В СССР было опасно не только рассказывать политические анекдоты. Иногда было достаточно… плохо припарковаться.
Со Сталиным за жизнь случилось всего четыре ДТП. По нынешним меркам — статистическая мелочь.
Судьбы водителей сложились по-разному. Один сгинул в истории безымянным. Другой бежал через всю страну. Третья оказалась в кабинете на допросе под подозрением в теракте, несмотря на то, что сам Сталин взял её под защиту.
Гори, 1890: кого сбил фаэтон
В январе в грузинском городе Гори народ гулял на Крещение. Народ толпился у церкви, певчие стояли плечом к плечу — среди них одиннадцатилетний Иосиф Джугашвили, сын сапожника. Никто не заметил, как с горки на бешеной скорости вылетел фаэтон — лёгкая открытая коляска, любимый транспорт Кавказа. Среди толпы разразился хаос. Мальчик попытался отскочить. Не успел.
Что именно сломал фаэтон — историки спорят до сих пор. Очевидцы давали противоречивые показания.
По словам Сталина, колесо зацепило левую руку; рана загноилась, денег на нормальных врачей у матери не было, рука перестала сгибаться в локте. Именно этот дефект хорошо заметен на поздних фотографиях вождя.
Кем был кучер фаэтона — неизвестно. Ни имени, ни ареста, ни расследования. В иерархии 1890-х Гори пострадавший — просто сын сапожника, а значит, никакого делопроизводства не требуется. Кучер растворился в истории так же бесследно, как исчезают в ней миллионы маленьких людей.
Зато мальчик, которого он сбил, вырастет и запомнит урок:
Кто едет быстро и упорно — тот может действовать, не особо считаясь с мнением окружающих.
Сочи, 1930: «Никого не наказывать»
К 1930 году Сталин уже был главой страны. Поездки вождя превратились в сложную силовую операцию: несколько машин, охрана, предварительная зачистка маршрута. 26 июля он ехал из дачи в Пузановке в Красную Поляну — на огромном Rolls-Royce, в компании жены, маршала Будённого и начальника охраны Юсиса.
На выезде с дачи произошло незначительное столкновение: роллс-ройс зацепил автомобиль дома отдыха «Красный Штурм». Сталин получил маленький порез над левой бровью от осколка стекла. Будённый отделался синяком. Никто всерьёз не пострадал.
Реакция Сталина была недвусмысленной - водителей отпустить. Никаких протоколов, никаких дел, никаких рапортов. Инцидент засекретить и забыть.
Приказ был выполнен с образцовой точностью: ни единой бумаги не сохранилось, ни одно имя не попало в архивы.
Водители буквально исчезли из истории - в максимально хорошем смысле этого слова. Потому что и ситуация ерундовая, и водитель другой машины был не виноват.
Сочи, 1933: смерть, бегство, четыре года тюрьмы
К августу 1933 года страна переживала коллективизацию и голод. Надвигались тяжелые времена перед войной.
26 августа Сталин, только что приехавший в Сочи на отдых, отправился на вечернюю прогулку. Тёмные улицы, плохая видимость — и на мосту вдруг его кортеж таранит советский грузовик-«полуторка».
Сталин не получил ни царапины. Зато под колёсами погиб прохожий — Саша Рудин, 39 лет, актёр московского театра и кино. По сохранившимся сведениям, Рудин был инвалидом без ноги, но продолжал выступать на сцене. Судьба оказалась к нему безжалостной дважды.
Водитель грузовика по фамилии Аришидзе сделал единственное, что пришло ему в голову: бросил машину и растворился в темноте Сочи. Трое охранников кинулись следом и потеряли его в переулках.
Для самого водителя, пожалуй, это было катастрофической ошибкой. Просто уехать — ещё можно было объяснить несчастным случаем. Бежать от охраны Сталина — это уже другое дело. Тем более, что из-за тебя погиб человек.
Завели уголовное дело, объявили розыск. В материалах по истории Сочи и советской автоинспекции подтверждается уголовное дело № 11559 по поводу аварии.
Выяснилось, что перед рейсом Аришидзе пил — вместе со своим начальником Захаричевым, директором строительства сочинской горбольницы.
Его начальника осудили на четыре года. За что конкретно — за то, что пил с подчинённым перед выездом, когда прекрасно знал, что тому скоро за руль.
Аришидзе пробегал десять дней. Его взяли в Ленинграде — в полутора тысячах километров от места аварии. Дальнейшая его судьба в документах не прописана. По словам очевидцев, он был арестован, осуждён и посажен. Но без высшей меры. И не за то, что врезался в автомобиль где ехал Сталин, а потому что нетрезвый сел за руль и убил человека.
Побочный эффект аварии оказался масштабным. Потому что выяснилось, что в этих местах как то слишком легко все относились к вопросу трезвости за рулем. Выпил - и лихачишь! (прям как у нас по всей стране в 90-е).
Сочи фактически превратили в полигон для отработки советских правил дорожного движения. Ужесточили учёт машин, проверили всех водителей города, расширили штат дорожной полиции, выставили новые посты. Каждый шофёр в окрестностях Сочи был обязан подписать бумагу: за серьезные нарушение ПДД — уголовная ответственность вплоть до расстрела. Один пьяный водитель и один погибший актёр породили целую систему слежки за дорогами курортного города. Разумеется, никого не расстреляли, но напугали по настоящему.
Женщина за рулём: Сталин простил — охрана нет
Это ДТП произошло 1943-м на обратном пути после Тегеранской конференции.
История эта полулегендарная - нет документов, кроме воспоминаний. Основные источники — воспоминания личного водителя Сталина Александра Кривченкова, начальника охраны Николая Власика и генерала КГБ Михаила Докучаева, которые и описывают ДТП с «эмкой».
Кортеж Сталина двигался по горной разрушенной дороге. Навстречу выскочила «эмка» — массовый советский автомобиль, что-то вроде «Жигулей» того времени. Машина врезалась в бронированный «Паккард» Сталина. «Эмка» была смята. «Паккард» — американский бронированный лимузин весом в несколько тонн — не получил ни вмятины. Сталин очень любил эти автомобили и закупил «Паккарды» для советской элиты - именно за бронированность.
За рулём «эмки» сидела женщина лет сорока пяти. Имя история не сохранила.
Сталин вышел из машины. Женщина была в шоке. По рассказам очевидцев, она воскликнула «Я во всём виновата!».
Сталин, по всем версиям, ответил спокойно: его машина бронированная, и ей ничего не угрожает. И добавил: «Чините свою машину». Всё справедливо - виновницей была именно она.
А когда охрана попыталась схватить женщину, произнёс фразу, которую потом будут цитировать:
«Не трогайте её. Она не виновата. Виновата война».
Сталин имел в виду, что Великая Отечественная война разрушила дороги, ездить здесь опасно, и граждане - не виноваты в своих ошибках. Судя по всему, дорога и правда была вся разбита.
Казалось бы — хеппи-энд. Но рядом в кортеже ехал Виктор Абакумов, будущий министр госбезопасности. Генерал КГБ Михаил Докучаев позднее записал в мемуарах: Абакумов всё равно допросил женщину-водителя, несмотря на прямой приказ Сталина её не трогать. По некоторым данным, силовики попытались представить аварию как покушение на вождя — вполне в духе практики тех лет, когда любой несчастный случай легко переквалифицировался в «террористический акт». Себе галочку заработать - дескать, покушение предотвратили.
Женщина в итоге все-таки отделалась лишь легким испугом. Допросы были, но делу ход не дали, слишком уж, что называется, «вилами на воде». Да и Сталин, если бы узнал - вряд ли бы похвалил за это.
——