За последние десять лет подростковые ценности и привычки претерпели заметные изменения: от классических субкультур до цифровых сообществ и новых приоритетов в самореализации. Какие тенденции определяют современное поколение и какие риски таит цифровая среда — читайте в статье 56orb.ru.
В телефоне по 9 часов в день: экраны меняют мозг
Как рассказал редакции 56orb.ru врач-психиатр, психотерапевт, магистр по охране здравоохранения Антон Шестаков, среднее экранное время подростков достигло 7–9 часов в сутки, если считать все устройства. Это не просто «много времени в телефоне» — это фундаментальное изменение среды, в которой формируется мозг.
Каждые лайк, комментарий или уведомление вызывают выброс дофамина (нейромедиатора, отвечающего за ощущение удовольствия и мотивацию). Система подкрепления мозга начинает работать по механизму непредсказуемого вознаграждения — тому же принципу, который лежит в основе формирования зависимостей.
— Вентральная область покрышки и прилежащее ядро (ключевые структуры системы вознаграждения) становятся гиперактивными, что снижает чувствительность к обычным социальным стимулам — живому общению, совместным играм, разговорам лицом к лицу, — комментирует психотерапевт.
Параллельно страдает развитие навыков, которые формируются только в непосредственном контакте:
- Считывание невербальных сигналов.
- Эмпатия (способность понимать чувства другого человека). Исследования показывают снижение показателей эмпатии среди подростков на 40% за последние два десятилетия.
- Толерантность к неопределенности. Привычка получать мгновенные ответы через поисковые системы снижает способность переносить незнание и неопределенность — качество, критически важное для психического здоровья.
Зумеры диктуют новые правила: как молодое поколение меняет рынок труда?
От стабильности к «ментальному велнесу»: приоритеты подростков меняются
Социологические исследования фиксируют сдвиг в ценностных ориентирах подростков. Если в 2010-х годах доминирующими ценностями были стабильная карьера и традиционная семейная модель, то к середине 2020-х приоритеты сместились.
— На первый план вышли: психическое здоровье и «ментальный велнес», самореализация и стремление быть собой, экологическая ответственность, гибкость и свобода вместо стабильности, а также цифровая идентичность как продолжение реальной. Примечательно, что подростки 2020-х чаще обращаются за психологической помощью и более открыто говорят о ментальном здоровье. Это позитивный тренд, однако он имеет и оборотную сторону — рост самодиагностики через социальные сети, — отмечает специалист.
Как субкультуры ушли в цифровой мир
Классические субкультуры (готы, панки, эмо) не исчезли, но трансформировались в гибридные цифрово-реальные сообщества. За последние десять лет можно выделить несколько характерных волн:
E-boys и e-girls (конец 2010-х). Эстетика, рожденная на платформе TikTok. Характерна визуальная самопрезентация с акцентом на внешнее выражение эмоций — демонстративная грусть, «темная» романтика. Психологически отражает потребность подростков в экспериментировании с эмоциональным самовыражением.
No Buy и усталость от потребления: зачем зумеры составляют списки антипокупок?
Cottagecore и «уютная» эстетика (2020–2022). Идеализация простой жизни, природы, рукоделия. С точки зрения психологии — реакция на стресс пандемии. Стремление к снижению уровня кортизола (гормона стресса) через образы безопасности и предсказуемости.
Sigma-культура и «гриндсет» (2022–2025). Культ продуктивности и самодисциплины. Нейробиологически привлекательна, так как обещает контроль над дофаминовой системой, однако может приводить к формированию негибких представлений о себе и мире и навязчивого стремления к оптимизации.
«Мозговая гниль» и иронические сообщества (2023–2025). Самоироничная субкультура, признающая чрезмерное потребление контента.
Опасные ловушки для подростков: деперсонализация, тревога и виртуальные идеалы
По словам Антона Шестакова, цифровизация создала категории рисков, которых не существовало еще пятнадцать лет назад:
Кибербуллинг (систематическая травля через цифровые каналы). Отличается от традиционной травли тем, что жертва не может «уйти домой» — агрессия доступна 24 часа в сутки.
Дисморфофобия (болезненная озабоченность мнимыми недостатками внешности), усиленная фильтрами и фоторедакторами. Появился специфический феномен — «Snapchat-дисморфия», когда подростки стремятся в реальности выглядеть как их отфильтрованные фотографии.
FOMO (fear of missing out — страх упустить что-то важное). Непрерывный поток информации о жизни других людей активирует центр тревоги и может провоцировать паранойяльный синдром в его мягких формах — ощущение, что «все что-то знают, а я нет».
Деперсонализация и дереализация (ощущение нереальности собственного «я» или окружающего мира). Длительное погружение в виртуальную среду может провоцировать эти состояния.
Как считает кандидат психологических наук, профессиональный психолог, когнитивно-поведенческий терапевт Оливия Косс, за последние десять лет подростки стали более хрупкими в плане эмоциональной регуляции, но при этом гораздо более информированными и эмпатичными.
Они филигранно чувствуют манипуляцию и фальшь. Не хотят воевать с системой, а предпочитают создавать свои альтернативные миры.
— Как психолог, я вижу в этом поколении огромный потенциал для построения более гуманного общества. Их «странности» — это всего лишь способ адаптации к миру, который меняется быстрее, чем биологическая прошивка нашего мозга. Наша цель — не просто заставить их отложить телефоны, а помочь использовать цифровые навыки так, чтобы они сочетались с живым общением, теплом, принятием и безопасной атмосферой, — заключила эксперт.
Ранее мы писали, почему молодежь уезжает из Оренбуржья. Подробности — в нашем отдельном большом материале.