Помните, как в книгах иногда появляется герой, который с первой страницы заявляет о себе: «Я прошёл всё!»? Вот такой парень был у меня — рокер по духу, пират по стилю жизни и ходячая антиутопия по воспоминаниям. В тридцать три за его плечами было больше историй, чем на кабельном телевидении. Автостоп по Европе, казарма где-то в пустыне, строитель вольеров посреди необитаемых лесов… Я смотрела на него как на персонажа фильма, который вот-вот взлетит вместе со своим мотоциклом в закат. Когда он впервые позвал меня на свидание (под дождём, босиком, с букетом из лопуха и ржавого велосипеда), я подумала, что это точно начало главной авантюры моей жизни. С ним можно было смеяться по-детски, часами слушать байки, вести споры о смысле жизни — и спорить, кстати, он обожал. Всё было бы в лучших традициях французского кино, если бы однажды не случилась обычная бытовая сцена. Представьте: посреди электризованной весёлой болтовни мой экзотический герой вдруг уставился на меня с абсолютно серьёзными