он рассказывал, как было сложно: на тренировках ему все забивали, все удары впритирку, чувствовался класс игроков. Он немного в шоке был. Это как раз пример, когда нужно доказывать и терпеть. Что он и сделал. Получил шанс — и пожалуйста, сейчас Матвей — основной вратарь одной из лучших команд мира.
— Как игрок атаки расположи вратарей от лучшего к худшему: Доннарумма, Шевалье, Сафонов, Агкацев.
— Подставляете меня, ха-ха. По-дружески говорить? Мотю со Стасом поставлю на первое место, а остальные — где-то дальше.
— Матвей — суперзвезда российского футбола прямо сейчас?
— Можно и так сказать! Выиграл все клубные трофеи и играет за один из лучших клубов мира.
— Скажем, пару лет назад на обложке футбольного симулятора был бы Александр Головин. А сегодня там был бы Сафонов?
— Думаю, да. Наверное, самый узнаваемый российский футболист сейчас. Еще и в такой команде играет. Он не только российского футбола суперзвезда, в Бразилии его все обожают, ха-ха. Все, кто против «Фламенго». Если бы он сейчас туда поехал, ему бы сразу паспорт дали...
— Ты серию пенальти в матче «ПСЖ» — «Фламенго» смотрел в прямом эфире?
— Да, смотрел вживую. Если не ошибаюсь, мы с Матвеем как раз переписывались после того матча. Мы часто с ним по поводу пенальти общаемся. Он мне может какие-то видео скинуть, или я ему.
— Конкретно по поводу исполнения 11-метровых?
— Да, про технику и все такое. Мы в «Краснодаре» много тренировали пенальти. Всегда по-разному били. Непросто забивать — что ему, что Стасу. Иногда договаривались: давай я туда пробью с паузой. Или Мотя что-нибудь придумывал.
— То есть вы с Сафоновым в «Краснодаре» часами отрабатывали пенальти?
— Постоянно после тренировок оставались. Работали над разными аспектами этого элемента. Он выучил, как действовать, если игрок при разбеге делает паузу. Я ему говорю: «Давай попробуем так или вот так». И мне было очень тяжело забить Матвею. Он понимал, что делает все правильно, а я понимал, над чем мне нужно поработать.
— Со стороны кажется, что в семиметровые ворота надо просто пробить в угол верхом — и гол. Они же такие огромные!
— А выйдете на полный стадион — и покажется, что ворота крошечные, вратарь огромный, мяч овальный, ха-ха!
— Насколько вообще тебе сложно бить пенальти верхом?
— Ага, мы сейчас будем мои секреты выведывать? Ха-ха. Я не скажу. Ну, если серьезно, верхом просто больше шансов промахнуться — мяч может пойти выше. Все-таки чаще предпочитаю бить низом. Я тренировал пенальти с детства. Отец ставил в угол то конус, то бутылку воды — надо было бить туда. Вот начиная с Пятигорска я всю жизнь так и отрабатывал удары.
— Получается, тренировки с тобой помогли Сафонову выйти на топ-уровень в «ПСЖ»!
— Нет-нет! Ни в коем случае, ха-ха! Тренировки — это просто тренировки. Думаю, он и без меня в порядке.
Сборная, Месси и Роналду, еврокубки
— Тренер сборной Армении Егише Меликян, судя по всему, непростой человек и уже успел поконфликтовать с Наиром Тикнизяном. Какие у тебя с ним отношения?
— Хорошие отношения. Какие и должны быть у футболиста с тренером. Уважительные.
— Как часто общаешься с Наиром, который теперь в «Црвене Звезде»?
— Я с ним на связи, смотрю, болею. Команды всех ребят, с которыми я дружу, у меня в приложении Flashscore помечены звездочками. Чтобы я мог потом посмотреть, как они сыграли, если не получится увидеть матч целиком.
— Доволен ли он своей карьерой?
— Насколько я слышал, да. Он играет в еврокубках, как и хотел, чего и нам желает почувствовать как можно скорее.
— Почему год за годом у сборной Армении, несмотря на наличие очень сильных индивидуально игроков, не получается добиться командного успеха?
— Думаю, дело и в ответственности игры за свою страну. И в разном уровне с некоторыми соперниками... Тяжело играть против, например, Португалии. Вот как против них играть? Только если убрать все мысли.
Мне кажется, очень важна психология. Надо понимать, что на поле все равны. Да, может быть, они умнее, сильнее, играют в топ-чемпионатах. Но это психологический момент. Нужно все равно давать отпор, бороться, биться. Но когда ты понимаешь, что соперник даже не на голову, а на десять выше тебя, но даже не борешься и не показываешь желания что-то сделать... Я этого просто не понимаю. Это то, чего нам не хватает, — спортивной злости, голода до побед. На самом деле сейчас в команде много молодых ребят, и мы должны им донести, что на поле все возможно. Нужно убрать страх, боязнь. Страх ошибиться — вообще самое плохое в футболе.
— А прямо видно, что ребята в команде боятся?
— Я не говорю сейчас конкретно про сборную Армении. Я про молодых ребят в целом. Это касается и «Краснодара» тоже. И я сам через это проходил, меня тоже учили справляться с такими моментами. Это важно.
— У тебя есть классное фото с Криштиану Роналду. О чем вы говорили?
— Про футбол. Я ему сказал, что больше [нам] не забьет. Правда, к тому моменту он забил уже дважды... Но больше не забивал. А сразу после моих слов у него был момент, когда мяч в сантиметрах от штанги прошел. Я ему: «Ну я же сказал».
— Уходит эпоха Месси и Роналду. Кто должен их сменить?
— Не знаю, что будет, когда они вдвоем объявят о завершении карьеры. Не представляю, что будет твориться в целом в мире футбола и спорта.
— Думаешь, случится потрясение?
— Мне кажется, для всех это будет просто шок... И слезы. Я так думаю. Это две звезды, которых знает весь мир, которые делали шоу, делали разницу. На которых все хотели смотреть в каждом матче. Для меня это два игрока топ-уровня. Они разные, но наблюдать за ними — просто фантастика. Особенно с раннего возраста. Я помню Роналду, игравшего под 17-м номером в сборной Португалии. Помню Месси с этой его странной прической. Мы не видели Пеле и Марадону, но видели Месси и Роналду с самого старта их карьеры.
— Кому из них ты отдал бы предпочтение?
— Наверное, все-таки Месси. Но это не говорит о том, что мне не нравится Роналду. Слежу за их карьерами даже после ухода из топ-лиг. Все равно включу какой-нибудь обзор. Они даже в таком возрасте крутые вещи творят!
А предпочтение я отдам вообще Иньесте. Для меня это самый любимый игрок. То, что ему в 2010 году не дали «Золотой мяч», — это величайшее ограбление в истории футбола!
— Учитывая расширение чемпионатов мира и Европы, веришь, что ты со сборной Армении сыграешь на каком-то крупном турнире?
— Конечно! Все в наших руках и ногах. Хочется подарить людям праздник и самому все это ощутить. Когда ты надеваешь футболку сборной, все меняется. Когда мы побеждаем, видим радость людей и гордость за команду — эмоции переполняют. Выступать за сборную — огромная честь. Я плакал, когда забил первый гол за сборную. Каждый вызов в национальную команду принимаю с большой радостью.
— Ни разу не пожалел с тех пор, что выбрал Армению?
— Нет. Да, тяжело. Да, проигрываем. Но буду делать все зависящее от меня. Думаю, у нас все получится рано или поздно. Уверенность в этом есть, и я ни о чем не жалею.
— Хотя бы раз обсуждал с Михаилом Галактионовым свой невызов в российскую молодежку, после которого ты принял решение играть за Армению?
— Нет, никогда. Я начал играть за Армению в 2021 году. Меня не оказалось ни в каких списках, когда в российскую молодежку на турнир вызывали тех, кого никогда не приглашали. Я, кажется, шел тогда лучшим бомбардиром ФНЛ... Или одним из лучших. Мы с родными посмотрели, в списках меня не увидели. Это был финальный момент, после которого решение было принято.
— На твой взгляд, уровень Евро и ЧМ из-за расширения состава участников падает?
— Не могу ответить. Но футбол в целом поменялся сильно. Изменился сильно даже по сравнению с 2010 или 2014 годами. Стал более энергозатратным и технологичным.
— ВАР — это хорошая история или лучше вернуть, как было раньше?
— ВАР же для чего? Чтобы все было честно. Без видеоповторов было бы больше споров. А тут уже не вариант. Вопрос в том, почему даже с ВАР судьи ошибаются. Вот это непонятно.
— Насколько тяжело пик карьеры проживать без еврокубков? Тем более когда в Лиге чемпионов ты уже поиграл.
— Да ну это вообще... Я иногда задумываюсь: «Ну почему так? За что?» Хочется, конечно, сыграть там. Тяжело просто смотреть по ТВ, а не играть.
— Тебе нравится новая система Лиги чемпионов?
— Нравится, что можно много с кем сыграть. Но я больше предпочитаю старый формат.
— Ты хотел бы попробовать такой формат, например, в Кубке России?
— У нас команд столько нет... Я как-то за классику в этом плане.
— Недавно президент ФИФА заявил, что отстранение России от еврокубков ничего не дало. Получается, это просто лицемерная позиция?
— Я вообще не понимаю, зачем смешивать футбол и политику. Может быть, через какое-то время мы что-то поймем и узнаем. Но пока все это воспринимается как самая настоящая несправедливость.
Новый гегемон? «Краснодар» третий раз подряд ушел на перерыв в РПЛ лидером
Сперцян не уехал из РПЛ и стал главной звездой чемпионата. Ведет команду ко второму золоту
Это награда Сафонову за то, что не сдался. Многие бы скисли или ушли в глубокий негатив
Тикнизян теперь серб. Получил паспорт всего за 88 дней
64 команды на ЧМ: ФИФА собирается расширить число участников турнира уже в 2030 году
Артем Калинин, «Спорт-Экспресс»