В 1889 году отставной российский полковник Анненков становится отцом: на свет появляется его сын Борис. Жизненный путь мальчика был предопределён с колыбели — ему уготована карьера военного. В восьмилетнем возрасте его определяют в Одесский кадетский корпус, а затем — в московское военное училище. Окончив обучение в звании хорунжего, юный офицер направляется для службы в 1-й Сибирский казачий полк.
Биография этого человека и его деяния красноречиво свидетельствуют: Гражданская война стала для России глубочайшей трагедией. Как это ни горько и банально звучит, но брат поднялся на брата, русский убивал русского. Ожесточение достигало крайних, немыслимых пределов. Расправы творились с леденящей душу жестокостью. Неимоверные страдания выпадали и на долю беззащитных — стариков, женщин, детей. Мрачное, беспредельное насилие, чинимое Анненковым и его подчинёнными, навсегда врезалось в народную память кровавым рубцом.
Существует предание, что во время суда над ним у прокурора за одну ночь поседели волосы — столь чудовищными были услышанные им подробности. Но обо всём по порядку.
Начало пути офицера
В 1914 году полк, где служил Борис Анненков, проводил учения. Произошёл бунт. Казаки расправились с большинством офицеров и во главу себя избрали хорунжего Анненкова. Точные причины такого выбора затерялись во времени. Возможно, молодой офицер проявлял искреннее сочувствие к простым казакам.
Виновники мятежа понесли суровое наказание. Сам Анненков в бунте непосредственного участия не принимал, но и ему выпала краткая тюремная доля — его осудили за бездействие.
Однако грянула Первая мировая война, и хорунжий Анненков был отправлен на фронт. Там он храбро и лихо сражался против германских войск.
В одной из критических ситуаций в его подразделении не осталось старших офицеров. Тогда Борис Владимирович взял командование на себя, и казаки безропотно его поддержали. Видимо, он уже тогда обладал в их глазах особым авторитетом. Им удалось отбить яростную атаку противника. Впоследствии Анненков проявил стратегическую смекалку, предложив командованию создать мобильные казачьи группы численностью не более 30 сабель для дерзких рейдов в немецком тылу.
Предложение получило одобрение. Анненкова назначили командиром одного из таких отрядов. Его казаки действовали на редкость успешно, подобно призракам возникая в тылу врага, нарушая коммуникации и уничтожая небольшие группы противника. Со стороны могло казаться, что они совершают лишь «мелкие диверсии», однако эти острые булавочные уколы серьёзно изматывали и раздражали германское командование.
Когда в стране грянула революция, Анненков принёс присягу Временному правительству. После прихода к власти большевиков войскового старшину Анненкова с его верным отрядом решили под конвоем отправить в Сибирь. Однако атаман со своими людьми сумел ускользнуть в станицу Захламлинскую под Омском, прихватив с собой и старинную святыню — знамя, под которым, по преданию, Ермак покорял Сибирь, воюя с ханом Кучумом.
«Черная» армия атамана
Отряд стал перемещаться по бескрайним степям, подобно магнитному ядру притягивая людей, недовольных новой советской властью. Его численность росла с каждым днём, формируя настоящую армию. Лишь с апреля по сентябрь 1918 года количество сабель в отряде выросло с двухсот до тысячи.
Такой силой не мог не заинтересоваться Верховный правитель России адмирал Колчак, который произвёл Анненкова в генеральский чин. Однако сам атаман предпочитал именоваться именно атаманом, стремясь к независимости и не желая тесного союза с Колчаком.
Войска Анненкова действовали в Сибири и на территории современного Казахстана под зловещим чёрным знаменем с изображением «Адамовой головы» (черепа и костей) и девизом «С нами Бог!». Но в их действиях не было и тени святости.
Анненков жестоко и методично подавил крестьянское восстание против белой власти в Славгородском уезде на Алтае, терроризировал население Семипалатинска. Его подразделения бесчинствовали, сея смерть и страх, во многих других местах.
Армия атамана была пестрой и сомнительной по составу. В неё входили казаки — наиболее дисциплинированное ядро, крестьяне, не желавшие идти к красным, а также добровольцы — китайцы, киргизы и разнообразные маргинальные элементы, искатели лёгкой добычи. Именно последние, вырвавшиеся на волю в мутной воде войны, зачастую творили самые немыслимые злодеяния.
В распоряжении Анненкова, жившего с размахом, имелись личная охрана, походная кухня, зверинец, автомобильный парк и обширная конюшня.
Развязка
К концу 1919 года положение анненковцев стало катастрофическим. С одной стороны, Красная армия значительно усилилась и теснила их. С другой — в войсках атамана царила полная анархия. Рядовые бойцы делали что хотели, а хотели они в основном золота, грабежей и развлечений, но отнюдь не тягот и риска сражений.
В итоге Анненков принял решение отступить в Китай. Он созвал круг и спросил своих бойцов, кто готов покинуть родину. Таких оказалось меньшинство. С атаманом ушло менее тысячи человек. Остальных он, казалось, отпустил с миром, заявив, что у города Карагач их ждут подводы с припасами. Однако те, кто покинул отряд, обнаружили там не обозы, а огромный, заранее вырытый ров — братскую могилу, и нацеленные пулемёты. Всех ушедших хладнокровно расстреляли.
Конец атамана
В Китае анненковцы ещё некоторое время продолжали свои бесчинства, превратившись в обычных бандитов-международников. Однако в конце концов участь атамана была предрешена. Произошло это в 1924 году. А в 1927 году в Семипалатинске Борис Анненков был казнён.
После перехода китайской границы отряд Анненкова, насчитывавший около семисот человек, был разоружён и интернирован. Однако атаману, ловкому и беспринципному, удалось сохранить ядро своей «Чёрной» армии и даже арендовать земли в провинции Синьцзян под видом сельскохозяйственной колонии. Фактически это был хорошо укреплённый военный лагерь, откуда анненковцы, как саранча, продолжали совершать разбойничьи налеты на приграничные советские территории и безжалостно грабить местное население. Их существование стало незаживающей язвой, головной болью как для китайских властей, так и для советских пограничников. Постепенно атаман втянулся в сложные и опасные интриги местных милитаристов, что в итоге и предопределило его падение.
В 1924 году, в результате тайных договорённостей между советской стороной и губернатором Синьцзяна, Анненков был вероломно захвачен во время очередных переговоров. Его и его ближайшего сподвижника, атамана Денисова, выдали СССР как неудобный пассив. Долгий и унизительный путь под конвоем завершился в тюрьме города Семипалатинск. Здесь, в месте, где когда-то безраздельно хозяйничали его отряды, начался скрупулёзный и показательно-публичный судебный процесс, получивший широкий резонанс по всей стране.
Суд над атаманом и его приспешниками стал одним из первых крупных открытых процессов в СССР по делам участников Белого движения. На суде, в леденящей тишине зала, были заслушаны сотни свидетелей — изувеченных судьбой, но уцелевших жертв его отрядов. Сухие протоколы заседаний детально фиксировали немыслимые зверства: массовые расстрелы заложников, изощрённые пытки, поголовное уничтожение целых семей, заподозренных лишь в симпатиях к красным. Именно масштаб и циничная, обезличенная жестокость этих преступлений, обнародованные при ярком свете правосудия, шокировали современников и породили ту самую легенду о поседевшем за одну ночь прокуроре.
Борис Анненков на суде вёл себя с вызывающим, почти наглым достоинством, пытался оправдывать свои действия «суровыми законами военного времени», но хладнокровно признал факт расстрела своих же казаков у Карагача. 12 августа 1927 года военная коллегия Верховного суда СССР вынесла свой вердикт: Анненков и Денисов приговаривались к высшей мере социальной защиты — расстрелу. Приговор был приведён в исполнение 24 августа. Глухой ружейный залп поставил жирную точку в истории одной из самых мрачных и одиозных формирований Гражданской войны.
Фигура Анненкова осталась в истории зловещим символом того всепоглощающего хаоса и бессмысленной жестокости, которые высвободила братоубийственная смута. Его путь от лихого и храброго партизана Первой мировой до палача и военного преступника — это наглядная демонстрация того, как идеологический вакуум, вседозволенность и власть над жизнями могут развратить, изломать и низвергнуть в бездну даже человека, не лишённого изначально некоторых личных качеств. Его «Чёрная» армия, с её пиратскими черепами на знамёнах, стала зловещим прообразом, архетипом тех отрядов, для которых война была не борьбой за идею или родину, а просто кровавым способом существования и удовлетворения самых низменных, тёмных инстинктов, вышедших наружу, когда рухнули все скрепы.
Еще много интересных статей на канале в МАХ Загадки истории