В какой-то момент пришлось честно признать: когда у тебя есть ребёнок и при этом сильное желание семьи, вариант «жить без женщины» – это не свобода, а затянувшийся самообман
Можно сколько угодно убеждать себя, что «и так норм», но внутри всё равно будет ощущение незакрытого гештальта, кривизны и недоделанности.
Самое тяжёлое – признать, что страдаю не только я. Страдает ребёнок. Отец не может дать материнскую нежность, мягкость, вот эти «слюни», от которых нас, взрослых мужиков, иногда передёргивает, а ему они жизненно необходимы.
Он иначе смотрит, иначе реагирует, когда рядом и мама, и папа: он буквально расцветает, и в этот момент становится особенно ясно, чего ему не хватает, когда мы по отдельности.
Есть два пути. Первый – честный путь отшельника: вообще отказаться от идеи семьи и принять одиночество как образ жизни.
Второй – признать свою ответственность: я выбрал женщину, родился ребёнок, и дальше уже не работает схема «я всем недоволен и тяну всё, как считаю нужным».
Возвращение к женщине в таком случае – это не откат назад, а новый уровень, куда можно зайти только через боль, обиды и честный разбор собственных ошибок, а не её «косяков».
Отдельная тема – имущество, дети, контроль. Мужчина, который начинает бодаться с женщиной за квартиру, машину, ребёнка, в итоге воюет не за справедливость, а за собственное эго и становится внутренне бедным, как бы он внешне ни выглядел.
В нормальной конфигурации приоритет всегда у ребёнка и у матери: моё – это по сути моя «пещера», маленькое пространство, где я могу уединиться и работать, а не весь мир под замком в мою пользу.
Чем дальше, тем больше я прихожу к простой вещи: моя роль – не хватать, удерживать и контролировать, а давать, защищать и брать ответственность за свои решения. Ребёнку нужна мать, женщине нужно внимание, признание и стабильность, а мне самому – мужество перестать жить в режиме постоянной внутренней обороны и честно признать: да, я хочу семью, а не красивую легенду про сильного одинокого мужчину.
