Трагедия, всколыхнувшая тихий Острогожск, произошла в середине января 2014 года, однако о ней стало известно лишь месяц спустя. Днем 19 февраля 2014 года в одном из частных домов города было обнаружено тело 52-летнего Николая.
Найти подозреваемую оперативникам удалось достаточно быстро. Круг замкнулся на 16-летней падчерице убитого – Лене (имя изменено). Семья, в которой произошло убийство, была хорошо знакома правоохранительным органам и социальным службам.
– Семья, в которой произошло убийство, неблагополучная. Глава семейства был судим, часто пил и поднимал руку на членов семьи. Девочка стоит на учете в инспекции ПДН, – рассказали в пресс-службе СУ СК по Воронежской области.
Увидела мать с разбитым лицом
В тот январский день Лена возвращалась домой вместе с подругой. Зайдя в дом, она застала жуткую картину: ее мать, женщина с ограниченными возможностями, которая с трудом передвигалась с помощью костылей, сидела с разбитым лицом. Как выяснилось, причиной конфликта стал пьяный глава семьи, который бросил в супругу табуреткой.
Увиденное привело девушку в ярость. Школьница была уверена: именно из-за постоянных побоев со стороны мужа у матери начали отказывать ноги. Не помня себя от гнева, она набросилась на отчима. Сначала в ход пошел деревянный костыль, но он быстро сломался. Тогда девушка схватила второй костыль – металлический.
Ни подруга, ни мать в этот жуткий процесс не вмешивались. Решили, что себе дороже.
Холодный расчет
Когда мужчина перестал подавать признаки жизни, подросток поняла, что натворила. Но каяться не спешила, в голову пришла другая мысль – тело нужно было спрятать. Убийца решила избавиться от трупа. Она оттащила тело погибшего на границу домовладения и сбросила его в яму, сверху присыпав мусором и дровами.
После случившегося девушка и ее мать попытались замести следы. Они начали рассказывать по району, что глава семейства после крупной ссоры собрал вещи и уехал к родственникам в деревню.
Так убиенный и пролежал на морозе целый месяц. Возможно, эта ложь продержалась бы дольше, но об этом чуть позже.
Отец или отчим?
В своих показаниях Лена упорно называла погибшего отчимом. Однако взаимоотношения в этой семье были настолько непростыми, что больше напоминали сюжет романа «Сто лет одиночества». Понять кто кем кому приходился оказалось задачей нетривиальной:
– По всем документам погибший мужчина был девочке родным отцом. Проблема в том, что в свои неполные 52 года он имел за плечами семь судимостей – за кражи, причинение среднего вреда здоровью и, по предварительным данным, даже за убийство. То есть, пока дочка росла, папа практически все время сидел в тюрьме. Она его, по сути, и не видела, – объяснял Александр Глазков, замруководителя Острогожского МСО регионального СУ СКР.
Сказать, родной отец или какой-то дядя для Лены погибший Николай, не могла даже ее мать. Все ее трое детей были от разных мужчин. Впрочем, для девочки он был чужим человеком, который появился в доме, когда она уже была подростком.
Ситуация усугублялась полным неблагополучием семьи. Так, старший сын на момент этих событий отбывал длительный срок лишения свободы за убийство. Сама Лена длительное время воспитывалась в интернате, так как мать была лишена родительских прав.
Училась девочка без особого интереса, но хотя бы находилась под присмотром педагогов. Незадолго до трагедии интернат расформировали, и Лена вернулась в семью, пошла в обычную школу. Адаптация проходила тяжело – подросток перестала посещать занятия вовсе:
– Мы будем разбираться. Но, скорее всего, органы опеки просто не успели. Лена долгое время училась в интернате – пусть успехами не блистала, но все же, – комментировал Александр Глазков ситуацию с отсутствием должного контроля со стороны опеки.
«Завтра пойду в школу!»
Вряд ли правда о гибели мужчины вскрылась бы так скоро, если бы не бюрократия. Погибший имел непогашенную судимость и был условно осужден, а значит, обязан был регулярно отмечаться в уголовно-исполнительной инспекции.
Когда он в очередной раз не явился, сотрудники УФСИН забеспокоились. Прибыв по месту жительства должника, то начали поиски, и именно они обнаружили в яме под дровами труп.
В тот же день, когда тело нашли, Лена давала показания следователям. Поражает ее состояние: по словам сотрудников, она не выглядела подавленной или напуганной. В разговоре с правоохранителями она даже пообещала им исправиться: «Завтра пойду в школу!»
Учитывая возраст и обстоятельства дела, девушку не стали заключать под стражу, ограничившись подпиской о невыезде.
Примечательной оказалась и реакция местных властей. В районной комиссии по делам несовершеннолетних, призванной следить за такими семьями, дали характеристику, разительно отличающуюся от реальной картины.
– Мама уже лет пять как не пьет. Сама девочка за распитием замечена не была, в поле зрения полиции не попадала, добрый по натуре человек. Мы работали, все делали, – огорошили журналистов в комиссии.
Противоречия в своих словах чиновники не увидели. И ответственности за собой не чувствовали.
Суд и приговор
Суд по этому делу завершился 29 сентября 2014 года. Лену судили за убийство, но максимум, что ей грозил – это 10 лет колонии. Все-таки несовершеннолетняя.
Следствие и суд учитывали множество факторов: от условий ее жизни и воспитания до поведения самого потерпевшего, который систематически избивал жену. А также явку с повинной и содействие следствию. В итоге приговор оказался мягче максимально возможного.
Суд назначил Лене наказание в виде 5 лет лишения свободы с отбыванием срока в воспитательной колонии.
По материалам «КП»-Воронеж
Читайте также
«Мама, мне очень больно»: в Новосибирске 13-летний мальчик сломал спину на гололеде