Сегодня я расскажу вам историю (конечно же она, как всегда, плод моей фантазии, но все же) уже не о внутреннем мире, а о том, что можно увидеть, измерить и даже повторить. Сегодня я иду в подготовительную группу не с одним, а… с двумя гостями. Один из них держит в руках блокнотом с секундомером, а другой идет с видеокамерой и очень доброжелательным взглядом. Это Б.Ф. Скиннер (известный психолог, который придумал теорию о том, что наше поведение формируется через награды и наказания) и Альберт Бандура (его знаменитый эксперимент с куклой Бобо знаком многим, он считал, что мы учимся наблюдая за другими и что дети копирую поведение взрослых).
- Мы не будем спорить о бессознательном или зонах развития, - сказал Скиннер, поправляя очки. - Мы посмотрим на то, что работает.
Бандура улыбнулся и добавил мягко:
- И на то, кто становится образцом для того, что работает.
Мы вошли в подготовительную группу. Дети были все заняты своими делами: кто-то убирал игрушки, кто-то рисовал, двое спорили у доски, трое наблюдали за муравьём на стекле. Всё их поведение для моих коллег было потенциальным объектом наблюдения.
Скиннер сразу направился к уголку, где мальчик аккуратно сложил кубики в коробку и поставил её на полку. Воспитательница подошла и сказала:
- Спасибо! Теперь всем удобно будет играть завтра.
Скиннер кивнул:
- Это позитивное подкрепление, социальное одобрение, связанное с последствием действия. Ребёнок учится: «Когда я убираю - другим хорошо. И мне приятно». Это формирует устойчивую привычку, потому что подкрепление естественно и значимо.
- А если бы она просто сказала «молодец» без связи с контекстом? - спросила я.
- Тогда это стало бы просто шумом, - ответил он. - Подкрепление должно быть непосредственно связано с поведением, иначе оно теряет силу.
Тем временем Бандура наблюдал за другой сценой: девочка подошла к столу, где мальчик резал бумагу ножницами. Она села рядом и начала делать то же самое.
- Вот оно, - сказал Бандура, - научение через наблюдение. Она не получает подкрепления. Она копирует то, что делает мальчик, потому что видит: «Это возможно. Это безопасно. Это даёт результат».
Он повернулся ко мне:
- Дети учатся не только через последствия своих действий, но и через моделирование. Особенно если моделью является значимый взрослый или сверстник, которому они доверяют.
В этот момент воспитательница подошла к доске и спокойно, чётко объяснила, как решать задачу. Дети смотрели, кивали, некоторые повторяли вслух за ней.
— Обрати внимание, — сказал Бандура, — она не кричит, не торопит. Она демонстрирует уверенность и ясность. И дети впитывают не только способ решения, но и манеру отношения к трудности: «Можно не знать, но всё равно пробовать».
Скиннер тем временем заметил мальчика, который выбежал из-за стола, не дождавшись своей очереди (дети рисовали общую картину для утренника). Воспитательница не ругала его, а просто сказала:
- Когда ты ждёшь свою очередь, все успевают добавить что-нибудь красивое на картину. Попробуешь ещё раз?
Мальчик кивнул, вернулся.
- Это формирование поведения через последовательность, - пояснил Скиннер. - Не наказание за «плохо», а поддержка альтернативы. Так ребёнок учится не из страха, а из понимания: «Есть более эффективный способ».
Потом Бандура указал на девочку, которая помогла упавшему мальчику подняться и отряхнуть колени.
- Кто научил её этому? - спросил он. - Возможно, никто напрямую. Но она видела, как это делали родители или воспитательница. И поверила, что может сделать так же. Это ничто иное чем самоэффективность, появившаяся у нее через наблюдение и опыт.
Перед уходом оба психолога остановились у двери.
Скиннер сказал:
- Не ждите, что дети «вдруг поймут». Формируйте среду так, чтобы желаемое поведение было легче, заметнее и вознаграждаемо.
Бандура добавил:
- И будьте теми, кого хочется повторять. Потому что дети смотрят не на то, что вы говорите. Они смотрят на то, что вы делаете.
Они обменялись взглядом и каждый сделал небольшое дополнение.
- Поведение можно формировать, - сказал Скиннер.
- Но только если есть доверие к тому, кто формирует, - закончил Бандура.
Они ушли, а я осталась с мыслью: да, поведение можно изменить, но только если за подкреплением стоит уважение, а за моделью - человеческое тепло.