Глава 10
Такси с Катей, Русланом и Алексом подъехало к воротам виллы ровно в полдень. Алекс, увешанный пакетами с Катиными покупками, напоминал рождественскую ёлку, только с ногами.
— Я никогда больше не поеду с вами за покупками, — простонал он, выгружая из багажника очередную коробку. — У меня спина отваливается, руки отсохли, а психика требует компенсации.
— Ты ныл бы меньше, если бы не пытался флиртовать с той продавщицей из «Gucci», — парировала Катя. — Она тебя за официанта приняла, между прочим. Я еле отмазала.
— Я ей улыбнулся! По-дружески!
— Ты ей подмигнул, икнул и сказал «ой, какая сумочка, вам идёт». Это не флирт, это производственная травма.
Руслан открывал ворота и уже хотел что-то добавить, но замер.
Из дома доносилась музыка. Не та расслабленная лаунж-музыка, которую обычно включал Эндрю, а бодрая, с гармошкой и балалайкой. Кто-то пел про «ой, мороз, мороз».
— Что это? — настороженно спросил Руслан.
— Кажется, у нас гости, — сказала Катя.
Алекс побледнел. Он узнал этот голос.
— Мамочки, — выдохнул он, роняя пакеты. — Это она.
— Кто она? — не поняла Катя.
— Бабушка.
Дверь виллы распахнулась, и на пороге возникла Элеонора Павловна в фартуке, с половником в одной руке и с мобильным телефоном в другой.
— Алё! Алё! — кричала она в телефон. — Ничего не слышно! Саша, ты меня слышишь? Я в Монако, у внука! Да, в Монако! Нет, не в Макдоналдсе, в Монако! Брось, говорю!
Увидев компанию, она расплылась в улыбке.
— А вот и мои путешественники! — завопила она и бросилась к Алексу, чуть не прибив его половником. — Внучек! Родной! Я соскучилась!
Алекс стоял, как громом поражённый, пока бабушка тискала его и целовала в обе щеки.
— Бабушка... ты... как? Зачем? Почему?
— Как — на самолёте, зачем — повидать, почему — потому что ты мне не звонишь! — отрапортовала она. — Думала, помру, а внука так и не увижу!
— Бабушка, я звонил на прошлой неделе!
— Это когда было? Прошлая неделя — уже история! — отмахнулась она и переключилась на Катю и Руслана. — А вы, значит, друзья Алекса? Какие хорошенькие! А я блинов напекла! С вишнёвым вареньем! Идёмте в дом, а то простудитесь!
— Бабушка, здесь +30, — слабо возразил Алекс.
— Тем более! Жара — она коварная! Сквозняки! Идём!
Через пять минут вся компания сидела за столом, на котором красовались блины, варенье, соленья и даже какой-то пирог с капустой.
— Откуда у вас капуста в Монако? — изумилась Катя, рассматривая пирог.
— Сама нашла! — гордо заявила бабушка. — В русском магазине! Там, знаете, всё есть: и гречка, и сгущёнка, и даже докторская колбаса! Я чуть не расплакалась от счастья!
Руслан, который привык к завтракам с трюфелями и шампанским, с подозрением смотрел на пирог, но Катя уже вовсю уплетала за обе щёки.
— Бабушка, это божественно! — восторгалась она. — Вы чудо!
— Ешь, деточка, ешь! — пододвигала тарелку бабушка. — А то вы тут все худые, как щепки. На одних устрицах сидите, небось.
Эндрю и Настя, наблюдавшие эту сцену, переглядывались и едва сдерживали смех.
— Бабушка, — осторожно начал Алекс, — а ты надолго?
— А что? — насторожилась она. — Выгоняешь?
— Нет! Что ты! — замахал он руками. — Просто интересно.
— Поживу пока не надоем, — твёрдо заявила бабушка. — Месяц, другой. А там посмотрим.
Алекс схватился за сердце. Руслан поперхнулся чаем. Катя захлопала в ладоши.
— Ура! Месяц бабушки! Это будет весело!
— Весело, — мрачно повторил Алекс. — Очень весело.
После обеда Катя, которая уже полностью оправилась от шока, загорелась новой идеей.
— Слушайте! — закричала она, вбегая в гостиную. — У нас же праздник! Бабушка приехала! Настя с Эндрю влюблены! Жизнь прекрасна! Надо устроить вечеринку!
— Какую ещё вечеринку? — насторожился Руслан.
— Пенную! — выпалила Катя. — Я давно мечтала! У нас бассейн, море, погода шикарная! Закажем пенную машину, музыку, будет бомбически!
— Пенную? — переспросила бабушка, которая как раз вышла с чашкой чая. — Это как? В пене купаться?
— Да! — Катя подлетела к ней. — Бабушка, вы когда-нибудь танцевали в пене?
— В пене? — задумалась та. — В пене я только бельё стирала. А танцевать не пробовала.
— Вот и попробуете! — Катя схватила телефон. — Я всё организую! Руслан, заказывай!
— Я всегда плачу, — философски заметил Руслан, доставая карту.
Эндрю попытался было возразить, что безопасность, что Грек, что вообще... но Настя зажала ему рот рукой.
— Молчи, — сказала она. — Пенная вечеринка — это святое. Даже шпионы должны отдыхать.
— Я не шпион, — глухо сказал он из-под её ладони.
— Ты сегодня — просто красивый мужчина на пенной вечеринке, — отрезала Настя. — Расслабься и получай удовольствие.
К вечеру вилла преобразилась. Во дворе установили огромную пенную пушку, бассейн подсветили разноцветными огнями, диджей (которого Катя нашла по какому-то невероятному знакомству) раскладывал аппаратуру. Откуда-то появились коктейли, фрукты, и даже пара незнакомых людей в ярких купальниках (Катя, кажется, пригласила всех, кого видела на пляже).
— Это безумие, — сказал Эндрю, глядя на приготовления.
— Это жизнь, — поправила Настя. — Пошли переодеваться.
Через полчаса они вышли. Настя была в том самом серебристом платье (водостойком, как выяснилось), Эндрю — просто в плавках и расслабленной рубашке. Катя уже носилась по двору в бикини, усыпанном стразами, и раздавала указания.
— Бабушка! — закричала она. — Вы где?
Из дома выплыла Элеонора Павловна. На ней был... старомодный купальник с юбочкой, поверх него накинута прозрачная туника, а на голове — та же шляпка с цветочками.
— Я готова! — объявила она. — Где тут ваша пена?
Алекс, увидев бабушку, схватился за голову и спрятался за Руслана.
— Это не моя бабушка, — забормотал он. — Это инопланетянин. Меня подменили в детстве.
— Держись, друг, — похлопал его по плечу Руслан. — Это только начало.
Диджей врубил музыку. Сначала что-то современное, но бабушка подошла и что-то сказала ему на ухо. Через минуту заиграла «Калинка-малинка» в современной обработке.
— Вот это другое дело! — закричала бабушка и пошла вприсядку прямо у бассейна.
Катя взвизгнула и присоединилась. Руслан заснял это на телефон с выражением лица «я этого не видел, я в командировке». Алекс медленно сползал по стене.
— Давай, брат! — крикнул Эндрю. — Иди танцевать!
— Я убью тебя, — пообещал Алекс. — Медленно и с удовольствием.
Пенная пушка включилась. Огромные клубы белоснежной пены заполнили пространство вокруг бассейна. Через минуту всё вокруг было белым, пушистым и немного липким.
— Ура! — заорала Катя, ныряя в пену.
Настя схватила Эндрю за руку и потащила в самую гущу. Через секунду они уже барахтались в пене, смеялись и ловили ртом мыльные пузыри.
— Я тебя не вижу! — кричала Настя, пытаясь протереть глаза.
— А я тебя чувствую! — ответил Эндрю, обнимая её в белой мгле.
Из пены вынырнула бабушка. Шляпка её съехала набок, туника промокла, но глаза горели огнём.
— Внучек! — заорала она, заметив Алекса, который пытался улизнуть в дом. — Иди сюда!
— Бабушка, не надо!
— Надо!
Она схватила его за руку и втащила в пену. Алекс взвизгнул, как девочка, и скрылся в белых облаках.
Руслан, который до последнего держался с бокалом виски у бортика, не выдержал — скинул рубашку и прыгнул в бассейн, подняв тучу брызг.
— Гулять так гулять! — заорал он.
Через полчаса вся компания (и несколько случайных гостей, которых Катя пригласила) валялись в пене, пили коктейли и хохотали до колик. Бабушка рассказывала, как в молодости ходила на танцы и «все парни бегали за ней табуном», а потом заставила диджея включить «Барыню» и устроила мастер-класс по народным танцам прямо в пене.
— Она убьёт меня, — повторял Алекс, лёжа на спине в пене и глядя на звёзды. — Я умру от стыда, но перед смертью она меня ещё и заставит плясать.
— Расслабься, — посоветовала Настя, протягивая ему коктейль. — Твоя бабушка — легенда. Я бы хотела такую.
— Хочешь — забирай, — буркнул Алекс. — Дарю.
— Не могу, у меня своя есть. В Рязани.
— Позови её сюда, — предложил Эндрю. — Устроим международный бабушкин съезд.
— О, это идея! — загорелась Катя. — Бабушка Насти против бабушки Алекса! Битва поколений! Кто кого перетанцует!
— Катя, ты неисправима, — простонал Руслан, но по глазам было видно, что ему всё это страшно нравится.
В полночь, когда пена начала оседать, а гости расползаться, Настя и Эндрю уединились на краю бассейна, болтая ногами в воде. Музыка играла тихо, бабушка допевала «Ой, цветёт калина» где-то в компании новых друзей, а Катя и Руслан танцевали медляк под звёздами.
— Знаешь, — сказала Настя. — Я думала, что Монако — это скучно. Богатые люди, дорогие машины, пафос. А оказалось...
— Что?
— А оказалось, что это просто место. Главное — кто рядом.
Эндрю обнял её за плечи.
— Я рядом.
— Я знаю. И это лучшее, что могло случиться.
Они поцеловались, и пена на их волосах сверкала в лунном свете, как бриллианты. Самые настоящие бриллианты.
В доме, перепачканная пеной, но счастливая, бабушка допивала чай с мятой и смотрела на спящего в кресле Алекса.
— Внучек, — погладила она его по голове. — Хороший ты у меня. Только жизнь у тебя какая-то... ненастоящая. Всё бегаешь, суетишься. А счастье — оно в простом. В пене, в смехе, в людях рядом.
Алекс что-то пробормотал во сне и улыбнулся.
Бабушка укрыла его пледом и пошла к себе.
На соседней яхте Грек смотрел в бинокль на сияющую огнями виллу и мрачно курил сигару.
— Пенная вечеринка, — процедил он. — Дети. Им весело. А завтра им будет очень грустно.
Он набрал номер.
— Готовьтесь. Завтра начинаем операцию.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой телеграмм канал🫶